Жена повелителя эльфов - Ева Ардин

— Ленариэль! — дверь в ванную, ударившись о стену, со стуком распахнулась. На пороге стоял повелитель эльфов. — С тобой все в порядке? И почему слуги меняют ковер в комнате?

Я вымученно посмотрела на Тая. Вот что ему ответить? С учетом того, что я сама толком не понимаю, что случилось? Неожиданно на выручку пришла Ранимиэль.

— Повелитель, позвольте сказать? — она дождалась кивка эльфа и продолжила: — У лиирры Ленариэль обнаружилась человеческая болезнь беременных. Симптомы этого недуга таковы, что женщина чувствует слабость, не переносит резких запахов и ее тошнит по утрам. Магия вашей невесты оказалась настолько сильна, что под ее действие случайно попал лиир орт Дартен. Его вырвало прямо на ковер.

— Что? — решила сразу уточнить я. — Почему тошнота беременных считается человеческой болезнью? Что, эльфийки этим не страдают?

— Очень редко, — Ранимиэль повернулась ко мне. — Слава богине, наши организмы более совершенны, и лишены многих недостатков людской расы. К ним относятся, например, и ежемесячные кровотечения, которыми страдают все человеческие женщины без исключений. Но надо признать, они и беременеют гораздо проще, чем мы, — закончила печально эльфийка.

— Ежемесячные кровотечения? — повелитель эльфов потрясенно покачал головой. Видимо, о таких подробностях женской физиологии людей ему не было известно.

— Да, повелитель. У человеческих женщин по наступлении полового созревания, а это примерно соответствует возрасту в двенадцать лет, каждый месяц идет кровь из…

— Достаточно! Меня это не интересует, — резко оборвал ее повелитель. — Ленариэль, как ты себя чувствуешь? Ты сможешь отправиться на прогулку, или тебе нужен отдых? Лиирра Ранимиэль?

— Свежий воздух лиирре Ленариэль необходим, — сказала эльфийка раньше, чем я успела ответить. — Я исцелила ее от утреннего недуга и сейчас ей будет очень полезна прогулка. И витаминный коктейль.

— Ленариэль? — повелитель перевел взгляд на меня.

— Начнем, пожалуй, с коктейля.

Как это ни странно, мысль о еде не вызывала ожидаемого отвращения. А вот прогулка в компании повелителя… не знаю.

С другой стороны, мне нужно как можно скорее разобраться с тем, что происходит в этом мире. А если я скажу, что чувствую недомогание и залягу в постель, то ничего не узнаю.

— Я бы хотел, чтобы мы с тобой слетали в священную рощу, — сказал Тайронир. Он снова посмотрел на целительницу: — Лиирра Ранимэль, моей невесте не противопоказано летать верхом?

Летать? Верхом?! Мне стоило больших усилий не спросить, что имеется в виду.

— Нет, у нее ведь достаточный опыт полетов на грифонах. Наоборот, привычные ощущения могут подтолкнуть память к воспоминаниям.

— Ленариэль, ты согласна слетать со мной в храм богини? — спросил Тайронир.

Когда говорили про полеты, я с трудом преодолела новый приступ тошноты. Но, услышав о цели поездки, передумала отказываться. Храм богини — в нем наверняка можно узнать больше о религии этого мира. Вдруг я увижу там то, что поможет мне пролить свет на личность желтоглазого обманщика, который представился местным богом?

— Да, — посмотрела я в синие глаза. — Согласна.

* * *

Итак, что я знаю о полетах? Нет, речь не идет о самолетах, где человек садится в уютное кресло и может забыть обо всем, отдавшись на волю техники и провидения, пока его не доставят к пункту назначения.

Я не имею в виду парапланы, дельтапланы и прыжки с парашютом — хотя эти летательные аппараты, казалось бы, дают иллюзию контроля над воздухом и небом, позволяя на время ощутить восторг полета…

Теперь я знаю точно, что настоящее единение со стихией можно испытать, только если ты был рожден для того, чтобы летать. А когда такое существо позволяет тебе оседлать его, ты и сам проникаешься невероятным ощущением свободы и легкости…

Мы с Тайрониром стояли на плоской крыше эльфийского дворца, собираясь оседлать грифона. Этих существ было вокруг пара десятков — и все норовили подойти, обнюхать меня, боднуть изогнутыми вовнутрь клювами или напроситься на ласку. Я прикусила щеку изнутри, чтобы не сказать ничего лишнего, и изо всех сил старалась не показать страха.

— Боишься? — голос эльфа над ухом чуть не заставил подпрыгнуть.

— Это так заметно? — спросила я, уговаривая себя расслабиться.

Дело все в том, что на уровне интуиции я совершенно не ощущала от грифонов опасности, несмотря на их устрашающие клювы и острые когти на лапах. От этих существ чувствовалось любопытство, желание ласки, когда они подходили и бодались, но никак не угроза. Не знаю почему, но хотелось верить, что чутье меня в этом случае не обманывает.

— Когда я нашел тебя, всю в крови, под обрывом, ты сказала, что боишься моего зверя, — усмехнулся Тай. — Я приказал оседлать Найри, — он указал на шоколадно-коричневого грифона, — седлом для двоих. Ты полетишь со мной.

— Правда? — я испытала неимоверное облегчение. Мысль о том, чтобы залезть на этого пернато-пушистого орла-льва и лететь на нем, буквально не укладывалась в голове. Сама бы я точно не справилась, невзирая ни на какую память тела.

— Да, — сказал Тай. — Ты ведь не возражаешь, правда, друг? — обратился он к грифону, заглядывая тому в глаза.

Тот в ответ издал мелодичное курлыканье и ткнулся клювом в ладонь эльфа. А Тайронир внезапно и без предупреждения взял меня за талию и поднял, усаживая в седло. Сам он, спустя несколько секунд, оказался позади и крепко обнял, прижимая к себе.

А потом мы взлетели, и я опять прикусила вначале щеку, а потом и губу, только бы не заорать сначала от ужаса, а после — от восторга. Потому как ощущения от полета на грифоне нельзя было описать словами.

Забылся страх, совершенно потерялись и растворились поначалу острые ощущения от близости мужчины, который слишком сильно прижимал меня к себе… Я даже почти не обращала внимания на пейзаж, который расстилался внизу, под крыльями грифона. Хотя там, безусловно, было на что посмотреть — эльфийский город, дома которого были идеально встроены в ландшафт холмистой, поросшей вековыми деревьями долины, был не похож ни на что, виденное мною раньше.

Показалось, что полет длился всего несколько минут, как мы начали снижаться. Внизу показались те самые деревья с изумрудной листвой и золотистой корой, которые меня так поразили еще в тот момент, когда я только открыла глаза в этом мире.

Грифон приземлился недалеко от рощи, и Тай спешился, а потом и меня снял. Задержав объятие и не позволив мне высвободиться, эльф спросил:

— Теперь не боишься?

— Нет, — ответила я. — Спасибо.

— За что? — удивился Тай.

— Просто так, — ответила я, улыбнувшись.

Наверное, я благодарила его за то, что он не дал мне упасть во время полета. Или за то, что он так внимателен. Хотя это объяснимо — ведь Тай считает, что я ношу его ребенка. И Верисель думает также. Эта мысль заставила нахмуриться. Как же узнать правду? Вряд ли у эльфов есть тест ДНК.