Прикосновение тьмы - Скотт Вестерфельд

Мелисса поняла, что Рекс на минуту забыл, что на нем неттолстых линз. Дом находился в таком Фокусе, что следопыт и так все отчетливовидел.

— Значит, темняки к ним тоже прикасались, —пробубнил он, и несколько косточек «домино» выскользнули из его пальцев. —Но как?

— Рекс… — сказала Мелисса, почуяв, что в кричащеевозбуждение Рекса вновь проник знакомый оттенок. — Который час?

Он взглянул на часы.

— Ты права. Надо уходить отсюда. Я только возьмупарочку…

— Рекс!

Ее волновала вовсе не надвигавшаяся полночь. Нечто такое оначувствовала и раньше, и оно теперь снова неслось к ним. Сквозь психическоебезмолвие дома словно прорвался голос: «Мы просто должны это сделать, никтотебе даже спасибо не скажет, Энджи».

Разум Мелиссы завертелся, как грампластинка, пытаясьотделить сумятицу Рекса от приближающихся мыслей чужаков. Они решительно иупорно проникали в ее мозг, злились на какие-то неудобства, а самое главное —сильно беспокоились.

— Это он… — прошептала телепатка.

— Кто?

«Держись дороги, идиот. Мы почти приехали».

Теперь она точно узнала этот страх. Такой она улавливалатысячи раз — по утрам, в школе. Когда все уже расселись по своим местам, хотябы один обязательно в панике несся по коридорам, боясь выволочки. Страхопоздать.

— Он спешил, когда уезжал, — невнятно сказалаона, — но он спешил, чтобы вернуться до полуночи!

— Тот человек, которого ты слышала?

— Да! Линяем отсюда, живо!

Мелисса встала, у нее все еще кружилась голова. Почему-тотелепатия в этом доме напоминала ей купание в сиропе.

Рекс копошился с плитками, пытаясь засунуть их обратно вкоробку.

— Нет времени! — Она уже чувствовала щедрыеругательства, с которыми человек выворачивал руль, чувствовала, как его заноситна крутых поворотах, слышала визг шин…

Рекс поднял глаза. Он тоже услышал шины. По потолку поползлиогни фар, и на подъездной дорожке захрустел гравий.

— Он здесь, — обреченно сказала Мелисса.

— Забудь, — ответил Рекс, осторожно взял ее заруку в перчатке и сверил время. — Нам надо спрятаться всего на четыреминуты. Меня больше волнует то, что будет после полуночи.

Они забросили темняковое «домино» обратно в шкаф ипрокрались в соседнюю спальню. Оставалась надежда, что мужчина не станетобыскивать пустой дом, когда до полуночи осталось так мало времени. Рекс указална широкий платяной шкаф-купе, абсолютно пустой.

Едва они успели затаиться во мраке шкафа, как с нижнегоэтажа донесся звук открывшейся двери. Мелисса слышала, как Рекс с трудом дышитрядом: ему было неудобно, и он пытался избежать случайного прикосновения.Девочка натянула перчатку и, схватив его этой же рукой, прошептала:

— Не дергайся. Мешаешь сосредоточиться.

Разум Рекса успокоился, и тогда она почувствовала, что вдоме кроме них два человека — тот человек и… Энджи. Женщина излучала непробиваемоеспокойствие. Неудивительно, что до этого момента Мелисса ее не чуяла.

— Тебе повезло, что мы успели, — раздалсяприглушенный голос мужчины, а следом — его шаги по лестнице.

Мелисса старалась дышать ровно. В пустом доме любой звукотзывался громким эхом. Один случайный стук в дверцу шкафа — и их накроют.

— Я не просила тебя выворачиваться наизнанку. Вследующий раз сама справлюсь.

В низком голосе Энджи с избытком хватало самообладания, в товремя как мужчина буквально задыхался от беспокойства. Но ее разум не заразилсяот него страхом опоздать. Мелисса почувствовала, как женщина посмотрела начасы, — и импульс ее удовлетворенности от того, что все идет по плану.Теперь, когда они в доме, телепатка ясно ощущала их вкус.

— Вечные обещания! — прокричал мужчина из главнойванной.

Его мозг наполнился чувством облегчения, и тут же до Мелиссыдонеслось журчание мочи. Ничего себе подробности. Девочку передернуло.

— Можно подумать, ты сам бы справился, — ответилаженщина так тихо, что ее слова Мелисса лучше услышала мысленно, чем ушами.

Вот теперь она уцепилась за разум Энджи, который весь былтак и пропитан тошнотворно-приторным презрением к мужчине. Во-первых, он и небыл нужен Энджи: едва ли мог расшифровать символы знания, не видел общейкартины, вечно таскал с собой свой дурацкий фотоаппарат, но так ни разу и незаснял призраков.

«Не будь он родней старейшины…»

Разум женщины приблизился, и ее медленные шаги раздались наверхнем этаже. Она остановилась как раз возле той комнаты, где они прятались.

— На кой нам такой большой дом?

Под хваткой Мелиссы у Рекса напряглись плечи, и его разумзатемнил ее мысли волной страха.

«Спокойно», — велела она ему.

— Дом, дом и еще раз дом, — ответилмужчина, — вот что нужно призракам. В любом случае, если это поле такоеогромное, как о нем говорят, мы заработаем в сто раз больше, чем стоит этакоробка погремушек.

Женщина шагнула в комнату и зажгла свет. Слепящий клинпротиснулся в щель между раздвижными дверями шкафа. Мелисса зажмурилась: ейказалось, будто свет кромсает ее пополам. Рекс затаил дыхание.

Мелисса закрыла глаза, пытаясь вкрасться в мысли женщины,узнать, почему она так пристально смотрит на дверь шкафа. Но ужас Рексапоглотил ее ровные невозмутимые мысли.

— Пошли, Энджи! Тридцать секунд.

Женщина не двинулась с места. Свободной рукой Мелиссапоказала ей кулак. Один хороший удар любого отключит на полминуты. Этого вполнехватит.

— Энджи!

Наконец шаги начали удаляться, на этот раз быстро ирешительно. Мелисса услышала, как в другой комнате загремели костяшки «домино»,почувствовала предвкушение в умах обоих незваных гостей. И — облегчение Рекса.

А потом, несколько секунд спустя, снова эту благословенную…

Тишину…