Последняя искра - Алана Русс

— Теперь покоя и не жди, подруга, — вторила другая и уставилась на ту, что все еще была раздета, так, словно совета от нее ждала. Или инструкций по поведению с «темным» народом, а скорее, с его сильной половиной.

Шарар, глядя на засуетившихся красавиц, недобро рассмеялся, потянувшись к бокалу на толстоногом неаккуратно выстроганном комоде. Отпил, и красная капелька вина скоро сбежала с уголка его губ к подбородку, очертив призрачно-алый след.

— Что вам страх, человеку любопытство, правда, Лиза? — драконий взгляд обжег. — Так близко подойти к «темным» мало кто и из более сильных отважится.

— Ты и меня видел на площади, — под этим горячим взглядом только и оставалось, что стушеваться.

— Сложно не заметить единственного человека, да ещё и в сопровождении королевского гвардейца, — усмехнулся Шарар, кивнув на дверь, за которой затаился Акитар.

— М-м-м… — протянула, сцепив пальцы.

Не сказать, что меня это удивило, скорее, расстроило. Я надеялась, что наша с Велором встреча от змеиных глаз все же укроется. Пусть это и странно, и неправильно, но Шарара ко мне тянуло. И боль причинять ему не хотелось. Разве что стукнуть разок-другой, чтобы не воображал себе больше, что я могу заревновать его к жрицам любви.

Две из них, кстати, наконец привели себя в порядок и, взявшись под руку, проворно проскочили мимо меня, все еще стоящей у дверей. Третья же, что была чуть старше и красивее, одевалась неспешно, нарочно демонстрируя прелести и каждый изгиб тела, покрытого бронзовой пылью загара.

Дракон, к слову, беззастенчиво ее разглядывал, и та, заметив это, забилась от смеха, откинув голову с пышной копной вьющихся волос назад.

Я кашлянула. Похоже, неловко здесь было лишь мне одной.

— Так это он, — снова глотнул вина Шарар, возвратив взор ко мне. — Тот, кому ты отдала свое пламя. Тот «темный», что прибыл в свите советника.

Он не спрашивал, поэтому и отвечать необходимости не было. Только, так и не дождавшись приглашения, я твердым шагом прошла и присела к столу у окна.

— Он хорош собой, — продолжал сам с собой говорить Шарар, задумчиво глядя, как девица неспешно натягивает на обнаженную грудь платье. — Но чересчур холодный. Впрочем, как и все кровопийцы. Как его имя?

— Велор, — помедлив, отозвалась я, мысленно ругая себя, что ввязалась в эту дурацкую игру и взялась что-то этому наглецу чешуйчатому доказывать.

Шарар задумчиво качнул головой, глядя строго перед собой, и осушил бокал.

Блудница же наконец оделась и мягко, словно кошка, раскачивая бедрами, подошла к нему. Пальчиками повела по бугоркам мышц на плече.

— Плата, милый, — промурлыкала она, видя недоумение на лице дракона. — Ты очень хорошо собой, но работа есть работа.

Шарар молча кивнул и, вынув из верхнего ящика комода тугой мешочек монет, вложил его в пальчики с коротко остриженными ногтями.

Девица, по-прежнему безмятежно улыбаясь, легко развернулась и направилась к столу. Не глядя на меня, развязала мешочек и высыпала монеты на стол.

— Одна, две… — хмурилась она, с особым вниманием перебирая золотые и серебряные гарто.

Я отвернулась, демонстративно уставившись в узкую прорезь между деревянными оконными рейками.

— Все верно, — наконец заулыбалась женщина. — Монета к монете.

— Разумеется, — Шарар по-прежнему неподвижной горой стоял у стены. Но жрица любви уходить явно не спешила, ведя лишь ей одной понятную игру.

— Так это она? — собрав монеты в мешочек, сунула она его себе за пазуху. — Надо же, как интересно! Девочка, ты даже не представляешь…

— Уходи.

Дракон вдруг посмурнел и, не глядя на нее, потянулся к рубахе на полу. Девица ухмыльнулась, откинув прилипшие от пота локоны за спину.

— Ну, ну! Шарри, не дыши огнем только, — захохотала она. — Ухожу. Уже ухожу. Если понадобятся мои девочки, знаешь, где меня отыскать.

Снова взглянув на меня, она издевательски откланялась, будто важным господам. И к своему удивлению, стоило ей лишь склонить голову, в спутанных волосах я заметила коротенький округлый пенек. Неужели демоница?

— Не знала, что таких, как ты, интересуют подобные развлечения, — как можно ровнее попыталась сказать я, когда безрогая наконец вышла.

— Ты многое о моем народе не знаешь.

Я кивнула. Кажется, уже и не горю желанием узнавать.

— Иката предупреждала, что ты будешь ревновать, если узнаешь, что я был с другими женщинами, — сощурил золотистые глаза Шарар. — Так уж у вас, у людей заведено.

Я едва приподняла бровь.

— Глупости, — как ни старалась, сохранить безразличие в голосе не вышло. — Я рада, что ты развлекаешься по полной. Только думаю, такому привлекательному мужчине, как ты, можно и не платить за утехи, — взмахом руки очертив контур идеального драконьего тела, созданного с помощью особой древней магии.

— Блудницы Эр-Аворт особые женщины. Они владеют искусством любви в той же мере, что и клинком, — подойдя, упёрся ладонями в стол Шарар и навис надо мной, а я вжалась в резную спинку стула. — Но мне приятно, что ты считаешь меня привлекательным.

— Прямо-таки как клинком, — неловко хохотнула я, сделав вид, что последней фразы в нашем разговоре и в помине не звучало.

— Любовью можно ранить, Лиза.

— А они наверняка с успехом залечивают любые сердечные раны, — с сарказмом проговорила я.

Губы Шарара дрогнули. Он прикрыл глаза, с явным блаженством вдыхая сизый дым благовоний, приправленный запахом «пятиугольной» страсти, еще в недавнем времени кипевшей в этой комнатке с номером пять.

— М-м-м… Ты не представляешь, как я соскучился по твоему огню.

— Скучать в обществе рогатых блудниц гораздо веселее, однако, — не преминула вставить язвительное я.

Но Шарар меня не слушал, витая где-то вне тела, вне этой душной комнаты постоялого двора. Быть может, даже вне этого мира. Разбери поди этих ящеров крылатых!

— Чувствуешь, как он разгорается? Это прекрасно, — наконец открыл глаза Шарар, в упор уставившись на меня. — Ты прекрасна.

— Ты прекрасна. Хм-м-м… — сама того не желая, скрестила я руки на груди. Противно стало. — Любопытно, и сколько раз за ночь ты говорил это? Ах, — засмеялась я, прихлопнув себя по лбу, — четыре раза, очевидно.

— Кажется, ты не совсем понимаешь, — устало выдохнув, благо, что не дымом с искрами, уселся напротив меня Шарар.

Выглядел он совершенно спокойным, точнее, как и всегда каменно-спокойным.

Неужели и впрямь не понимает, что не стоит говорить о чувствах одной, а с другой спать? С другими, точнее.

— Да все я понимаю, Шарар, — махнула рукой.

— Нет, — непривычно грубовато отрезал дракон, и я в удивлении замолчала. — Позволь объяснить. Ты же знаешь, кто я. И для таких, как я…