Ты вышел из тьмы - Иванна Осипова

— Дорогой мой Стефан, — почти нежно пропел брат Тарвит. — Всё вы преувеличиваете.

Мужчины расположились в небольшой гостиной дома старого мага, где теперь постоянно жил его ученик. Стефан постарался сесть подальше от гостя, в угол потемнее, чтобы оттуда наблюдать и делать выводы, а заодно скрыть собственное лицо. Только не так-то просто скрыться от главного ревнителя лика.

— Я видел признаки, которые мне слишком знакомы, — Стефан цедил слова сквозь зубы, беседа с жрецом не доставляла удовольствия, но была вызвана крайней необходимостью. — Помните про белые нити? Белая смерть одной природы с ними. Оно забирает жизнь из нашего мира, опустошает.

— И с чего вы взяли, что это связано со сделкой?

— Вас совсем не волнует, что наши действия могут вызывать такие последствия? Впрочем, о чем я спрашиваю и главное кого. После того, что вы сотворили с наивным ребёнком…

— Чудесный Стефан, я привык, что вы меня постоянно в чем-то подозреваете и обвиняете, если каждый раз я буду испытывать угрызения совести, то можно сразу отказываться от дела. Не забывайте о своей роли. Вы жалеете себя, забывая о тысячах жителей Фолганда? — брат ревнитель лика сокрушённо покачал головой. — Я считал вас благородным человеком, готовым на жертву во имя счастья своих подданных. Раз уж старый лорд сумел обмануть культ, то и несите свой жребий с честью.

Слова Тарвита пробили не хуже копья, смертельно, насквозь, и пригвоздили к креслу. Левая часть лица Стефана резко дёрнулась в болезненном спазме, оттянув угол рта, зрачок левого же глаза превратился в чёрную точку. Правая сторона оставалась холодной маской. Крыса из крипты, мастер запрещённых приёмов. Крыса, смеющая рассуждать о чести и долге.

— Не вам учить меня чести, — слова вылетали отрывистыми хрипами.

— Спокойнее, душа моя, — заметил даже в полумраке. — Вам дать что-нибудь выпить? Какой-нибудь из ваших настоев? Не бережёте вы себя. Нервничаете зачем-то.

— Обойдусь, — из мага вырвалось шипение вместе с выдохом, зрачок расширился.

— Как же вы любите раздувать проблемы из ничего. Надеюсь, с возрастом это пройдёт, — продолжал Тарвит. — Не так уж и страшно ваше положение. Готов спорить, что лорд Аспер желал бы занять ваше место.

— Он ничего не знает, наивный дурак, — Фолганд немного пришёл в себя. — Может и вы хотите побыть на моем месте?

— Меня и моё место вполне устраивает, — быстро проговорил Тарвит. — Пусть так. Успокоились, вот и славно. Ваше волнение по поводу белой смерти похвально, но совсем не нужно. Мы должны продолжить исполнять договор. Дивный бог избавит нас и от этой напасти. Однажды механизм сработал.

— Не сами ли ревнители вызвали и первую проблему, — Стефан не собирался сдаваться легко, поэтому говорил с вызовом и открыто. — Вы хотели добраться до Него, ради своих интересов.

— Дорогой упрямец, — Рют сделал вид, что устал вести подобные разговоры. — На глупости отвечать не буду. Подумайте, как простые жрецы могли вызвать столь массовую эпидемию? А следом прекратить её на самом пике. Ерунда и только. С белой смертью решение найдётся. Необходимо больше подношений, больше даров светлому лику. Второй портал очень бы помог, а вы тянете с его созданием. И кто из нас после этого убивает народ Фолганда?

На этот раз Стефан пропустил колкость мимо ушей.

— Я изучаю бумаги Бертрана. Он не успел передать мне всех секретов.

— Поторопитесь, драгоценный наш. Поспешите. Видите, как я забочусь о народе Фолганда.

— То есть и к пропаже и убийствам людей ревнители не имеют отношения?

— Вы неисправимы. Мы выполняем свою работу, не более. А если кто-то и пропадает, то исключительно по собственной неосторожности. Все бы вам ревнителей хулить, а мы ведь как лекари для земель Фолганда. Вы же не начинаете ненавидеть лекаря за то, что он причиняет боль или даёт горькое лекарство, — умел ревнитель Тарвит так дело повернуть, что невольно начинаешь с ним соглашаться.

— Так что спокойно занимайтесь своим делом. Предоставьте нам думать о будущем.

— Разве у меня есть право выбора?

— Всегда, — улыбка ревнителя походила на оскал. — Вы можете выбрать гибель земель Фолганда. Воля ваша, — опять смягчился до растекающегося масла. — Теперь к моим проблемам, с вашего позволения.

— У вас есть проблемы? Никогда не поверю.

— Представляете, мой язвительный друг. И эта проблема — ваш брат. К делу. Поговорите с братом об увеличении налога на Дом Дивного бога, он почему-то сильно сопротивляется.

— Правильно делает, — Стефан презрительно сощурился. — Ваша жадность не знает границ.