Прикосновение тьмы - Скотт Вестерфельд

Мелисса выбрала отличную комнату. Кабинет с одним маленькимокошком, которое выходило прямо на «поместье темняков». На маленьком столегосподствовал компьютер, а на одной стене, вся завешанная кабелями, былаперфорированная плита.[13] Вот и еще чистый металл.

Телепатка смотрела в окно и опять дрожала.

— Они вот-вот придут.

Рекс бросил сумку и захлопнул дверь. Достав из набора одиннож, он хорошенько его разглядел и улыбнулся.

— Кто-то тут хороший повар.

Это были шикарные «японские» ножи. Всего три волшебных слова— «не требует затачивания» — означали высокое содержание титана и лазернуюзаточку лезвия. Этакий современный эквивалент наконечника копьяпозднесолютрейской эры каменного века, технология которого в конечном итоге изагнала темняков в час синевы.

Рекс достал из ремешка на ботинке клочок бумаги и развернул,потом повернулся к двери и воткнул в нее нож. Дерево с послушным «кхр»треснуло.

— Австралоидный. — Рекс достал еще нож. —Автобиография, — прочитал он по бумажке.

Кхр! — еще нож…

Мальчик угрюмо улыбнулся. Вот об этом источнике Десс даже недогадывалась (хотя, можно подумать, у нее были проблемы с поискомтридекалогизмов).

— Акцептованный.

Кхр!

Этот клочок бумаги был на самом деле третьей с концастраницей из словаря для игры в «Скрэбл».[14] Это единственныйсловарь, в котором слова рассортированы по количеству букв.

— Акцидентализм. — Кстати, интересно, что этотакое.

Кхр! Дверь станет все равно что каменная, когда он дойдет дотринадцати…

Ножей оказалось всего двенадцать.

Рекс крепко зажмурил глаза. И почему он сразу не посчитал?Девяти тоже хватило бы. Все, что угодно, только не двенадцать.

Он развернулся, схватил из ящика со столовыми приборами нождля масла и со всей силы швырнул его в дверь. Тупой нож отскочил, и запястьеРекса чуть было не попало под зазубренное лезвие красивого японского ножа,какими режут мясо за столом.

— Вот черт.

Все равно двенадцать. Дверь превратилась в настоящий магнитдля темняков! И как он до этого…

Кхр!

Рекс моргнул и уставился на нож, который теперь покачивалсяв двери прямо у его головы. На его острие были выгравированы змеи и лягушки, арукоять напоминала два чешуйчатых хвоста ящерицы. Головка была сделана в видечерепа со стеклянными глазами, который радостно скалился на Рекса. Этого ножаон прежде не видел. Похоже, он не единственный полуночник, который приберегпарочку орудий на черный день.

— «Величественно признательная расторопность»! —объявила Мелисса.

Рекс обернулся к подруге. Она все еще стояла в другом концекабинета. Она метнула нож мимо его головы!

Мелисса вытерла слезы, и лицо теперь кривилось в привычнойполночной усмешке.

— Все прошло.

Он шумно выдохнул и закивал. Но тут его привлекло какое-тодвижение за окном. Рекс быстро пересек комнату.

— Не смотри туда, Рекс. Тебе не понра…

Но он уже увидел.

Чудовище спустилось на крыльях, похожих на два перепончатыхпаруса, натянутых на длинные многосуставные руки. Лапы с длиннющими когтямисудорожно хватали воздух маленькими горстями. Размахом крылья были добрыхтридцать футов. Хвост с шипом на конце хлестал ветер с каждым ударом крыльев —видимо, так это жуткое чудище поддерживало равновесие в полете.

У него было длинное худое тело, как у темняка, через кожупрорисовывались ребра. Приземляясь на крышу дома напротив, существо оступилосьи зашаталось на длинных ногах, но потом разок взмахнуло крыльями и твердовстало на задние конечности.

Мелисса, по-прежнему стоя спиной к окну, фыркнула.

У чудовища не было головы. Точнее, головы темняка. В телосущества, очевидно, втиснули человека, и из тощей груди выступало человеческоелицо с остекленевшими глазами. От туловища свисали еще две руки, изаканчивались они вполне человеческими ладонями. Точнее, детскими. Теперь Рексувидел ясно. Маленькие ручки корчились будто в судороге боли.

— Оно думает… как мы, — проскрипела Мелисса.

Что-то ворвалось в окно взрывом разбитого стекла, бьющихсякрыльев и крысиного писка. В грудь Рекса вонзились ледяные иглы, когда на негообрушилась крылатая ползучка. Его сердце словно запуталось в клубке черныхнитей.

Рекса ослепили синие искры — это Мелисса взмахнуламеталлическими цепочками на запястье. Ползучка рухнула на пол. Рекс хваталвоздух заледеневшими легкими и смотрел, как его подруга этак небрежноопрокинула на трепещущее чудовище ящик с вилками и ложками. Металл рассыпалплевки искр, и существо зашипело под грудой столовых приборов.

— Займись окном, — приказала Мелисса, расшвыриваявилки, ложки и ножи по полу, чтобы ползунки не подкрались к ним незаметно.

Рекс кивнул и сунул руку в сумку. Он метнул из окна двепригоршни гвоздей и шурупов Десс. Твари, порхавшие снаружи или ползавшие постенам, дико заорали и вспыхнули синим пламенем. В ход пошел «Насекомоядный»,молоток с круглым бойком — им Рекс отправил в нокаут нечто покрупнее, осадившееподоконник.

— Помоги-ка мне с этим! — крикнул он через силу —ледышки от удара ползучки все еще царапали легкие.

Перфорированная плита с мотками компьютерных кабелей легкоотошла от стены. Рекс знал: в некоторых кабелях просто бесполезное золото имедь, но попадаются и современные сплавы, изолирующие пластик, а может, даже иоптоволокно. Все это нейтрализует нападающих. Они прислонили плиту к окну, иРекс начал опустошать сумку, называя миски и кастрюльки последнимитридекалогизмами с изрядно потрепанной странички словаря для игры в «Скрэбл».

— Нашла, — сказала Мелисса и оттолкнула его отокна, когда список закончился.

Она назвала последние предметы из металла, вспомнивприпасенные на крайний случай словечки, которые все полуночники держали вголове.

— Невежественно, — пробормотала она.

Рекс прислонился к стене и задрожал. После удара ползучкикаждый вдох был ледяным. У него занемели плечи, пальцы двигались медленно, какпосле игры в снежки без варежек. Всего пару дюймов выше — и ползучка вцепиласьбы ему в горло. В знании говорилось, что так умерли несколько полуночников —задохнулись оттого, что дыхательные пути забились льдом.

Его так потрясло увиденное… существо, что он чуть не сталжертвой обычной ползучки.