Пустая могила - Джонатан Страуд

– Ничего он не подхватил, просто ел на завтрак яйцо. Всмятку, – пояснила я. – Впрочем, все это ерунда. Нам нужно поговорить с тобой о Мариссе.

– Нет, – возразил призрак и прищурил глаза. – Нам нужно обсудить вопрос о моем освобождении. Мы договаривались.

Я слегка замялась, потом осторожно ответила:

– Ну, не здесь же вести такие разговоры. И не сейчас. Поговорим об этом позже.

– Позже?! Как тебя понимать? Через шесть недель? Через год? Знаю я вас, женщин. Ведьмы. Все как одна.

– Ну зачем так сразу. Потерпи несколько минут.

– А то я этого раньше не слышал! Сначала «несколько минут», потом за это время что-нибудь стрясется, отвлечет твое внимание, тебе станет не до меня, и я так и останусь сидеть в своей тюрьме, барабаня пальцами по ее стеклянным стенкам.

– У тебя нет пальцев, – сердито возразила я. – И вообще я не думаю, что время имеет для тебя какое-то значение – ты же мертвый. И моего внимания ничто в ближайшие несколько минут не отвлечет, так что прекрати ныть! – Я подняла голову и воскликнула: – Привет, Холли!

Она появилась в дверях кухни, держа в руке холщовую сумку, с которой ходила за продуктами, и, быстро окинув нас взглядом, пригладила свободной рукой свои длинные волосы.

– Пончики принесла, Хол? – сглотнул слюну Джордж, не сводя глаз с сумки.

– Принесла, – каким-то странным тоном ответила Холли. Она быстро прошла мимо нас и начала выкладывать покупки на разделочный стол. Движения у нее были быстрые, автоматические, лицо оцепеневшее, губы плотно сжаты…

– Холли, ты нормально себя чувствуешь? – спросила я.

– Не совсем. – Она отшвырнула в сторону пустую сумку, взяла с сушилки стакан и подставила его под кран с холодной водой. – В лавке Арифа я наткнулась на сэра Руперта Гейла.

Мы все как один уставились на нее. Сэр Руперт был помощником Пенелопы Фиттис. Великолепный фехтовальщик и очень опасный человек, он был «решалой», то есть не боялся испачкать руки в грязи и крови, выполняя деликатные поручения своей хозяйки. А еще он славился своим умением давить на противников Пенелопы и загонять их в угол. Все это было нам известно, поскольку наши с ним пути-дорожки уже не раз перекрещивались.

– Ага, вот и приехали, – скорбно объявил череп. – Свершилось. Теперь тебе точно будет не до меня.

Я опустила на крышке банки рычажок и спросила:

– Что он там делал, Хол?

– Меня дожидался. – Холли наполнила стакан водой и выпила его одним долгим, жадным глотком, словно пытаясь смыть противный привкус во рту. – Уф, какой же он мерзкий!

– Он угрожал тебе? – спросил Локвуд, продолжая неподвижно сидеть на своем стуле.

– Открыто – нет, больше намеками. Ну, ты же его хорошо знаешь. Подходит к тебе вплотную, воняет своим лосьоном после бритья, улыбается. Сегодня сказал мне, что проверяет, «не выходим ли мы за рамки», занимаемся ли «исключительно безопасными и простыми расследованиями». Проще говоря, не копаем ли под Пенелопу, так это нужно понимать.

– Ну что вы, сэр Руперт, мы беремся теперь только за самые ерундовые дела, – насмешливо протянул Локвуд. – А что еще он сказал?

– А дальше последовала хорошо замаскированная угроза. Сэр Руперт предупредил, что если мы возьмемся за какое-нибудь «сложное», как он выразился, расследование, это может иметь для нас самые печальные последствия. «Но вы же не хотите, чтобы с вашим прелестным маленьким агентством случилось что-то нехорошее, мы тоже этого не хотим…» Мерзавец! – Она с грохотом поставила стакан в раковину. – Да, а еще он хотел узнать, где мы были прошлой ночью.

Мы с Локвудом быстро переглянулись.

– Какое именно время его интересовало?

– После полуночи. Сказал, что, по его сведениям, нас не было дома.

– Они опять следят за нами, – сказала я. – И что ты ему ответила?

