Демоны Анны - Полина Мельник

— Вижу, ты не дочитала книгу об истории Академии, которую я посоветовал, — заметил Чарли. — Раз в месяц странника начинает преследовать портал, ты же сама знаешь это. Так почему заодно не убить демона, в качестве урока?

— Я дошла до архитектуры и уснула, — призналась я.

— Почитай после еще, там много про странников.

— Хорошо, — пообещала я. — А вылазка может быть только раз в месяц?

— Нет, конечно. Сколько угодно, но не реже, — улыбнувшись, пояснил он.

— Скажи, а почему в некоторых книгах термин «охотники», а в некоторых «странники»? — не унималась я.

— Терминов два. Потому что все сами выбирают свой путь. Кто-то просто раз в месяц бродит по второму измерению — это странники. Охотники ищут демонов.

— Я так понимаю, ты уже выбрал.

— Осуждаешь? — спросил он, и его карие глаза стали почти черными.

— Пока не знаю, — призналась я.

— То есть ты считаешь, что демоны могут быть невинны? — удивился Чарли.

— Я все ставлю под сомнение, — коротко ответила я.

— Это правильно, — согласился мой собеседник и заверил: — Но после пары-тройки вылазок вместе с охотой сомнений у тебя поубавится.

— Возможно, да, а возможно, нет, — хмыкнула я, и Чарли удивленно посмотрел на меня.

— Почему ты так думаешь?

— Потому что не все демоны убивают. Например, демоны-дети или те же виноприи, — предположила я.

— Ты не понимаешь, о чем говоришь, — отрезал Чарли, повысив голос, и я немного обиделась.

— Почему?!

— Я не хочу говорить об этом. — Чарли заметно помрачнел.

— Ладно, — согласилась я. — Расскажи тогда, а могут ли мои сводные братья также быть странниками?

— Теоретически все возможно. Но твой случай огромная редкость, ты же понимаешь.

— А в семьях, где оба родителя странники, все дети странники?

— Вероятность большая, но тоже, конечно, не сто процентов. Бывает, и у нескольких поколений странников внезапно рождается человек Такие люди знают все о демонах, об измерениях, но не вправе разглашать это. Их называют «хранящие», — пояснил Чарли.

— Но ведь в нашем мире все равно все знают о демонах, значит, не очень-то они хранят свои тайны, — заметила я.

— Проколы, конечно, бывают. Но Академия и странники всегда пытаются замять эти разговоры, и довольно успешно. В основном люди считают, что это сказки. Тех хранящих, кто проболтался, не ждет ничего хорошего, поверь. И лучший вариант — это психбольница до конца дней.

— А как же тогда церковь, там ведь в открытую священник говорит и об ангелах, и о демонах?

— Демоны появились раньше церкви. А охотников на них церковь жгла на кострах. Но потом все же возникло взаимовыгодное сотрудничество — церковь получила орудие устрашения прихожан, а охотники обрели ее защиту, — ответил Чарли, засунув руки в карманы.

— А как вообще появились странники? — не унималась я.

— Точно никто не знает. Одни говорят, что это особый вид людей, и они были всегда, вот только гибли как мухи во втором измерении, и потому долго о них никто ничего не знал. Другие считают, что странники появились с первым порталом, построенным еще жрецами инков. Есть еще пара менее реалистичных версий, про инопланетян, например, или про ангела, который создал себе войско из людей. В общем, кому как нравится, тот так и считает, — улыбнулся Чарли. — Ну что, может, прервем допрос и зайдем выпить горячего шоколада?

— Хорошо, а то у меня от вопросов в горле пересохло, — усмехнувшись, согласилась я.

Мы добрели до маленькой уютной кофейни с тортами и пирожными на витрине. Запах там стоял умопомрачительный, и я почувствовала, как сильно проголодалась. Расположившись у барной стойки, тянувшейся вдоль всего помещения, мы взяли по куску пирога и чашке горячего шоколада. Пирог был с вишней и до неприличия вкусный.

— Ты очень красивая, — неожиданно сказал мой спутник, и я немедленно подавилась.

Кое-как откашлявшись, я сердито воскликнула:

— Чарли, ты с ума сошел? Я чуть не умерла из-за твоего комплимента!

Он засмеялся.

— И вообще, давай сразу расставим все точки над i. Я не хочу ни с кем встречаться, вообще. У меня такой принцип. Все эти драмы серьезно портят жизнь, что мне совершенно не нужно. Или мы просто друзья, или у нас просто секс, или мы просто не общаемся.

При последней фразе пришла пора удивиться и моему собеседнику, который уставился на меня круглыми глазами.

— То есть я серьезно могу выбирать? — воскликнул он.

— Вполне, — ответила я и сделала глоток горячего шоколада.

— Но это бесчеловечно! Как я могу выбрать между сексом и общением? — возмутился Чарли.

— Очень просто. Зависит от того, в чем ты нуждаешься больше, — скептично заметила я.

— А ты бы серьезно переспала со мной? — спросил он, все еще глядя на меня с изумлением.

— Смотря что выберешь. Но почему бы и нет, — просто сказала я.

— Черт, Энн! Ну разве так будет правильно? — разозлился Чарли. — Спать с кем-то, не влюбляясь, или же только дружить, будучи влюбленным?

— Боже, ты говоришь, как моя тетя Бетти, она, кстати, так и осталась старой девой из-за своих принципов, — отмахнулась я. — К тому же кто тебе сказал, что, общаясь со мной, ты влюбишься? — со смехом спросила я. — Скорее, узнав меня, ты и общаться передумаешь.

Неожиданно Чарли наклонился ко мне и коротко поцеловал в губы. Я ошарашенно посмотрела на него, не зная, как реагировать, он же преспокойно, как будто ничего не было, взялся за пирог, даже не глядя в мою сторону. Собравшись с мыслями, я все же нашла в себе силы спокойным тоном поинтересоваться:

— Так ты выбрал?

— Нет. Я буду думать.

— И сколько же ты будешь думать? — допытывалась я.

— Сколько захочу, — ответил Чарли.

И тут я психанула. Вскочила из-за стойки и, резко развернувшись, направилась к двери, бросив на прощание:

— Так не пойдет!

Чарли не стал меня догонять, чему я была очень рада. И зачем я вообще сказала, что готова с ним переспать? Но что сделано, то сделано. Больше всего, конечно, злила реакция парня. Я ведь говорила абсолютно серьезно. Мне не нужны никакие душевные волнения, а хороший друг или же хороший секс меня бы вполне устроили. Но по отдельности!

«А вдруг со своей манией величия он сейчас приплетет к этому разговору невесть что?» — пронеслось в голове.

Рассердившись на саму себя еще больше, я застегнула форменную черную куртку и отправилась в общежитие, но, вспомнив зануду-соседку, с которой точно не хотелось сейчас говорить, передумала и свернула в библиотеку.