Записки прохожего - Михаил Тапин

довольно редкой металлической оградой. И вот думаю я себе, а что я в том зоопарке не видел, да и денег польских у меня нет на билет. А лезть через стену зайцем, тоже нет желания. Просовываю руку сквозь решетку и выпускаю двух свинят-полосатиков на волю в лес. И нет, не стал я на них никакие номера рисовать, просто отпустил и забыл. Сами там прибьются к кухне, гляди и комфортабельной клеткой обзаведутся.

Иду дальше, впереди очередной мост через Вислу, понимаюсь на него и иду на ту сторону. Красиво, и вид с моста хорош и Висла прекрасна. За мостом сворачиваю на право, углубляюсь в старый город. Долго брожу по закоулкам, понимаю, что мне тут не особо нравится. Ну домишки три-четыре этажа, разноцветные. Не, не прилегает. Все какое-то квадратное. Королевский замок, тоже квадратный. Поляки… мало их я тут видел, поляков этих. Малолюдно на улицах и говорить тут ни с кем я не хочу, ещё голову польским бредом засорять, ночью сменю страну дислокации. И так ничего в Польше мне не нужно, нет у них ничего, кроме ширпотреба. А у меня нет их денег, а устраивать кражу со взломом, не охота, тупо лень. Перехожу назад по мосту, тут между Вислой и трассой вдоль неё, такой лесок симпатичный, густой. В другом его конце я и ночевал сегодня, но там он пореже, надо было здесь садиться, проскочили. Захожу в лесок, хорошо, в зарослях делаю себе полянку на пять метров. Неспеша обедаю, время час дня, до темноты еще долго, надо заняться делом. Пью чай, сливаю оставшийся в банки. Развожу щепотницу, дыма почти нет, лучина сухая. Ставлю чайник, закипает через десять минут. Завариваю в семисотках из-под сока, брикеты: кофе, какао. Потом ещё кипячу чайник и завариваю чай. Жарить — готовить ничего не стал, а то забредет на запах местный абориген, в виде полицейского. Достал матрас, подушку. Все, спать, этой ночью много работы предстоит.

— Макс, до половины одиннадцатого сплю.

Тьма.

В нужное время я проснулся, по серым листьям шелестел серый дождь. А да, ночь же, потому все серое. Да что же все время жрать хочется, как в пропасть все падает.

— Макс, отчего все время хочется есть?

— Оттого, что лечение и восстановление мускулатуры и общий рост организма, продолжается. Нужно много питательных веществ, а в том, что ты ешь, этого и на двадцать процентов нет, остальное приходится распылять в энергию. Надо ещё фруктов и овощей найти, витамины из ничего я тебе не синтезирую. Да и прочее, кальций там, ну жри мел, что ли.

— Меловые дуврские уступы и коралловые острова — пропел я прочавкивая шпроты. Надо куриных яиц побольше надыбать и глотать их как удав, вместе со скорлупой. Так, ладно, смотрим атлас. Прагу видишь вон, курс юго-запад, пятьсот километров. Часа за два может доберемся, если тележка с яблоками не перевернется. Что с дождем?

— Сейчас, как видишь, дождь прекратился, но облачность низкая. Под дождем мы ещё не летали, что там за эффект получится, будем выяснять в полёте.

Матрас, подушка отсырели, но при уборке их в карман все лишнее, влага — мусор — грязь, распыляется в энергию. Разминка, руки в стороны. Старт. Круто уходим в небо и влетаем в облачность, кругом клубится серая мгла, видно границы защитного поля, дальше серость.

— Мааакс!

— Видимость ноль, иду по приборам! Мы падаем! Сейчас будет смертельный трюк!

Вывалились из облаков над собором Святого Креста, стабилизировав горизонталь пронеслись чуть выше куполов, две ветвистые молнии разрядились в шпили собора. Один протуберанец облизал нашу защиту. Это, наверное, было ослепительное шоу, но защита сработала прекрасно, тусклый свет по поверхности и все.

— Вот такие шпили-вили. Макс, ты там как?

— Ништяк, две десятых процента всосали за секунду. А вот если полететь под слоем облаков, мы сможем ещё вызвать молнии?

— Да ну его на фиг. Идем на бреющем над крышами. Облака-то, совсем не грозовые, может это местный божок «как бэ намекае», чтобы не резвились тут сильно.

Городские крыши мелькали под крылом не просто быстро, а очень быстро. Прошли окраины города, потянулись поля. Наконец, вдали по горизонту сплошной лес и над ним довольно черная туча с просверками молний. Похоже серьезный грозовой фронт.

Не знаю, была ли в моём мире граница между Польшей и Чехией, но здесь она была, довольно ярко выраженная. Просека в лесу, полосатые столбики, не пойми какого цвета, ночное зрение же, колючка как положено. Пограничников с собаками не заметил. Зато гроза очень даже заметна стала, сплошная стена дождя, темная, плотная. Влетаем в дождь, резко начали снижаться.

— Макс, давай парашют, идем на посадку.

Опустились прямо в лес, проделав призмой косую просеку в кронах. Дождь, льет, гром, молнии, все как положено, летняя гроза.

— Значит по дождю не полетаешь, не тот коленкор. Тяги нет в струях воды, хотя зарядка должна получше быть, чем на чистом воздухе. А, Макс?

— Зарядка, если сравнивать стоячий вариант, то да, с дождем немного больше. Но когда мы летим на скорости, то поглощаем тонны воздуха, тогда это больше, чем медленно и с дождем. А лететь в дожде мы не можем из-за неоднородности среды, она и не вода и не воздух. Вон взять, для примера, любой корабль. Для него вода — надежа и опора. А если одномоментно вспенить толщу воды под кораблем, то он провалится сквозь эту газировку как утюг. Грохнется на самое дно и сия пучина поглотит ея, в смысле его, в общем полная кирдык-хана. И мы провалимся, но нам, в отличие от корабля, ничего не грозит. Дно слегка поцарапаем и по нему же и выберемся на берег.

— Несколько дней как набрался от меня словесного мусора, а уже философ. С техническим уклоном.

Идем напролом по лесу, гроза уходит, остается мелкий моросящий дождь.

— Макс, давай на призме поднимемся, попробуем потихоньку, доложи, как там и что.

Поднимаемся над лесом, медленно плывем вперед.

— Лететь можно, но не быстро. При увеличении скорости количество водяных капель резко увеличивается и скорость падает. Но все равно намного быстрее, чем пешком колтыхать.

— А нам особо быстро и не надо, раз уж такой форс мажор, воон видишь трассу, вдоль неё попыхиваем, там огни городка заметны в дали. И вот ещё, что у нас с иллюзиями в смысле маскировки? Не надо, чтобы нас все подряд узнавали.

— С иллюзиями у нас плохо. Максимум что возможно, это затемнить защитное поле, будешь выглядеть как серое яйцо двух метров ростом.