Лёлька и Колдун - Марта Алова

Алана поставила телефон на комод, на салфетку, связанную бабушкой из использованных целлофановых пакетов. Стационарные телефоны постепенно отходили в прошлое, на место им пришли мобильники, которые были гораздо удобнее тем, что их везде можно было носить с собой, но она не торопилась избавляться от своего старого красного пузана с крутящимся диском. Он напоминал ей о детстве, о бабушке, которая очень была к нему привязана, даже салфетку специально вон связала, и Алана категорически отказывалась сменить этот агрегат хотя бы на кнопочный с памятью и автоответчиком.

Она рассеянно провела пальцем по отверстиям на диске и вновь мысленно вернулась в далёкий 1995 год. В то самое место, где две маленькие девочки стояли в траве на краю оврага, и одна из них, в красном плащике, с непослушными чёрными кудряшками, тянула сестру за рукав.

******

– Да вон же он! Вон! – от нетерпения Лёлька подпрыгивала на месте. Алане не сразу удалось разглядеть "волшебный цветок", по внешнему виду, к слову сказать, больше напоминавший обычную зачуханную саранку. Но это ещё было полбеды.

Вторая (и основная) половина заключалась в том, что этому цветку приспичило вырасти не где-нибудь, а по другую сторону оврага – не слишком широкого, но достаточно глубокого для того, чтобы, сорвавшись вниз, переломать себе руки-ноги, если не хуже. Алана моментально сообразила, что задумала её сестрица, и внутренне похолодела.

– Лёлька, нет! – еле выговорила она внезапно осипшим голосом. Но было поздно.

******

С той самой ночи, когда они с Лёлькой впервые увидели незнакомца в чёрном, прошло несколько месяцев. За это время существо появлялось ещё несколько раз. То оно внезапно выныривало из-за угла галантерейного магазинчика, то наблюдало за ними из-за жёлтого забора детского сада. В середине марта они отправились с мамой к её знакомой тёте Свете, и чёрный человек шёл за ними по другой стороне улицы. Точнее, не шёл, а плыл, парил над землей, едва касаясь её ногами. Лёлька незаметно для мамы толкнула сестру локтем. Алана обернулась и охнула, прикрыв ладошкой рот. Редкие прохожие сновали туда-сюда, некоторые удивленно шарахались и озирались, но большинство просто топало мимо, не обращая на странного незнакомца никакого внимания. Однако люди старались обойти этого типа стороной, и никто не столкнулся с ним лоб в лоб – это наводило на мысли о том, что они его тоже видели, ну, или хотя бы что-то чувствовали. "Значит, мы не сошли с ума, – сказала Алана позже Лёльке наедине. – Колдун действительно существует!"

"Колдуном" девочки прозвали зловещего незнакомца, обоюдно и почти не сговариваясь – это имя как-то сразу одновременно пришло им обеим в головы, и очень ему подходило. Ведь, в самом деле, здесь попахивало каким-то колдовством. Теперь часто вечерами в детской при тусклом свете ночника они шёпотом размышляли о том, кто он, откуда взялся и что ему от них нужно. В ход шли версии одна фантастичнее другой – о монстрах, оборотнях, инопланетянах и жертвах таинственных лабораторий, проводящих эксперименты над людьми – в общем, вся та каша из телевизора, которой забита голова современного ребёнка. Но монстры, колдуны и прочая нечисть обычно имеют свойство прятаться, когда ты не один, и почти всегда, так и не придя к общему знаменателю, сёстры засыпали в обнимку на одной из кроватей, укрывшись одним одеялом, и видели каждая свои сны.

******

…Не обращая больше на сестру внимания, Лёлька галопом неслась к тому месту, где прошлым летом свалилось на землю большое трухлявое дерево. Во время грозы в его ствол попала молния, оно упало над оврагом, зацепилось кроной за противоположный край и образовало некое подобие моста, довольно хлипкого и ненадёжного на вид. Взрослого человека этот импровизированный "мост" наверняка бы не выдержал, но кое-кто из ребятишек, на свой страх и риск иногда пытался перебежать по нему на другую сторону.

На этот раз Алана проявила несвойственную ей прыть, в три прыжка догнала беглянку и схватила за руку.

– Ты туда не пойдёшь! Я тебя не пущу!

Не ожидавшая столь внезапного натиска, Лёлька слегка опешила:

– Почему?

– Ты же упадёшь вниз.

– Не упаду, – заверила Лёлька. – Я лёгкая, и дерево меня выдержит.

Она попыталась освободить руку. Алана не пускала.

– Лёлька, не глупи! Это опасно!

Лёлька покачала головой.

– Опасно сидеть и ничего не делать, зная, что Колдун караулит нас за дверью. Я вернусь через пять минут. Если тебе страшно, закрой глаза и считай до ста. Когда досчитаешь, я уже буду рядом.

И её решительная сестра поставила ногу на ствол, твёрдо вознамерившись идти до конца. От бессилия Алана расплакалась:

– Лёлька, не смей! Не делай этого! Я… я… – и, ощущая всей душой своё полное и безнадёжное поражение, выложила последний козырь: – Я всё расскажу маме!

Лёлька обернулась. Удивлённо округлила голубые глаза. А потом улыбнулась, как могла улыбаться только Лёлька – так торжествующе и одновременно презрительно, что сердце Аланы провалилось куда-то в желудок.

– Иди, – величаво кивнула сестра. – Иди, и ябедничай. Ты меня не остановишь.

И больше не медля ни секунды, ступила на дерево, и пошла по нему, быстро-быстро перебирая маленькими ножками и расставив руки в разные стороны – для равновесия.

Алана замерла, прижала руки к груди и испуганно наблюдала, как сестрёнка всё дальше удаляется от неё. В голове роились мысли – одна ужаснее другой. Она думала о том, что будет, если дерево всё же не выдержит, и Лёлька полетит вниз? Если она сломает себе ногу? А если обе ноги, да ещё и руку в придачу? И что же тогда будет с ней, Аланой? Что она скажет маме? Как объяснит, почему не удержала, не остановила? И как она посмотрит в глаза папе?

Дерево было старым и рыхлым, кора во многих местах встопорщилась, и это было хорошо, так как помогало Лёльке избежать скольжения. К тому же противоположный край оврага находился ниже уровнем, и девочка шла под уклон, что тоже облегчало ей путь. Вот она преодолела его половину, две трети, три четверти… В душе Аланы затеплилась слабая надежда на то, что сегодняшнее приключение ещё может закончиться благополучно. Алый плащик ярким пятном весело мельтешил над оврагом, красные туфельки двигались всё быстрее, и вот уже счастливая Лёлька машет сестре с другой стороны земляного пролома рукой, а в руке зажат только сорванный бледно-жёлтый цветок.

– Алана! Алана! Он у меня!

Алана выдохнула. Оставался ещё обратный путь, но, похоже, сегодня удача благоволила Лёльке. И ей было абсолютно всё равно, что её сестра собирается дальше делать с этим несчастным сорняком. Главное, чтобы она вернулась домой – целая и невредимая.

Внезапно Алана почувствовала спиной чей-то взгляд. Обернувшись, она увидела сидящую на дереве чёрную птицу. Взъерошенная ворона с большим толстым клювом внимательно смотрела на девочку. Потом развела крылья и издала странный звук, больше напоминающий скрежет железа по стеклу, нежели карканье.