Новая инквизиция - Александр Щеголев

Сомнений не осталось: меловая черта заряжена.

Во второй раз Жозефина Генриховна обошла дом, сменив ивовую веточку на две медные планки – и убедилась: энергетические вектора направлены внутрь. На того, кто живёт в доме. На неё…

Заряд слабенький, почти незаметный, и не подкреплён начертанными охранными заклинаниями. Любой человек перешагнёт и не заметит. Но у автора линии, наблюдающего издалека, пусть и не глазами, сразу раздастся тревожный сигнал – объект покинул логово.

Что объектом была именно она, Де Лануа не сомневалась.

Ну не этот же дурачок Марат под прицелом, на самом деле. Никто не станет возиться с шутом, изображающим из себя адепта тёмных сил. А если кто проведал о другой ипостаси популярного музыканта – тоже незачем прибегать к оккультным способам. Достаточно позвонить куда следует и намекнуть, что Фагот – не единственный псевдоним музыканта. Есть и второй, известный не только по богемно-музыкальной хронике. Но и по криминальной.

Нет, замкнутая линия – очередной ход в непонятной пока игре, затеянной неизвестно кем против Жозефины.

Занимаясь оккультизмом, наживаешь много врагов. Помогая одним, обязательно вредишь другим, – и чем сильнее заказчики, тем сильнее их враги. А известных и влиятельных клиентов Де Лануа приобрела в последние годы достаточно – и не просто приезжавших погадать, следуя модным веяниям, – но хорошо знавших, на что способна ведунья. Убедившихся в стопроцентной точности её предсказаний будущего и объяснений тайн настоящего. Хотя и мелочёвкой Жозефина не брезговала. Курочка по зёрнышку клюёт, к тому же лучшая реклама – рассказы потрясённых клиентов; псевдо-магам, прославляющим себя в газетах, у людей веры мало…

Крупных дел, способных вызвать месть обиженных (и не менее сильных, чем заказчики) людей, хватало. В любой из этих историй вполне мог всплыть и источник убойного компромата… Понять бы ещё, в какой именно…

Подковерная схватка нефтяных гигантов за сеть заправок на только-только начавшей строиться кольцевой дороге? Или тёмная история с банком, непонятным и неожиданным образом сменившим владельцев – там в конце была кровь и трупы в изрешечённом мерседесе, – чем не повод для мести? А может, чем черт не шутит, все связано с бывшей любовницей вице-губернатора? Говорят, что дамочка потеряла весьма многое, расставшись с сановным кавалером, – и грозилась лично расправиться с настучавшими о её побочных увлечениях, даже справкой о невменяемости запаслась для такого случая…

Вариантов достаточно. Нельзя также исключить, что кто-то из клиентов решил убрать колдунью, слишком много узнавшую… Но вопрос, собственно, в другом. Упомянутые господа обычно сводят счёты более приземлёнными способами.

Однако сейчас наняли коллегу Жозефины по ремеслу.

Кого?

Все эти патентованные шарлатаны, белые колдуны и светлые маги, заполонившие своей рекламой газеты, – ни на что серьёзное не годятся. Плюнуть и растереть.

А Жозефина Генриховна Де Лануа была настоящей ведьмой. Более того – потомственной.

Так кто же посмел бросить ей вызов на поле, которое она привыкла считать безраздельно своим?

Сегодня ведунье показалось, что она узнала ответ. Вернее, лишь намёк на него…

Арик Хачатрян вышел в небольшой уютный зал кафе «Гаяне», уселся за столик. Первая половина дня, заполненная всевозможными хлопотами, закончилась – можно посидеть, спокойно попить кофе, расслабиться… Заодно и поглядеть хозяйским глазом за подчинёнными.

Кроме кафе, Хачатрян владел другими торговыми точками, разбросанными по Царскому Селу, и держал, больше для удовольствия, чем для дохода, прилавок на рынке, в травяном ряду. Базилик, тархун, виноградные листья… Уникальный для этих широт товар, пропитанный горным воздухом и южным солнцем, пользовался спросом у ценителей истинной кавказской кухни.

Арик сразу узнал посетителя, отошедшего от стойки с кофейной чашкой в руках и севшего за соседний столик.

– Вай, дорогой, хорошо, что пришёл! Подумал – и решил машину продать, да? Подсаживайся, кофе попьём, о цене поговорим, то, сё…

Гость не стал капризничать – легко пересел со стула на стул. Но заговорил вовсе не о машине и её цене. Поднёс чашку к губам, вдохнул аромат – и поставил на стол, не отпив. Сказал:

– Лучший кофе я пил когда-то в Новом Афоне. Там, помнится, хозяйничал один армянин, этим кофейня и была известна. Не кофе, а эталон. Произведение искусства… Такого теперь не найти, а того – не вернёшь.

Арик прекрасно понял, о чем речь, и возразил, задетый за живое:

– Какая, допустим, цена, такой и вкус… И наоборот.

– Я понимаю, понимаю… – незнакомец скорбно покивал. – Искусство и коммерция две вещи несовместные.

Этого хозяин уже не выдержал.

– Сусанна! – на все кафе гаркнул Хачатрян. Из внутреннего помещения вышла молодая женщина – та самая беременная красавица.

– Сделай, как положено! И сама!!! – в голосе толстяка звучал металл, рука указывала на кофейную чашку. Сусанна исчезла. Арик добавил, обращаясь уже к гостю:

– Жена моя. Сейчас все сделает… Для клиентов – один кофе, для друзей – другой. Настоящих знатоков здесь, допустим, не так уж много. И все – мои друзья. Я – Арарат. Ты зови меня Арик.