Холодный - Аселина Арсеньева

— Есть большая вероятность того, что своим звонком ты дашь им возможность предпринять какие-то действия. За себя не волнуйся — я смогу тебя защитить. А вот гарантии, что эти сволочи будут сидеть ровно, дать не могу.

— Как же быть? Родители же волнуются. И Маринка, — я слишком сильно ее подвела.

— Не знаю я вашей жизни. Вот и спрашиваю у тебя. Как решишь, так и будет.

— Нет. Арсений, ты прав. Не хочу давать Марку шанс на оправдания или побег. Лучше мне появиться внезапно. Возможно, от неожиданности он выдаст себя и нам даже не придется ничего доказывать.

— Доказывать? Зачем тебе что-то доказывать? Отдыхай пока, обдумай, а завтра поговорим.

— Хорошо. — Похоже, Арсений даже не знает, что значит толпа ушлых адвокатов из юротдела крупной компании. Эти хоть дьявола невиновным сделают. Наверное, стоит сначала показаться на глаза папе, и с ним этот вопрос обсудить, а потом уже попадаться на глаза маме.

— Сейчас мне нужно уйти за обещанной тебе рыбой, а ты, пока солнце высоко, можешь почитать. — Сказал он мне, как только я отставила от себя пустую кружку, которую уже давно просто мусолила в руках.

— Так у тебя, и правда, есть библиотека? — Обрадовалась я возможности скрасить одиночество.

— А у тебя были причины не поверить моим словам?

— Не обижайся, но библиотека в пещере — звучит как-то… дико? — Арсений только улыбнулся и предложил свой локоть для опоры, чем я тут же воспользовалась, чуть ли не со старческим кряхтением поднимаясь с бревна.

— Осторожно. Тут не совсем ровный пол. — Сказал Арсений, немного посторонив меня от небольшого бугорка на пути. Учитывая, что ноги я буквально волочу, обязательно бы запнулась. Мы прошли мимо водопада и пошли глубже.

5.1.2

— Арсений, куда мы идем? Там же темнота! — Срываясь на шепот сказала я.

— Доверься мне. — Так же шепотом ответил он. Его вторая рука, легла поверх моей, держащей его за локоть, и ободряюще немного сжала, чтобы тут же исчезнуть без следа.

— Знаешь, как-то проще доверять при солнечном свете. — Доверительно прошептала я. На самом деле сейчас, рядом с Арсением я чувствовала себя защищенной, а темнота сейчас только добавляла муар таинственности. После незамысловатого жеста Арсения мое сердце и вовсе пустилось вскачь и все это почти в кромешной темноте, которую я боялась с детства!

— Еще пару шагов, налево. Вот!

— Я должна сейчас удивиться тому, что вижу? Только есть одна проблемка — я ничего не вижу! Только чувствую необычный запах.

— Дай руку. — По голосу поняла, что Арсений улыбается. Он взял мня за запястье и приподнял мою руку, положив ее на полку. — Это одна из полок. Сверху и снизу еще по три.

— Так… много… — Ответила я, подавляя волнение от осознания, что Арсений так близко. Голос меня подвел, и получилось как-то хрипло, а ведь даже не простыла.

— Проведи рукой. — На ощупь, второй рукой, я провела вправо по идеально-ровному ряду корешков. Даже почувствовала тиснение на некоторых их них. Я ожидала ощущения слоя пыли на руках, потерев пальцы, но его не было. Видимо, Арсений заботится о своих книгах. Я сделала шаг назад и уперлась спиной в его грудь. Я перестала дышать и нехотя заставила себя отстраниться. Странно, мне кажется, или в тот момент я спиной почувствовала стук его сердца?

5.1.3

— И как выбирать? — Выдавила я из себя, подушечками пальцев изучая различные по фактуре корешки книг, отгоняя наваждение и выгоняя из головы нехарактерные для меня непристойные мысли.

— Книги расставлены по тематике. Вот эта стена снизу до верху — художественная литература. Две другие стены — научная и религиозная.

— Не пугайся. Сейчас я возьму тебя за обе руки, чтобы направить. Готова? — Я кивнула в темноту.

Арсений перехватил мои запястья, одно из которых так и было на корешках книг, а второе внизу на уровне талии, и повел меня перед собой.

Очень странно. Почему он берет меня именно за запястья? Однако, по какой-то причине, именно эти его странности заставляют мое сердце трепетать еще сильнее.

Арсений направлял меня, продолжая вести моей левой рукой по корешкам книг. Полка закончилась, и Арсений, немного меня развернув, провел вдоль второй стены с книгами, а затем и третьей. Все это время мы оба молчали, и в этой тишине стук моего сердца заглушал тихую поступь наших шагов и звуки от соприкосновения одежды. Казалось, вся кровь ушла в запястья, где Арсений будто браслетами обвил мою голую кожу, и с каждым ударом сердца кровь билась там так, будто хочет вырваться наружу. Как только третья стена закончилась, Арсений неожиданно отстранился, и мне сразу стало одиноко, неуютно, даже обидно.

— Тут столько книг? — Прошептала я, машинально обхватывая себя за левое запястье, где только что лежала его рука.

— Да, можешь брать любые и просматривать на свету. Те, что не заинтересовали, заноси сюда и стопкой клади на любую полку или даже пол. Потом я все сам разложу по местам.

— Почему ты не поставишь тут свечу или не купишь фонарь?

— Нет надобности. Я и так знаю, где какая книга лежит. Все, что ты перечислила подлежит замене, а я к людям лишний раз выходить не собираюсь.

— Но почему??? — Мой голос прозвучал гораздо возмущенней, чем мне бы этого хотелось. — Хотя бы самое необходимое для жизни ты бы мог брать в деревнях. Те же полотенца, посуду, свечи!

— Ангелина. — Твердо перебили меня. — Все необходимое у меня и так есть. Если что-то нужно одному человеку, это не значит, что все остальные нуждаются в том же. Меня все устраивает и большего я никогда не хотел.

— Ты так говоришь, потому что у тебя нет денег? Так все говорят, у кого их нет, но стоит им появиться, их всегда находится на что потратить. Не переживай! Как только я попаду домой, порошу папу помочь тебе деньгами.

— Прекрати. — С яростью, почти рыча, перебил меня Арсений. — Я спас тебя не ради жалкой кучки бумажек или горсти монет. Есть у меня они. Если любишь тратить — забирай с собой. Мне они много лет ни к чему были, и впредь не понадобятся. Запомни раз и навсегда! Я не тот, кого нужно жалеть и награждать. Ни в том, ни в другом я не нуждаюсь. Единственное чего я хочу, так это покоя, а для спокойствия мне нужно, чтобы ни одной живой души в округе не маячило. Уяснила? Помни о том, что обещала мне. Это и будет лучшей наградой. — Сбавляя обороты, уже просто строго сказал он.

— Странный ты…

— Только поняла? — Мне показалось или я, действительно, услышала как в его голосе проскользнули нотки горечи? — Мне нужно идти. Останешься здесь или проводить тебя к очагу? — Уже более примирительным тоном спросил он, но что-то подсказывало мне, что он на меня злится.

— Останусь. — Я услышала удаляющиеся от меня шаги и поняла, что осталась в темноте одна…

5.2

5.2.1