Мой огненный мужчина - Ольга Шерстобитова

Кассандра Гранина.

– Может, и какого красавчика среди ариатов найдешь! Они такие, прямо ух! – выдала изрядно захмелевшая Кариса и подмигнула мне.

– Разве мне до личных отношений? Особенно сейчас. Сама же знаешь, новая работа потребует немало времени и сил, чтобы к ней привыкнуть.

– Вот и привыкнешь вместе с мужчиной! Он еще и поможет, поддержит, все расскажет и покажет.

– Ты порой неисправима, – фыркнула я.

Кариса только хихикнула и разлила остаток вина из бутылки. Сладкое, с приятным ягодным послевкусием, оно неплохо расслабляло и, кажется, делало нас еще болтливее.

Я потянулась к конфете, покрутила ее в руках, развернула и спросила Карису:

– А какие они, ариаты? Я сегодня лазила в Межгалактической сети, решив поискать информацию, но ее там кот наплакал.

– О! Ты там ничего интересно и не найдешь, разве что общие сведения.

Это верно. Все, что мне удалось выяснить больше относилось к самой планете, чем к ее жителям. Меньше тысячи лет назад на Ариату упало несколько метеоритов, и это изменило климат планеты и существующий генотип. Растений с уникальными свойствами и редких животных вроде гиппокампусов там немало. И вода в некоторых озерах теперь целебная. Поэтому, в общем-то логично, что ариаты сделали планету закрытой, не желая разрушить все это следами цивилизации.

Я рассказала об этом Карисе, та закатила глаза.

– Ты не о том читала, однозначно! Там одна раса, которая подверглась трансформации, чего стоит!

– Ты про ментальное воздействие и телекинез? Про это в сети пару строчек сказано, не больше.

– Еще бы! Это же только верхушка айсберга, из-за которой с ариатами никто не решит связываться.

– Сильных всегда боятся, – тихо заметила я, съедая еще одну конфету.

– Ариаты вполне дружелюбны, сотрудничают со многими планетами. Сейчас у них, правда, вместо четырех лидеров, три. Еще одного никак не выберут. Что-то такое у них там год назад произошло, о чем они не желают распространятся. Даже Маркус, с которым мы в неплохих дружеских отношениях, замял тему. Но не суть. В политику ты все равно не полезешь, тебе это неинтересно.

Я улыбнулась, подруга хорошо меня знала.

– А вот с самими ариатами тебе жить. Они немного замкнутые, достаточно волевые. Очень дисциплинированы и ответственны. Всегда идут до конца. Не терпят поражений.

– Это ты все, общаясь с Маркусом, поняла?

– Угу. Там же характер сразу на лицо …

Я промолчала, допила вино, позволяя ему приятным огнем разбегаться по венам.

Под потолком лаборатории Карисы по-прежнему кружили светлячки, и это придавало нашим посиделкам с подругой особой прелести. Когда мы еще теперь встретимся, кто знает?

– Касс, – … она наклонилась и серьезно посмотрела на меня. – Просто пообещай, что не похоронишь себя на работе. В жизни, помимо этого, есть много приятного и удивительного.

– Почему ты об этом просишь?

– Потому что за все время учебы ни разу не видела, как ты ходила на свидание. Да какой там, я даже не слышала, чтобы тебе кто-то нравился!

– Разве до этого мне было, когда постоянно нуждалась в деньгах? – ответила я.

– Я понимаю, – мягко заметила подруга. – Но за последний год ты вообще сильно изменилась. Стала еще более закрытой. И иногда я смотрю на тебя, мы разговариваем, но мыслями ты совсем далеко.

Я вздохнула и прикрыла глаза.

– Не хочешь рассказать, что с тобой произошло на той практике, на которую ты летала вместо Залеской?

Я поперхнулась вином, закашлялась, и подруга похлопала меня по спине.

– Не думала, что ты знаешь.

– Знаю. Я как раз, когда ты садилась на космический корабль, отлетающий на Луандру, на Тирун-на-тар прилетела. Ты тогда в космопорте мимо прошла, меня и не заметила. Бледная вся, встрепанная. Ты почему, кстати, мне об этой авантюре не рассказала?

– Потому что ты – мой преподаватель.

– В первую очередь, я, между прочим, твоя подруга, – насупилась Кариса. – И я бы тебя точно не выдала. Вообще кое-кому повезло, что за хрупкими образцами огненных кристаллов на Тирун-на-тар отправили меня, а не кого-то другого из преподавательского состава.

– Прости, – тихо попросила я. – Иногда мне сложно доверять… даже единственной близкой подруге. В приюте этот навык – верить кому-то очень быстро уничтожается. Да и полетела я, согласившись на эту безумную авантюру, чтобы была возможность оплатить последний год учебы.

– И? – наклонилась Кариса, вглядываясь в мое лицо.

– Я спасла там мужчину. Он… тонул в реке. Я вытащила. И… переспала с ним.

Я зажмурилась и шумно выдохнула.

– Судя по тому, что ты на других мужчин в нашей академии и не смотришь, мужик оказался что надо!

– Иса! – вспыхнула я, чувствуя, как к щекам приливает жар.

– То есть было не феерично? – невинно поинтересовалась она, и я нащупала диванную подушку и бросила в нее.

Кариса весело рассмеялась.

– И где же этот мужчина? Почему ты не поддерживаешь с ним общение? Он не захотел или… О, вселенские свет и тьма, Касс, только не говори, что ты от него сбежала!

Подруга жалобно посмотрела на меня, и я вздохнула. Ком горечи тут же встал в горле.

– Мгновенное спонтанное перемещение сложно назвать именно побегом. Да и чтобы он обо мне потом подумал… Боюсь, нам больше не суждено встретиться. Пусть он останется моей светлой мечтой. Мечтой, что подарила еще и энергетические крылья.

Иса вытаращилась на меня, глаза у нее стали круглыми. И даже не понять, чего в них больше, любопытства или удивления.

– Крылья? – сипло переспросила она.

– Угу. Признаться, сначала думала, это новый вид мутации. А после, когда их не удалось никакими судьбами призвать… все же склонилось к варианту, что скорее расовая особенность.