Подруга главной героини - Рада Мэй

– Нет. Её так звали?

Бродиус слегка нахмурился. Неужели рассчитывал на положительный ответ? С чего бы? Что такого они успели выяснить за минувшие несколько часов?

– Да. Значит, вы по-прежнему настаиваете на том, что не знали эту девушку и никогда с ней не общались? – Мужчина сказал это таким тоном, что стало совершенно ясно – у него имеются веские основания сомневаться в моих словах.

Тревога возросла до максимального уровня. Снова вспомнилось спрятанное платье Розанны с пятнами крови. А что, если она всё же имела отношение к случившемуся с этой несчастной Альсиндой?! Но… будь у них железные доказательства, меня бы просто сразу арестовали, значит, нужно стоять на своём. Тем более что другого ответа у меня действительно не было.

– Да, настаиваю. Почему вы спрашиваете? – Мне удалось не выдать волнение, и голос прозвучал вполне уверенно.

– Потому что нам удалось побывать в комнате, которую снимала госпожа Марталь, и осмотреть личные вещи. В записной книжке Альсинды в день её смерти обведено красным два имени. Одно из них ваше, – неприятно удивил Бродиус.

Вот так поворот! Весьма неожиданный и пугающий.

– Странно, правда? Зачем ей записывать имя незнакомого человека? Или вы всё же… знакомы? – невозмутимо поинтересовался Бродиус, внимательно наблюдая за моей реакцией. Что ж, мне притворяться и изображать удивление не пришлось – оно было вполне искренним.

– Нет. Представить не могу, почему эта Альсинда записала моё имя. А второе чьё?

– Тифина Роберис, – прежним тоном ответил старший дознаватель. – Оно вам тоже ни о чём не говорит?

– К сожалению, нет, – память Рози никак на него не откликнулась, и в её дневнике оно не упоминалось.

Бродиус со вздохом кивнул и задал мне логичный вопрос, который задают всем подозреваемым: где я была и что делала в вечер смерти Альсинды?

Проблема в том, что время, которое он назвал, совпадало с тем периодом, когда Розанна пропадала непонятно где, а потом вернулась в окровавленном платье. Немного утешало то, что её пальто было чистым.

Если бы блондинку ударила она, кровь прежде всего попала бы на верхнюю одежду, ведь не в платье же Рози по парку разгуливала? Пальто я хорошо осмотрела – никаких подозрительных следов и пятен, а на платье, скорее всего, её собственная кровь. Что же с ней случилось?!

– Я просто гуляла, а потом вернулась и начала готовиться к встрече с Даниэлем Флоксандом, – ответила после короткой заминки, не придумав ничего лучше и убедительнее.

– Просто гуляли, но вернулись в испачканной кровью одежде? – прозвучало, словно выстрел у виска.

Вот тут уже хладнокровие сохранить не получилось, особенно под тяжёлым, цепким взглядом Бродиуса. Сейчас он мало походил на того вежливого и приветливого человека, с которым я беседовала в кабинете управления дознания.

Сглотнув, с усилием выдавила:

– Я просто поскользнулась и упала. А как вы узнали?

Было у меня одно предположение…

– Ваша соседка по комнате рассказала, – подтвердил его собеседник. – Она также сообщила, что после того вечера у вас возникли некоторые проблемы с памятью.

Вот спасибо Виоле, удружила! С такой подругой и врагов не нужно! На горизонте замаячил местный аналог тюрьмы, пришлось на ходу оправдываться:

– Небольшие и временные. Я просто сильно ударилась, когда упала. Сейчас уже всё нормально.

– Так сильно, что почти всё платье было в крови? Мы его изъяли во время осмотра комнаты.

После этих слов старшего дознавателя мне впервые в этой реальности стало по-настоящему страшно. Судя по учебнику, за убийство здесь без вариантов полагалась смертная казнь. А вот как обстояли дела с доказательной базой, я пока не поняла. Вдруг им одной только косвенной улики в виде платья достаточно, чтобы обвинить меня во всех грехах?!

– Обыск без официального документа? Разве это законно?

Почему-то, когда я боюсь или нервничаю, начинаю дерзить и спорить, хотя вот сейчас лучше было бы продемонстрировать лояльность следствию. Да и Паулинеру я на эмоциях какой-то ерунды наговорила вместо того, чтобы спокойно рассказать о плане Даниэля.

– Законно. Ведь это не ваша частная собственность, а общежитие академии. Приглашаю, проехать со мной в управление, госпожа Листард, – произнёс Бродиус слова, которые я так боялась услышать.

– Это арест? – уточнила, стараясь не выдать эмоций.

– Пока нет. Наши эксперты просто постараются установить, чья кровь на вашем платье. Если выяснится, что она не принадлежит погибшей, вы сегодня же вернётесь, – последовал весьма не обнадёживающий ответ. Я ведь понятия не имела, чья там кровь!

Глава 16

Ожидать приговора, в смысле результата исследований, после того, как у меня взяли кровь, пришлось в уже знакомом кабинете с решётками на окнах. Время тянулось мучительно медленно, а неизвестность пугала.

Точно не знаю, сколько минут или часов прошло до возвращения Бродиуса, но я успела накрутить себя почти до состояния паники. Однако когда старший дознаватель вошёл в кабинет, постаралась этого не показывать, только тихо спросила:

– Результат готов?

– Да, кровь на платье только ваша, – не стал тянуть с ответом Бродиус, и я позволила себе облегчённо выдохнуть.

– Вот только, по предварительным оценкам наших экспертов, вы в тот день потеряли около литра крови, что никак не похоже на обычное падение, – продолжил старший дознаватель, и я снова напряглась, пытаясь представить, что же случилось с Розанной.

– Да, но, к сожалению, я так и не вспомнила, что со мной произошло, – призналась честно.

Тогда Бродиус предложил пройти осмотр у их эксперта. Пришлось согласиться – самой очень хотелось выяснить обстоятельства, при которых девушка чуть не истекла кровью.

Мои уже практически сошедшие синяки и кровоподтёки внимательно осмотрела женщина, видимо, местный судмедэксперт. Выводы она сделала, прямо скажем, шокирующие.

– Очевидно, что с вами в тот день произошёл несчастный случай. Это могло быть падение с высоты или столкновение с экипажем, движущемся на большой скорости, – ознакомил меня с полученным заключением Бродиус. – Травмы и потеря крови были практически несовместимыми с жизнью.

– При падении с высоты и дорожно-транспортном происшествии травмы совершенно разного характера получаются, – сразу вычленила я несоответствие. – Неужели ваш эксперт не смогла определить это точно?

Во всё остальное тоже не очень верилось. Если травмы были несовместимыми с жизнью, как же Розанна добралась до общежития, а потом и до Винтертэйла?

– Она смогла бы, если бы вы не приняли регенерирующее зелье, –