Дерзкие дни - Наталия Матейчик

Влад с друзьями, которые в первых рядах пробивались к двери, при этих словах Санг переглянулись и сбавили обороты.

– Смотри, не затопчи первокурсников, – продолжала Лита, обращаясь к огромному старшекурснику-лешану со своего факультета, который, как мамонт, напирал на впереди идущих. – Ты, Далан, похоже, тут самый голодный.

Неуклюжий верзила нехотя отступил к стене.

На выходе из Белого зала Владислава перехватила Вадь:

– Спасибо за всё, – тихо сказала она. – Если бы не ты… я боюсь даже думать.

Влад пожал плечами:

– Да любой поступил бы так же на моём месте, – ответил он.

Эльфийка покачала головой:

– Неправда, не любой.

Влад кивнул Вадь и вслед за Артёмом, Алисой и Идой заторопился в трапезную.

– Ну, теперь тебе можно особо не беспокоиться о подготовке домашних заданий по ментальной защите, – шёпотом сказал Артемий.

– Боюсь, с ней этот номер не пройдёт, – усмехнувшись, ответил Влад.

Пропустив к двери молодую, гудящую толпу студентов, к Лее подошел Лал.

– Жду тебя в своём кабинете через десять минут, – сказал он. – Есть важный разговор.

Войдя в кабинет Лала, Вадь увидела там самого ректора, незнакомого ей высокого светловолосого мужчину и Саиту Ютт. Все трое сидели за небольшим круглым столом, и, похоже, о чём-то горячо спорили. Спор оборвался, как только эльфийка вошла в дверь.

– Сатон Бейль, – представился, поднявшись из-за стола, мужчина. – Я – приемный отец Рады. А вы, наверное, преподаватель гипноза и ментальной защиты.

Лея кивнула.

– Дело вот в чём, – продолжал мужчина. – Я бы хотел просить вас, чтобы Рада, в виде исключения, была освобождена от посещения уроков гипноза и ментальной защиты…

– Об этом не может быть и речи, – ответила Вадь. – Ваша дочь должна получить полноценное образование.

– То есть, на девочку вам наплевать…

– Как раз наоборот.

– Вам наверняка известны обстоятельства, при которых нашли Раду, – с нажимом продолжал мужчина. – Девочка получила сильнейший стресс. Кроме того, некоторые из Призраков, используя гипноз, мучили своих жертв перед тем, как убить их. Рада рассказывала, что они заставляли пленников под гипнозом брать в руки раскалённые угли… Рада не хочет, чтобы кто бы то ни было вмешивался в её сознание.

– Я же не изверг, – ответила Вадь. – Могу вас заверить: я не заставляю своих студентов под гипнозом брать в руки раскалённые угли, а если бы заставляла, то, надеюсь, здесь бы уже не работала. В Греале, учат, в первую очередь, тому, как защититься от направленного против вас гипноза. Думаю, вашей дочери…

– Я вам повторяю: Рада пережила сильнейший стресс. На её глазах, используя гипноз, мучили её родственников, её саму заставляли брать в руки раскалённые угли. Я не позволю вам травмировать ребёнка…

– Давайте пригласим сюда саму девочку, – предложил молчавший до этого Лал.

Ютт вышла и через некоторое время вернулась вместе с испуганной первокурсницей. Рада попыталась забиться в угол, но Лал лучом пододвинул к столу ещё один стул и предложил девочке занять его.

– Рада, почему ты не хочешь посещать уроки гипноза? – спросила первокурсницу Вадь.

– Я не хочу, чтобы меня заставляли брать в руки угли. Это очень больно, – едва слышно ответила девочка.

– Никто не будет заставлять тебя делать ничего подобного, – заверила эльфийка. – Давай сделаем так: ты позанимаешься месяц…

– Нет, не хочу!

– Ну, давай ты хотя бы сходишь на пару-тройку уроков, а если тебе не понравится, то будем как-то улаживать этот вопрос, – предложила Вадь.

– Не хочу, не хочу, не хочу! – Рада разрыдалась.

Сатон Бейль бросил на эльфийку убивающий взгляд. Лал что-то шепнул Ютт, и она вывела заплаканную девочку из кабинета.

– Вот, оказывается, как у вас обращаются с детьми! – бросил Бейль, подходя вплотную к Лалу. – Я-то думал, что мне всё удастся решить, думал, мы с вами договоримся, но вы и ваши сотрудники, очевидно, понимаете только язык силы… На днях я написал заявление в Департамент образования с просьбой о том, чтобы Раду освободили от уроков гипноза. Как оказалось, не напрасно. Там нормальные люди работают. Вот, – эльф раздражённо бросил на стол свиток пергамента.

Лея развернула его. Департамент образования действительно удовлетворил ходатайство о том, чтобы Раду Бейль, в виде исключения, освободили от посещения уроков гипноза и ментальной защиты. Вадь долго смотрела на до отвращения знакомую вычурную подпись Кима Масора. Как он, наверное, злорадствовал, подписывая эту писульку! В верхнем углу страницы стояла подпись и печать главы Департамента. Эльфийка швырнула пергамент на стол:

– Уверяю вас: эльф, подписавший это, – она указала на лежавший на столе документ, – в самую последнюю очередь думал о благополучии вашей дочери. А я хочу хотя бы попытаться поработать с ней, – девушка взглянула на ректора, надеясь на поддержку.

– Я думаю, это разумно, – сказал Лал. – В любом случае, стоит хотя бы попробовать…

– Но вы же видели реакцию ребёнка! – почти прокричал Бейль.

Лал и Вадь неуверенно переглянулись.

– Ну, хорошо, – наконец сдалась девушка.

– Обещайте мне, что вы не будете предпринимать попыток силой затащить мою дочь даже на один урок.

– Обещаю, – после продолжительной паузы ответила эльфийка.

– Именно это я и хотел от вас услышать, – резюмировал Бейль. – И вот ещё что, – продолжал он, поворачиваясь к ректору, – я бы хотел просить вас, чтобы Раду поселили в комнате одну. Так будет лучше для неё. Понимаете, после всего, что ей пришлось пережить, девочка очень беспокойно спит и часто кричит по ночам.

– Хорошо, – после непродолжительной паузы ответил Лал. – Мы поселим её в отдельную комнату.

Сатон Бейль удовлетворённо кивнул, пробормотал что-то похожее на «спасибо», и, попрощавшись, вышел из кабинета.

– Мне что-то совсем это не нравится, – покачивая головой, сказала Вадь.

Студенты тем временем сражались в трапезной с бесчисленными яствами, украшавшими праздничный стол. У праздничного меню был только один недостаток – съесть все эти блюда за раз было нереально, а оставить их несъеденными было жалко – следующий такой пир будет только через год…

…– Чтение мыслей и обмен мыслями – это не фантастика. По-научному это называется телепатией, – говорил Цир Веро, сопровождаемый внимательными взглядами притихших, заинтригованных второкурсников. Одетый в ярко-красную тунику и такой же плащ, эльф чинно расхаживал между рядами парт. – Это – самая настоящая реальность, – добавил он после небольшой паузы.

В воздух взлетела рука Леды Симаро.