Любовь к драконам обязательна - Марина Ефиминюк

Глядя на мелкого красного ящера, недобро щурившего желтые глаза, становилось ясно, что Таннеру ди Элрою просто не пришла бы в голову светлая мысль завести какую-нибудь мягкую, толстенькую Поппи, впадающую в летаргический сон от переедания. Ральф был жилистым, крылатым хищником с длинным хвостом и агрессивно-хитрой мордой. Одним из тех, кого корми не корми сырым мясом, а инстинкт охотника все равно просыпался, притом в самый неподходящий момент. В общем, портрет самого Элроя.

- А вот и мы, - растянул губы в белозубой улыбке ветеринар. – Ральф чувствует себя чудесно. Пищеварение полностью восстановилось, и он больше не отрыгивает пламенем. Держите.

Лекарь жестом фокусника втюхал мне тварь, неожиданно горячую и довольно тяжеленькую, как матушкин кот Франки.

- Нет, подождите! А переноска? – попыталась я вернуть дракона обратно, но он ловко обхватил мою руку четырьмя лапами, вцепившись, как мелкая обезьянка в ветку.

- Не садится, - счастливо улыбался ветеринар.

- Но в чем–то его сюда доставили, – возмутилась я, пытаясь красную недомакаку стряхнуть с руки. Куда там! Он еще и хвостом для надежности обвил запястье. - Не под мышку же его засовывать!

Оба, в смысле, и Ральф, и лекарь со странной надеждой покосилась в сторону моего ридикюля.

- Нет! – категорично отказалась я, понимая направление ветеринарной мысли.

- Кажется, его привезли в корзинке, - наконец, осознав, что спихнуть дракона без вместилища этого самого дракона не получится, припомнил лекарь.

И крылато-хвостатый супостат напрочь отказался залезать в корзину! Расставил ноги, вцепился зубами в плетеную ручку и застрял.

- Забирайся по-хорошему, – прошипела я, упарившись бороться с нахальным ящером.

Неожиданно с перепончатых крыльев упала перевязь.

- Даже не смей! – ткнула я в хищную морду пальцем, позабыв, что этот самый палец клыкастая морда может откусить. Куда там! Ральф взмыл к потолку. Зависнув в воздухе, он бил крыльями, потоком встревоженного воздуха заставляя магический светильник раскачиваться, как маятник, и недобро таращился на нас желтыми глазищами.

- А я говорил господину ди Элрою, что надо крылья подрезать! – задрав голову, цыкнул ветеринар. - А он – рожденный летать, пусть летает…

Словно поняв человеческую речь, дракон открыл пасть, отклонился назад и выплюнул в нас огненный сгусток, даже непохожий на поток. Я точно знаю, что зверь метился в болтливого лекаря, но тот успел спрятаться за моей хрупкой спиной. Брызги раскаленной слюны попали на юбку. Шерстяная ткань моментально пошла проплешинами с тлеющими кромками.

- Вы горите! – взвизгнул ветеринар.

- Я горю! – в панике заорала я, пытаясь стряхнуть искры. – Вы утверждали, что он больше не плюется пламенем.

- Это вовсе не пламя!

- Но горю–то я по–настоящему! Помогите мне.

И лекарь трусливо сбежал в коридор. От изумления я даже на секундочку перестала паниковать, только увидела, как стремительно захлопнулась дверь. Придя в себя, попыталась справиться с крючками на юбке, но трясущиеся руки никак не ладили с застежкой, а на полотне уже появлялись сквозные прорехи, и кожу обжигало.

- Ненавижу драконов! – рычала, едва не плача. — Ненавижу Элроя! Ненавижу…

Наконец, застежка поддалась. Я схватилась за пояс, что бы тлеющую тряпку с себя стряхнуть, но неожиданно дверь открылась от мощного толчка, и на пороге возник ветеринар с ведром в руках. Без слов, предупреждений или громких лозунгов он выплеснул на меня поток грязной до темноты воды. Я инстинктивно прикрыла лицо ладонями, и юбка мгновенно упала к ногам. В грудь прилетела половая тряпка из ведра и со шлепком хлюпнулась в лужу, мгновенно натекшую под туфлями.

В смотровой комнате воцарилась принужденная тишина. Я опустила руки и недобро зыркнула на недоделанного пожарника с опустевшим ведром. Раскрыв рот, он разглядывал меня, вернее, нижнюю половину меня в полупрозрачных чулках с поясом, только отчасти прикрытую вымокшей полосатой блузкой.

- Вы что это делаете? - с вкрадчивой угрозой уточнила я.

- Я вас… потушил! – нашелся он, ткнув пальцем в сторону моих ног.

- Это ясно, но вы чего… вы на меня прямо сейчас глазеете?

- Как можно? - не отводя взгляда, махнул ведром ветеринар.

- Вон!!

- Извините, - покраснел тот и резво повернулся спиной ко мне. – Возьмите халатик… на вешалке.

- И дверь закройте, пока наша птица не вырвалась на волю.

Но «птица», очевидно, догадавшись, что любой красноперый попугай, который попытается сделать хотя бы одно неудачное движение, окажется погруженным в летаргический сон на пятьдесят лет, забился на шкаф.

Лекарь не вышел, а выскочил, едва не потеряв туфли. Я брезгливо расставила руки и втянула живот, чтобы мокрая ткань не припечатывалась к коже. В позе огородного чучела повернулась к вешалке и остолбенела. На пиджачном чехле темнела влажная клякса! Наплевав на дракона, голый зад, испорченную одежду и, вообще, на весь мир, я бросилась к пиджаку. Непослушными от страха пальцами с трудом распутала шнуровку, раскрыла чехол и испуганно взвизгнула. Как раз посередке, где сходились две половинки пиджака, красовалось пятно с грязными кромками!

- Он на вас напал?! – вломился в комнату ветеринар.

- Это я сейчас на вас нападу, пиджачный убийца! – рявкнула я. - Вон!

- Извините, - испуганно спрятался в коридоре источник моих неприятностей.

От паники мне даже жарко стало! Перед мысленным взором появилось недовольное лицо Паприки. Кто поверит в ересь о ведре с водой и сгоревшей юбке? И тут я вспомнила, что дядька Фэйр держал мастерскую по алхимической чистке ковров. Чем пиджак за тысячу шиллингов хуже какого-то половика?

Шустро скинула влажные тряпки, нарядилась в широкий не по размеру лекарский халат и рявкнула в сторону дракона:

- Быстро сел в корзину!

Ральф зашипел со шкафа.

- Да ты смерти моей хочешь, – процедила я, уперев руки в бока.

Стоило признать, что ящер, обладавший поистине бараньим упрямством, меня победил. Не зря лопал каре ягненка! Я все-таки раскрыла ридикюль и продемонстрировала дракону:

- Забирайся, демон!

Кто со стороны посмотрит, что разговариваю со зверем, точно решит, будто совсем девица сбрендила. Однако Ральф вылез со шкафа, спикировал к столу и забрался в дамскую сумку, благопристойно сложив крылья. И как втиснулся между книжкой и кучей мелочей?

- Только попробуй там нагадить, сухой корм заставлю есть! – пригрозила я хулигану. - О «Вкусе говядины» слышал? Накормлю до летаргического сна. И в горошек покрашу!

- У вас все в порядке? – осторожно постучал в дверь ветеринар. – О, вы его сумели в сумочку усадить? Какая вы молодец. Как вам халатик идет…