Принцесса помойки - Вячеслав Шалыгин

– Стоять! – крикнул второй. – Что, неясно?!

– Взять! – уже на пределе громкости заорал первый.

– Огонь, – спокойно приказал второй.

Зигфрид и Петька предусмотрительно распластались на полу и прикрыли головы руками. Крики, стоны, вой иглометов, свист лазерных разрядников и бульканье ручных аннигиляторов слились в безумную какофонию. На головы капитану и сантехнику посыпалась штукатурка и ошметки изорванных иглами тел. Топот маневрирующих по залу стрелков слышался то слева, то справа. Однажды кто-то даже наступил капитану на пятку, а об Чумкина дважды споткнулись.

Постепенно «музыка» пошла на убыль, и Безногий открыл глаза. Где-то между столами мелькнули две последние тени, и в зале наступила тишина. Под высоким потолком горела единственная уцелевшая лампочка, а в воздухе висели клубы пыли. Зигфрид закашлялся, помахал рукой, чтобы отогнать пылевую завесу и удивленно присвистнул.

– Под ноль друг друга побрили!

– Кто?

– Суперманоиды. Смотри, ни тех, ни других не осталось!

– И нас, – невесело буркнул Чумкин, – побрили.

– Ты о чем? – капитан обернулся и обнаружил, что Петька смотрит на пустой стол.

– Дядя! – воскликнул Безногий. – Куда он подевался?!

– Туда, наверное, – сантехник махнул рукой в сторону приоткрытой двери черного хода. – Ушел под шумок.

– Как он мог уйти, что ты несешь?!

– Ну, увели его, значит, – исправился Петька.

– Дьявол! – Зигфрид помотал головой. – Прощай, тайна!

– А может, бог с ней? – Чумкин опасливо оглянулся. – Пошли отсюда, Устиныч, пока новые полицейские не понаехали. Не то все это побоище на нас повесят...

– Поехали, – Безногий огорченно махнул рукой. – У тебя кредиты есть?

– Нет...

– Жалко. Можно было в «Ночную птису» завернуть...

– У меня дома три литра спирта припасено, на черный день...

– Что же ты молчал?! Это же все меняет!

– Так ведь на черный день...

– Ну вот, он и наступил!

– Думаешь?

– Уверен. Тайну мы упустили, в историю вляпались, да еще и не в одну. «Дяди» нет, ключа нет, искать бесполезно... Куда еще чернее? Поехали!

* * *

...Аглаида Карловна осторожно выглянула из-за угла и, низко пригибаясь, перебежала к своей машине. Супруги Слизняковы во главе с гундешманцем подтащили завернутое в тряпку тело к своей машине и забросили его в багажник. Все это было чрезвычайно интересно. Аглаида дождалась, когда машина похитителей трупов отъедет подальше, и забралась в свой старенький экипаж.

– За машиной Слизняковых, – приказала она бортовому компьютеру.

– Анабеллы и Филимона? – уточнил кибермозг.

– На Трахбахе есть другие Слизняковы?

– Есть Фиона и Цезарь, а также Миранда, Лючия, Эдит и Матрена...

– Матрена Слизнякова! – старушка посмаковала сочетание. – Как пошло! Нет, за Анабеллой и Филимоном...

– Дистанция?

– Чтобы не заметили.

– Принято...

* * *

...Банка со спиртом опустеть не успела. Грустные посиделки неудавшихся кладоискателей прервал настойчивый звонок видеофона.

– Кого черти надирают?! – промычал Петька.

– Меня, Петенька, – проскрипела Аглаида Карловна. – Вы там еще не угорели от водки своей?

– Это же не газ, – Чумкин приблизил лицо к экрану. – Чего звоните? Опять трубу прорвало?

– Нет, Петенька, не прорвало. Зигфрид Устиныч у тебя?

– О, как вы меня зауважали! – удивился Безногий, двигаясь к экрану. – С чего это вдруг?

– Так ведь не дома я, Зигфрид, – призналась старушенция. – Сижу в своей машинке напротив одного особняка, наблюдаю, как Слизняковы труп гундешманский в него заносят...

– Вы где?! – встрепенулся Зигфрид. – Адрес!

– Так ведь совсем слепая стала, не разберу никак...

– Аглаида Карловна, чего вы хотите?

– Эх, соколик, чего может хотеть пожилая женщина? Покоя и обеспеченной старости...

– Адрес! Будет вам обеспеченный покой!

– Обещаешь?

– Слово капитана!

– А если обманешь?

– Приму гундешманское гражданство!

– Теперь верю, – старушка довольно улыбнулась. – Набережная Гарри Балды, дом восемь... Зигфрид, а скажи мне наперед, зачем они тело выкрали? Да и нам оно к чему?

– Я обещал вам обеспеченную старость, а не информацию, – отрезал Безногий. – Ждите нас на месте. Если они куда-то двинутся – преследуйте.

– Слушаюсь, мой капитан, – бодро ответила старушенция.

Зигфрид кисло улыбнулся и выключил связь.

– Не все еще потеряно, Чумкин! Все-таки прибыль будет! Не зря у меня все утро левая ладошка чесалась!

– Все утро? А потом?

– А потом я ее помыл...

* * *

...Когда они приехали по адресу, указанному пожилой лазутчицей, в голове у Зигфрида созрел гениальный план. Пользуясь тем, что ночь еще достаточно темна, все трое незаметно подобрались к служебному входу и бесшумно проникли в подвал особняка.

– Разберешься? – Зигфрид кивнул на хитросплетение труб, кабелей и проводов.

– А то! – Пьяный Петька звучно отрыгнул воздух и указал на увенчанный электронным манометром узел, из которого выходили несколько труб. – Вот тут все перекрыть, а вон там – отвинтить...

– И что?

– И все, – Чумкин махнул рукой. – Пересохнет все... в трубах...

– Балбес! Нам надо, чтобы у них холодильник из строя вышел и свет вырубился!

– Так я и говорю... там перекрыть, а тут...

– Ладно, – остановил его Безногий. – Сам справлюсь.

Он вскрыл электрический щиток и начал изучать проводку. Ему требовалось найти провод, отключающий электронные замки и свет в гостиной второго этажа. Через окно он видел, что тело Борзони похитители подняли именно туда. Видимо, в данную минуту они как раз уложили его на стол и готовились произвести вскрытие.

– Вот тут перекрыть, а вот тут... – донеслось бормотание Петьки, но теперь уже из другого угла.

Трубы внезапно загудели, а цифры на манометре заскакали, отсчитывая давление уже не килограммами на квадратный сантиметр, а тоннами на микрон. Система принудительной подачи воды вибрировала, шипела и натужно стонала.

– Петька! – рявкнул Безногий. – Отойди от крана!

– Сейчас, Зигфрид Устиныч, – Чумкин повернул еще какой-то вентиль, и сверху донесся истошный вопль.