Сахарный череп - Марина Сергеевна Комарова

* * *

— Какая мерзкая рожа, — прокомментировал Чочу.

— На себя посмотри, — раздраженно бросил я, шипя от боли и пытаясь пристроить повязку на глаз.

Нет, определенно человеческая плоть слаба. А при определенных изъянах еще и страшна, как набравшаяся кактусовой настойки Шок-Аху.

Роза ушла на свою работу.

Мне же пока ничего не оставалось, как находиться в доме. Во-первых, мне должны выдать документы. Во-вторых, не исключено, что, выйдя в одиночестве, напорешься на кого-то из старых знакомых. Враждебно настроенных старых знакомых, которые будут не восторге от встречи с тобой.

А еще… как ни крути, но с правым глазом все же проблемы. Я был слишком оптимистичен, решив, что раз тело почти новенькое, то и все мои увечья в прошлом. Видимо, Тьелль обладает какими-то особенными силами. И что забрал, то забрал. Сволочь.

В остальном доставшаяся мне оболочка была вполне годной. Когда сойдут синяки и опухоль, то будет даже симпатично. Единственное, что было и так понятно: мне досталось тело северянина. Ничего общего с жителями того же Чилама. Светлая кожа, почти белые волосы длиной почти до плеч. Какая-то вязь татуировки на правом плече. Что она значит — убейте, не знаю.

Кем был хозяин этого тела в прошлой жизни? Не прихватил ли он сюда какой-нибудь кармический долг, который будет тянуться за мной и тут? Не то чтобы я хорошо разбираюсь в том, как сюда являются подопечные, но сам факт.

Чужое тело — это не просто одежда. Тут могут быть сюрпризы, которые потом заставят серьезно понервничать.

«Придется после получения имени и документов все же сходить в местные храмы, — мелькнула мысль. — Придется хоть с кем-то договориться о сотрудничестве. Ну или… если ничего не вызовет доверия, попробую вызвать Максимона. Он обмануть и надурить пытался еще на заре нашей дружбы, однако… это скорее было забавной игрой, чем желанием причинить вред».

Отвернувшись от зеркала, я посмотрел на Чочу. Тот довольно ухмылялся.

Пока Розы не было в доме, он показывал свой отвратительный характер во всей красе.

— Ну, каково, Тиош, оказаться в теле смертного?

— Получше, чем в Шибальбе, — ответил я.

Потом шевельнул пальцы, пытаясь вызвать привычные зеленые искры. Миг — едва заметная изумрудная рябь. И тут же ничего нет.

Дело дрянь.

Как восстанавливаться?

Легкая паника подступила к горлу. Осознавать, что растерял все, что мог, было неприятно.

Мотнув головой, приказал себе успокоиться. Тихо. Ничего не начинается и ничего не заканчивается, все находится в бесконечном круге трансформации. Значит, если я потерял что-то сейчас, то непременно отыщу нечто равноценное в будущем.

— Все плохо? — поинтересовался Чочу.

Пусть он не мог читать мыслей, но прекрасно видел выражение моего лица.

— Не слишком хорошо, — кивнул я. — Мне нужно восстанавливать форму.

Возле черепа тут же появилась сигара, которая спустя миг оказалась в его зубах. Воздух наполнился ароматом нуа-нуа. Так-так, мало того, что никого не уважает, жрет без меры, так еще и дымит как дрянной костер, в который бросили мертвую сакуйю.

Первыми пошли в ход книги. У Розы оказалась отличная библиотека. От кого бы она ей ни досталась, спасибо.

Только вот беда, ничего про колдовство, магию и богов. Все больше книги по швейному ремеслу, растениеводству, медицине, энциклопедии и путеводители по Оутлю. Ну и еще художественная литература: детективы про эс-калавера. Даже ни одного романчика про жаркие чувства. Непривычно.

Я плюхнулся в кресло и постучал пальцами по крышке стола.

Провал, Тиош. Думай-думай-думай. Все не просто так. Если тут дверь закрыта, нужно срочно искать окно.

Мой взгляд упал на синюю книгу с тисненной золотом обложкой. Так, а что тут выглядывает у нас?

Подцепил пальцами уголок картонного прямоугольника и вытянул на волю. О как, Долгий Счет Дней, он же цолькин. Календарь древних народов, одних из тех, с кем когда-то воевали пропавшие ольтеки.

Огромный круг, разделенный на треугольники. В каждом треугольнике — свой символ. День-знак, кин по Долгому Счету Дней. Тридцать кинов — один тун. Двенадцать тунов — один вактун. Двенадцать вактунов — один мшктун. Мшктун — цикл, когда солнце обходит по кругу весь Оутль и мир погружается во тьму. Приходит Самая Долгая Ночь. Никто не знает, сколько она длится. Но именно в это время случаются все перемены. И могут они быть как хорошими, так и плохими.

В такую ночь пришли и мы с Максимоном. Не помня прошлого, но стремясь в будущее. Ну и Нантат. Только вот мы всегда прекрасно понимали: Нантат рядом просто из-за какого-то совпадения. Озеро Предков и два оболтуса с необычными возможностями очень плохо сочетаются.

Так, а что тут? У каждого кина есть свой покровитель. Может, хоть тут будет подсказка?

Я скользнул пальцами по рифленой поверхности цолькина.

— Шестой кин Дождливого Ягуара, — раздался голос Чочу, который тут же возник на столе. — Я предложил Розе обвести его в Долгом Счете Дней, как день, когда пропало наше спокойствие.

— Ты до ужаса заботлив, — заметил я. — Может, тогда освободишь меня от рыскания по энциклопедии и скажешь, кто покровитель этого кина?

— Легко!

— И кто?

— Тиош Нефритовая Маска.

Я потер подбородок, откинувшись на спинку кресла. Надо же как…

Неожиданно, конечно, но весьма любопытно. Меня помнят. Как подсказывает память, второго Тиоша в Оутле не было. Во всяком случае… такого, чтобы можно было назвать Нефритовой Маской.

Не секрет, что местные жители к нефриту относятся с особым почтением. Этот камень обязательно находится на телах тех, кто приходит в Оутль. Нефрит умеет аккумулировать силы, которые идут из других миров. Поэтому и древние правители этих мест, в особенности народ ольтеков, предпочитали носить нефритовые маски во время ритуалов и даже уносили с собой в могилы. Считалось, что нефрит — символ жизни. Он поможет уберечься во враждебно настроенном мире Шибальбы.

Максимон Отец Земной и Тиош Нефритовая Маска. Идеальная пара. Не зря эти два прозвища закрепились за нами куда быстрее остальных.

Чочу наблюдал за мной. Попыхивал сигарой и довольно скалился.

Злорадствует, сволочь.

Что ж, его можно понять. Наречь себя собственным же именем — маскировка так себе. С другой стороны, вряд ли мои недруги подумают, что я настолько идиот, чтобы не попытаться скрыться и не попытаться спрятать истинную суть. Или все же идиот?

— Что будешь делать, Тиош? — невинно поинтересовался он.

— А что посоветуешь? — не растерялся я.

Ответить Чочу не успел, потому что в этот момент возле дома раздались женские голоса. Один однозначно принадлежал Розе, а второй… Явно немолодой женщине, такой… низкий, с бархатной хрипотцой.

— Оу-оу, я сваливаю, — сообщил Чочу и