«Гремя огнем». Танковый взвод из будущего - Вадим Полищук

— И дальше что? — прервал запальчивого лейтенанта Ерофеев. — Одну машину сразу бросить придется. Для двух остальных горючего верст на двадцать хватит. Снарядов сколько осталось? Штук восемьдесят. Много навоюем?

Механика поддержал Сергей.

— А самое главное, кому и зачем будет нужна эта бойня?

— Тогда что, лапки кверху и сдаемся? — продолжил кипятиться молодой лейтенант. — Займем оборону, условия выдвинем…

— Я бы поторговался, — прервал не в меру разошедшегося подчиненного Сергей, — но предки, похоже, настроены весьма решительно. А что, если откажутся разговаривать и сразу откроют огонь? Да чего гадать, вон капитан возвращается, сейчас все узнаем.

Капитан Кондратьев, пока возвращался, думал, с чего начать разговор, но потомки и сами догадались. Лейтенант встретил его вопросом в лоб:

— Арестовать нас приказано?

— Приказ генерала Зарубаева: разоружить и изолировать от общения с солдатами.

— Боится, что спросят, почему бунтовщики все еще на свободе и при оружии? Шкуру свою спасает ваш генерал. А если откажемся?

— Приказано применить силу.

— А дальше что?

— Других указаний не было.

— Ладно, — Сергей обернулся к танкистам. — Лично я в предков стрелять не буду. Сразу не повесят, мы для них источники ценной информации, а дальше видно будет.

— У меня отец где-то здесь, — высказался механик-водитель, — я с ним точно воевать не буду. А ты, лейтенант, еще зеленый и не навоевался, поэтому народ не баламуть.

Это он заткнул рот не в меру возбудившемуся Мирошкину. Последним высказался сержант Вощило.

— Вы под броней, может, и прорветесь, а нам точно хана. Их тут сотни три, задавят.

— Не хочешь умирать, сержант?

— Не хочу. Был бы хоть какой-то шанс, а так…

— Ну вот и решили, — подвел итог Сергей. — Капитан, где сложить оружие?

К такому быстрому исходу Кондратьев оказался не готов.

— Тогда оставим внутри одного из танков, — предложил Сергей. — Танки закроем, ключи передадим вам. Согласны?

— Да, это будет наилучшее решение. Только надо будет потом номера переписать.

— Надо будет — перепишем.

Решение отцов-командиров некоторые встретили без восторга. Больше всех возмутился стрелок-радист командирского танка Малышев, но Ерофеев просто дал ему по шее, а рука у механика была тяжелая:

— А ну цыц!

Винтовки, автоматы, «Дегтярев» пехотинцев, ТТ и наганы танкистов. Свой пистолет Сергей отдал вместе с кобурой. С оружием расставались тяжело, привыкли к нему и даже сроднились, но так уж сложились обстоятельства. Иванов сам проверил, чтобы все люки были закрыты изнутри, запер башенные и передал ключи Кондратьеву.

— Здесь все. И что дальше?

— Не знаю, инструкций никаких не было, но, думаю, скоро последуют.

— Хорошо, подождем.

Саперы и казаки из конвойной сотни расслабились, винтовки опустили, но поглядывали настороженно. Сергей отвел Ерофеева в сторону:

— Иваныч, твой ключ при тебе?

— Обижаешь, командир, в надежном месте, но достать можно быстро.

— Вот и хорошо, посмотрим, как дальше дела пойдут.

Генерал Линевич был только что назначен главнокомандующим русской армией, мукденского позора Куропаткину все-таки не простили. Приходилось не только принимать дела, но и одновременно организовывать сдерживание японских частей в районе Телина, размещать отходящие и вновь прибывающие войска на Сыпингайских позициях, приводить в порядок вырвавшиеся из-под Мукдена части. Некоторые из них проскочили аж за Гунчжулин, другие остались далеко позади. Уцелевшие полковые обозы, полевые госпитали и артиллерийские парки оказались в чужих корпусных районах. Приходившие на назначенные им стоянки части требовали очищения захваченных квартир. Происходили бесконечные пререкания между начальниками, которые приходилось разбирать.

Конверт с донесением от командира 4-го Сибирского корпуса был доставлен в ставку и вскрыт только поздним вечером. Прочитав содержимое конверта, генерал Линевич был просто изумлен. Ранее за Зарубаевым ничего подобного не числилось, а тут… Прочитав донесение еще раз, но так ничего и не поняв, Линевич, человек по-малороссийски основательный и здравомыслящий, решил с выводами не торопиться. Тем более что хватало других забот.