Ричард Длинные Руки - император - Гай Юлий Орловский

— Еще как, — согласился он и посмотрел на меня с надеждой, — но я не представляю, как.

— Если честно, — признался я, — я тоже, но вам разве нужна такая честность? Потому скажу то, что говорить надо: мы вернемся в лагерь, а там придумаем.

Он кивнул.

— Да, сэр Ричард. Зная вас, все же надеюсь… да что там надеюсь, я почти уверен, придумаете! Еще по дороге что-нибудь взбредет светлое и такое нужное смертоносное.

— Ох это «почти», — ответил я со вздохом.

За стеной леса нас молча встретили часовые, рассмотрев издали, один предложил проводить до лагеря, но я сказал, что дорогу помним, Бобик подпрыгнул, обращая на себя внимание и заверяя всех, что он отведет нас сам, а несогласных и оттащит.

В лагере люди спят, кто привалившись спиной к дереву, кто набросал на землю свежесрубленных веток и по-царски устроился сверху. Костров мало, все в ямках, чтобы не слишком выдавать наше местоположение.

Мой шатер почти незрим в темноте, из серой ткани, учу маскировке и секретности в этом сером мрачном лесу и вообще в современной войне.

Народу все прибавляется, прибывающие отряды уже не помещаются на болоте, их размещают дальше в лесу.

Нам навстречу высыпал народ, я вскинул обе руки в приветствии и помахал в стороны, запрещая приветственные выкрики.

Беспокойство сэра Норберта, даже страх, если говорить откровеннее, понятны: твари дрались голыми руками, сила их просто невероятная, словно пришли с планеты, где тройная гравитация.

У шатра встретили молчаливые телохранители, отобранные Альбрехтом, и Тамплиер с Сигизмундом. Я поймал взглядом лица лорда Робера, барона Келляве, Кенговейна, кивнул на шатер.

Телохранители, исполняя заодно и роль слуг, открыли для нас вход и придержали полог.

— Сведения получены, — сказал я, не дожидаясь вопросов. — Ясно не все, разумеется, но кое-что известно. Граф, барон, не отставайте!

Альбрехт и Норберт первыми зашли за мной, я указал им на лавку, оба сели и опустили локти на стол. Вид у обоих таков, что сейчас уронят на руки и тяжелые головы.

Лорды зашли степенно и скромно сели по мановению моей длани на лавку.

Лорд Робер сказал почти с ликованием:

— Уже известно? Это же прекрасно!

— Если не обращать внимания на статистику, — уточнил я.

Он переспросил:

— Это… как?

— Отряд за эти сведения погиб, — сообщил я. — Конечно, с церковной точки зрения грустно, зато погибли в бою, а не от старости в постели! Рыцари, а также остальное человечество, если воспитано в правильном направлении, это одобрят.

Норберт смолчал, Альбрехт поморщился. Барон Келляве посмотрел остро и, перекрестившись, заметил сдержанным голосом:

— С церковной точки зрения… они уже попали в рай, если отдали жизни за сведения, полезные нам. Так что и с этой стороны… оправданно.

— Да у нас везде одни оправдания, — согласился я. — Что ни сделай, оправдания себе найдем.

Альбрехт буркнул от стола:

— Еще наши пращуры позаботились.

Барон сказал непоколебимо:

— Даже в Библии такие случаи предусмотрены. Ваше величество, не томите! Какие сведения удалось добыть?

— Ценные, — повторил я горько. — Но невеселые.

Они слушали внимательно, я рассказал с такими подробностями, что и наблюдательный сэр Норберт не мог бы усмотреть, но Келляве не удивился, лицо не дрогнуло, даже когда я сообщил, что ни одному не удалось спастись. Даже если бы кто-то подумал о спасении, все равно бы не успел.

— Это неожиданность, — согласился он в конце моего рассказа. — Не этого ожидали. Ведь вы предупреждали!

— Предупреждал, — согласился я, — только и сам не знал, о чем. Предполагалось, что чужаки должны быть в доспехах получше, копья у них длиннее, мечи острее, а морды ширше.

— А они совсем иные, — сказал он таким голосом, что я вздрогнул, словно барон слово «иные» произнес, подразумевая инопланетян, — и непонятные… Ваше величество, какие будут приказы?

— С учетом изменившейся реальности, — сказал я и подумал, что и у самого такая речь, кто-то из другого времени истолковал бы в другом смысле, — с учетом этих новых крайне важных данных… полученных такой кровавой ценой… мы сейчас выработаем новые способы, так сказать, нового типа войны… Что-то вроде партизанской.

— Ваше величество?

— Все так же, — сказал я, — прятать народ, чтоб противнику пришлось раздробляться на все более мелкие отряды. Нападать будем иначе…

— Как?

Я подумал, начал загибать пальцы.

— Первое, это применять дистанционное оружие. Забрасывать дротиками и бить из арбалетов. Второе, атаковать из засады. Третье… придумаем что-то еще. Человеческая мысль, если направлена на благородное дело убийства, работает особенно интенсивно и радостно!

— Это точно, — ответил он серьезно, — то-то охоту так любим… в скучное время перерывов между войнами.

Норберт поднялся, снова собранный, отдохнувший за эти короткие минуты, строгий и внимательный.

— Ваше величество, — произнес он сухо, — мы все поняли. Стрелы, арбалеты, засады… С вашего позволения.