– Что ничего не знаю, поскольку к этому времени уже ушла к себе домой, – пожала плечами Холли. – Боюсь, он сумел застать меня врасплох.

– Все в порядке, – беззаботно сказал Локвуд. – У нас на прошлую ночь имеется алиби, помните? Для всех мы были в Кентиш-Тауне, отважно сражались там с двумя каменщиками. Для Джорджа состряпать подтверждающий это документ пара пустяков и три минуты времени.

– Я его уже слепил, – хмыкнул Джордж. – Холли, ты выглядишь какой-то расстроенной. Брось. Открой лучше пакет с пончиками.

– Спасибо, лучше я возьму яблоко.

– Ни-ни-ни, – печально покачал головой Джордж. – В таком состоянии яблоко не поможет, это научно доказано. Когда у человека стресс… Между прочим, у меня сейчас тоже стресс… – И он уставился на лежащий на разделочном столе пакет.

– Согласен с тобой, Джордж, доставай тарелки, – сказал Локвуд. – У нас у всех стресс.

И мы все принялись за пончики, даже Холли. Между прочим, Джордж оказался прав: после пончиков мир, похоже, вернулся в свое нормальное состояние. Или почти нормальное, потому что в нем оставались вещи, которые ну никак нельзя назвать ни нормальными, ни правильными. Марисса не лежала в своем гробу, как ей положено. Винкман, как ему положено, больше не сидел за решеткой. Да и встречу Холли с сэром Рупертом нормальной тоже не назовешь.

* * *

По традиции за деятельностью всех парапсихологических агентств наблюдает Департамент парапсихологических исследований и контроля, сокращенно ДЕПИК, главный офис которого находится в Скотланд-Ярде, в центре Лондона. Чтобы обеспечить высокое качество расследований, ДЕПИК обладает властью наказывать провинившихся оперативников и даже целые агентства. Обычно дело заканчивается штрафом, но в редких, тяжелых случаях агентство могут вообще прикрыть. Впрочем, самих оперативников ДЕПИК беспокоит редко, гораздо больше внимания эта контора уделяет исследованию Проблемы.

Так было раньше, однако с тех пор, как во главе агентства «Фиттис» встала Пенелопа, многое начало меняться. Теперь мисс Фиттис сама контролировала три четверти проводимых в Лондоне парапсихологических расследований и постепенно прибирала к рукам остававшиеся независимыми агентства. Сотрудники «Фиттис» начали занимать в Скотланд-Ярде высокие посты, вытесняя ветеранов ДЕПИК.

Придумывались и вступали в силу новые правила, в результате чего маленькие агентства с их ограниченными возможностями теперь были вынуждены заниматься лишь самыми незначительными расследованиями. При этом контроль над ними постоянно усиливался, инспекторы ДЕПИК следили за каждым их шагом, и при самом малейшем нарушении правил маленькие агентства немедленно закрывали. На словах это делалось в интересах горожан, для их безопасности. На деле это была охота на оставшихся конкурентов «Фиттис».

Разумеется, и наше, самое маленькое во всем Лондоне, агентство «Локвуд и компания» не ускользнуло от внимания новых властей ДЕПИК. В любое время суток нам могли позвонить, чтобы проверить, дома ли мы. Нас могли остановить на улице и потребовать бумаги, подтверждающие, что мы действительно выполняем чей-то заказ, а не действуем на свой страх и риск. Более того, за нами следили. Нет, не то чтобы возле наших дверей постоянно дежурили топтуны, – но знаете, было такое ощущение, словно кто-то постоянно смотрит тебе вслед. Иногда нам удавалось засечь такого наблюдателя – им мог оказаться самодовольно улыбающийся парнишка, идущий вслед за нами к станции метро «Бейкер-стрит», или солидный джентльмен в шляпе, стоящий возле лавки Арифа и наблюдающий за тем, как мы проходим мимо. Иногда такие не назначенные встречи случались несколько раз на неделе, иногда нас почти на месяц оставляли в покое. Впрочем, какой уж там покой! Между прочим, в этом был глубокий потайной смысл. Нерегулярность слежки подчеркивала, что «Локвуд и компания» – это такая мелкая блошка, которая недостойна постоянного наблюдения.