Тайны твоего сердца - Дарья Вознесенская

Доспехи свинулись и начали слепляться и подниматься, превращаясь снова в рыцаря… пустого снаружи, но очень железного внутри.

Я поежилась.

А утаты дернули меня за юбку:

— Пошли, пошли…

На этот раз я уже не сопротивлялась. Думала.

Три дня?

Чтобы проявить себя — это немало. Я должна придумать, как впечатлить хозяина, чтобы он захотел меня оставить, хоть я ему и не понравилась. Но он, во-первых, не полез мне сразу под юбку, что радовало. А, во-вторых, не прогнал силой, что обнадеживало. Хоть бы… почему-то я была уверена, что он — маг. И мог.

Мы снова вышли на улицу — получается этот вход и маленькая лесенка только и предназначались что для удобного прохода в оружейный зал — прошлись совсем немного, и Лука открыл еще одну дверь, неказистую и скрипящую. Если я верно понимала, то оказались мы в помещениях для слуг. Очень запущенных помещениях… А дальше попали на склады и кухню.

Очень неуютную кухню.

Масштаб бедствия дошел до меня спустя полчаса — а я всего-то и успела что осмотреть комнаты для приготовления еды, столовую и холл…

Три дня?! Да здесь не привести все в порядок даже за тридцать три… года! Как готовить на этих гигантских закопченных вертелах? И что с тем столом? Кровью заляпан? А как можно натереть монстрообразную люстру, если она висит в шести метрах от пола и ощерилась железными шипами?

Не то чтобы замок был грязным… Он выглядел нежилым и запущенным. Будто тем, кто здесь находился, было совершенно плевать, в каких условиях им жить.

А еще он был очень-очень старым… и уставшим.

Углы были отданы паукам, окна покрывала непонятная пленка, будто ртутная, голый камень, из которого состояли стены, пол и потолок был испещрен рытвинами и местами потемнел до черноты, широкую лестница, ведущая на второй этаж, точнее галерею, покрывал истлевший ковер…

Да еще затхлый запах.

Могу себе представить, как здесь выглядит библиотека или комнаты.

— Почему все такое… страшное? — спросила я карликов, которые все это время меня сопровождали.

— Ты это на что намекаешь? — возмутилась маленькая женщина, — Здесь. Прекрасно. Все!

Я с недоумением осмотрелась еще раз — вдруг привиделось — но ничего прекрасного не увидела.

— Здесь как-будто не убирались… пару веков, — сделала еще одну попытку.

— Хочешь оскорбить мою бабушку? — теперь возмутился Лука.

Ай, да чтоб их…

Я задумалась.

Привести даже одно помещение в порядок за три дня было невозможно, но ведь я и не ставила такую задачу. А вот если придумаю что-то быстрое и эффектное, чтобы выделиться…

— А почему мы до сих пор никого не встретили? Ну там челядь, домашних, родственников? — закинула еще одну удочку.

— Так никого и нет больше, — удивились моему незнанию утаты, — Четверо утат на каждый угол, как и положено, и все.

— И всё? — тупо переспросила.

“Нет не всё. Еще одна глупая упрямая попаданка” — ехидно сообщил мне внутренний голос.

Вздохнула и уже знакомым путем вышла на улицу.

Воздуха глотнуть.

— Сбегаешь? — будто даже радостно спросила карлица, которую Лука назвал Бринни.

— Изучаю масштабы, — покачала головой.

Туман рассеялся и можно было еще раз и полностью оценить замок со стороны… Но, если честно, описать его не представлялось возможным. Одни нецензурные выражения в голове всплывали.

Настолько большой. Неуютный. Много переживший…

Еще раз вздохнула и засучила рукава.

Так через что там лежит путь к сердцу… тьфу, признанию мужчины?

Бытовая. Разгульная.

Нет ничего убедительней для признания мужчиной, чем вкусная еда, чистая постель и ухоженная — и на все готовая — девица на ней.

Во всяком случае в этом убеждали редакторы женских журналов. И Вероничка. И Вовчик. То есть люди, которые изрядно испортили мне жизнь. И которым может и не стоило больше верить… Но в новом мире, весьма отстающем в плане прав женщин, это могло сработать.

И если “лежать на все готовой” я оказалась не готова сама, за все остальное схватилась с пугающим даже меня энтузиазмом.

Тряпки и скребки нашлись быстро. Как и вонючее, но все же мыло. И вода: во все нижние помещения замка она подавалась с помощью колонок. Такая колонка, довольно тугая, и на кухне была. И золы в очагах, которую я еще в деревне научилась использовать для чистки металлической утвари, было достаточно.

Так что, как только я позавтракала сложенными в промасленной бумаге сыром и грубым хлебом, очагами и занялась. А еще золой, посудой, стенами, столом, шкафом с толстенными, изъеденными неизвестно кем деревянными дверцами. Я двигала, мыла, переставляла, скребла и складывала на постепенно очищающиеся поверхности все, что мне может понадобиться в ближайшее время для приготовления еды. Приборы, котелки, горшочки, ухваты, ножи, которые получилось немного заточить с помощью специального камня, роскошные тарелки. Огромные залежи посуды обнаружились за одной из внутренних дверей, но покрыто все было таким слоем пыли и жира, что мыть я взялась пока только несколько штук.

А еще была еда. Много. Мука, яйца, охлажденное солоноватое мясо в бочках, молоко и сливки, клубни, ягоды. Даже полоски соли, что для этого мира было верхом роскоши. Именно полоски — соль здесь не выпаривали, а срезали с каких-то южных деревьев. И, чтобы посолить еду во время готовки, проваривали ту в котелках. Если речь шла о тушках животных — натирали ими. То есть на питании маг не экономил. Чем заслужил много-много плюсиков. У меня аж слюнки потекли, когда я увидела все это великолепие. А уж после того, как обнаружила ледник с несколькими тушками птиц и даже неизвестной мне на вид рыбиной, мир и замок перестали казаться столь уж мрачными… Ну пусть курицу и лосося я прежде видела только как замороженное филе. За возможность питаться нежным, качественно приготовленным мясом и рыбой, я не то что щипать и потрошить готова была, но и призывно лежать на кровати…

— Вот что с человеком голод делает, — передернулась от своих мыслей и продолжила разбор и учет.

Происхождение некоторых продуктов было настолько непонятным, что я откладывала их в сторону. Другие выглядели на вид очень знакомыми, но, когда я осторожно попробовала, оказывались не тем, чем мне представлялись. Ягоды “голубики” были солеными и терпкими, похожими на соевый соус. А то, что я приняла за корень имбиря, оказалось сладкой белой морковкой.

В общем, меню в моей голове формировалось по мере обнаружения продуктов.

Я не была гением кулинарии и пока что едва-едва освоилась с готовкой в местных печах и на открытом огне, потому выбрала — для начала — более менее простые блюда. Что-то среднее между открытым пирогом и пиццей. И простую похлебку с мясом и овощами, в которую для вкуса я собиралась добавить тушеные на животном жире лук и тот самый “имбирь”.