Моя воля - Нидейла Нэльте

— А вы-то здесь при чём, ваша светлость? — недовольно спросила Китилья. Фаар любезно улыбнулся:

— Меня всегда привлекают к решению сложных колдовских проблем, — он снова обернулся к Сафире: — Вы поможете нам, леди?

— Разве леди вам ещё не помогла? — снова поинтересовалась Китилья. — Ловите вашего нарушителя и…

— Прежде всего, нам неизвестны пределы его возможностей. И есть повод полагать, что некоторых девушек он до сих пор держит где-то в застенках.

— Держит, — кивнула Сафира. — Я видела.

Предводительница попыталась описать картину, не упоминая ощущения, которое посетило. Фаар смерил её взглядом, но ничего не сказал.

— А какое отношение имеет… браслет? — спросила она, видя, что все молчат. Китилья снова нахмурилась.

— Либо Хэл жаждет заполучить его любой ценой, теряя голову и забывая об осторожности. Либо вам тоже удаётся как-то влиять на него через камни.

— Так ему нужен браслет или я? — уточнила Сафира.

— Полагаю, леди, ему нужны вы с браслетом.

— И поэтому вы решили использовать её в качестве приманки? — вставила Китилья.

— Я предлагал леди отдать браслет мне. Не думаю, что Адам Хэл оставил бы её в покое, но влияние на неё было бы значительно слабее. Впрочем, возможно, и её на него тоже.

— Что мне сделать? — решительно произесла Сафира.

— Вы нам поможете? — переспросил Фаар. Предводительница кивнула, игнорируя взгляд спутницы.

— Альяра, полагаю, Тайру с его светлостью вполне смогут решить этот вопрос без тебя.

— Едва ли. Мы не знаем, где убежище Хэла, оно скрыто — ни разу не удавалось проследить за лордом до конца, всегда исчезал на половине пути, — отозвался его светлость.

— А ещё не знаете предела его возможностей, — напомнила Китилья.

— Я сделаю всё, что в моих силах. Только скажите, что.

— Думаю, леди, он попытается ещё раз. Я буду неподалёку. Наденьте это, и не сопротивляйтесь призыву. Я смогу его отследить.

Лорд протянул Сафире тонкую цепочку, такую короткую, что хватит разве только на запястье.

— Вы уверены? — тревожно спросила Китилья.

— Вы сомневаетесь в моих словах, леди? — с пробирающей улыбкой отозвался королевский брат.

— Нам нужно посоветоваться, — Китилья решительно забрала цепочку. — Вы простите? Личные вопросы.

— Не смею мешать, — кивнул Фаар, лёгким движением поднялся и вышел. Воин со шрамами посторонился, после отправился в тамбур. Китилья прикоснулась к амулету на груди, переждала несколько минут и заговорила:

— Ты понимаешь, во что ввязываешься?

Предводительница отдала мысленный приказ марагу охранять снаружи. Повернулась к собеседнице.

— Там девушка, и она просит помощи.

— И местные мужики без тебя никак не справятся. Подумай. Ты же не станешь надевать на себя очередную непонятную цепь?

Сафира задумчиво посмотрела на руку Китильи, в которой та всё ещё сжимала цепочку.

— Ты что-нибудь видишь? — спросила вместо ответа.

Рыжая всмотрелась внимательнее, пожала плечами:

— Ничего.

— Крупицы силы, — отозвалась Сафира, поднимаясь и пересаживаясь на ложе. — Очень податливые. Я думаю, они настроятся на меня.

— Думает она, — проворчала Китилья, возвращаясь на своё.

— А в Фааре?

— Я не стану помогать тебе с глупостями.

— Как хочешь.

— Упёртая! Не было забот, за упрямыми девчонками гонять. Не вижу я его, мутный он какой-то. Тёмный. И я не думаю, что специально закрывается. Он не человек. Точнее, не совсем человек.

— Сказал, его мать была не обычным человеком.

— О ней тут говорить не принято, расспросы пресекаются. Но прежде, чем встревать куда-то, попыталась бы разузнать побольше. Раз он тебе хоть что-то рассказывает, спрашивай. Не факт, что правду, но даже ложь можно применить с пользой. Если понять, в чём и почему человек лжёт. А цепочку я тебе не отдам, уж извини. Вернётся Лунар — пусть он с тобой носится. И с ноги тоже лучше сними. Дома попытаюсь связаться с Густом, может, что-то знает о камнях, всё-таки дольше нас здесь, да и вообще учёный. Потерпи несколько дней, Адам не сбежит.

— Если сниму, он может её выкрасть. Фаар сказал…

— Уже Фаар, — фыркнула Китилья. — Заведёшь себе такую репутацию, что все мужики начнут в постель ломиться. Им, понимаешь, где доступно, там и хорошо. Я знаю, что не стремишься к этому, просто помни: ты не дома! Возможно, у вас с детства все друг друга знают и фамильярничают… Так что он сказал?

Предводительница испытала смесь смущения с недоумением. Что она такого сделала? Поговорила?!

— Сказал, возможно, Хэл умеет пересылать свою проекцию на расстояние…

— Проекцию… — Китилья задумалась, словно бы совсем о другом. После встрепенулась: — Очень редкая способность, требующая огромного уровня силы. Не предполагала, что в каком-то примитивном мирке такое можно встретить. Он не ошибся?

— Или внушение.

— Больше похоже на правду. В общем, ложись спать, завтра посмотрим по обстоятельствам, возможно, удастся уехать раньше или на часок-другой домой сгонять. Только не лезь никуда, ничего не разузнав. Надеюсь, до конца ночи он нас больше не побеспокоит — его ресурс тоже, полагаю, не безграничен. Я бы на его месте подготовилась лучше. Если что, зови. Снимешь цепочку? Давай я подержу у себя.

— А если он на тебя воздействует? Вдруг ты не сможешь сопротивляться?

— Я не стану её надевать.

Китилья улеглась. Сафира попыталась успокоить волосы — единственное, что давало освещение. Помолчала немного.

— Понимаешь… Не знаю, как у вас, но у нас бывают такие моменты, когда сила совершенно однозначно показывает, что нужно делать. Помню, ты считаешь это моими глубинными желаниями, но я чувствую так. Девушку нужно найти, это важно.

— А почему это важно, сила тебе не намекнула? — проворчала Китилья.

— Лиары не ставят её зов под сомнение, — отозвалась Сафира. Стянула сапоги, скинула куртку, забралась в постель. Ночной холод пробирался в шатёр, раздеваться не хотелось. Предводительница с тоской подумала о тёплой ванне, укутываясь стылым одеялом. — К тому же, наш разум слишком заполнен посторонней информацией и собственными предположениями, чтобы услышать, даже если бы и намекала.

Пасмурным утром стоянка королевского двора напоминала сонный муравейник. Только слуги сновали, изображая бодрость, готовили завтрак, помогали господам с утренним туалетом. Сафира поёжилась, выбираясь из шатра, роса почти сразу пропитала сапоги. Опасливо сходила к реке, наскоро умылась ледяной водой, постоянно оглядываясь. Казалось, снова появится мрачная фигура, а в душе не было желанной уверенности, что всё правильно, какую обычно даровало ощущение силы.