Хранитель смерти - Ханна Хаимович

— Должок я бы потребовал, но ко мне вот-вот должны прийти, — сказал он. — Придется отложить. Ненадолго… Стоп. Не шевелись.

— Что?

Алиса, все еще настроенная на романтический лад, не сразу поняла, в чем дело. Скосив глаза, она следила, как Ландау осторожно протягивает руку к чему-то у нее над головой. Вот он рывком схватил что-то невидимое и резко дернул!

— Ай!

Казалось, он выдергивает из волос большой комок репейника. Репейник держался за мелкие пряди и не думал отцепляться. Ландау прошипел короткое заклинание, и крючья исчезли. Алиса нервно пригладила волосы — ей почудилось, что неизвестное создание проделало на макушке обширную плешь.

Ландау встряхнул добычу и продемонстрировал Алисе:

— Узнаешь?

Она узнавала. Из его руки свисало нечто, напоминающее черный бархатный мешочек. Внизу у мешочка болталось несколько десятков тонких шнурков, но если присмотреться, можно было различить на концах крошечные цепкие пальчики. Хлоп-хлоп — мешочек открыл круглые красные глазищи и заморгал.

— Бзик начальственный, — определила Алиса. — Заводится в кабинетах руководителей, питается здравым смыслом. Ну и что ты здесь развел? Мало нам было одного верховного-самодура!

— Это не я! — открестился Ландау. — Это завелось при Сулее.

— Ну да, надстройка Сулея разрушилась, а бзики остались. Верю, — протянула Алиса и рассмеялась. Ландау развеял созданьице коротким антимагическим жестом. Она бы даже пожалела незадачливое существо, если бы не знала, что через час оно материализуется снова, только выберет более подходящий кабинет.

— Значит, из администрации президента переползло, там их всегда были полчища. Да и у инквизиции к таким иммунитет.

Ландау подобрал ящик с «когтями», поставил его на стол и закрыл шкаф с артефактами. Окно, тихо скрежетнув, встало на место, а за ним появились два кресла для посетителей и журнальный стол.

— Я тогда вернусь позже, раз ты занят, — сказала Алиса с некоторым разочарованием.

— Оставайся, — велел он. — Ты не помешаешь. У меня нет времени разыскивать тебя, когда пропадешь еще на неделю.

Она усмехнулась, сбрасывая куртку и усаживаясь в кресло.

— Ну куда это годится? Как это — нет времени? Ты что, не знаешь, что должен откладывать все дела и отменять встречи, чтобы догнать меня, пока я не обиделась на всю жизнь?

Судя по недоумению в глазах Ландау — не знал. Алиса прыснула. Она все еще смеялась, когда у него зазвонил телефон. Ландау взял трубку, выслушал кого-то — собеседник оказался немногословным — и принялся за узор для стабилизации портала.

Через минуту из портала появилась эффектная молодая женщина в короткой зеленой шубке.

По мягкому меху живописно разметались рыжие волосы. Облегающие джинсы подчеркивали длинные стройные ноги в сапожках на каблуке. Алые губы красавицы изгибались в приветливой улыбке. Она откинула с лица блестящие пряди тонкой рукой с модным зимним маникюром.

Следом за ней вышел… Стефан Лещинский. Портал закрылся.

Алиса с изумлением разглядывала странную парочку.

— Добрый день, — сказал Ландау и жестом призвал откуда-то два стула. Рыжеволосая красавица невесомо опустилась на один из них, расстегивая шубку.

— Жарко здесь у вас, — пожаловалась она. Голос звенел, как серебряный колокольчик. Гостья непонимающе покосилась на Алису, Лещинский кивнул ей, как старой знакомой.

Ландау устроился за своим столом и выжидательно уставился на пришедших.

— Итак? — сказал он. — Стефан, я что-то не припоминаю, чтобы вы переводились в другой город.

— Семен Никитич перевелся, — поспешно объяснил Лещинский. — Из нашего регионального управления его назначили в город К. Поэтому Элен попросила меня ее сопровождать.

— Как интересно, — прокомментировал Ландау. — Кто подписал приказ о переводе господина Муравьева в К.? Елена, у вас есть оригинал или копия приказа?

— Нет, — захлопала глазами красотка, явно не очень довольная, что ее назвали Еленой.

— Достаньте. Погодите, не прямо сейчас. У вас есть подтверждения, что Муравьев связан с появлением хищных подземников?

— Не с появлением. Он перевелся где-то через неделю после того, как мы заметили, что они проснулись, — принялась рассказывать Элен. — Мы, конечно, сразу начали проверять силовые потоки. Их схема исказилась, но было похоже, что естественным путем. У нас так бывает, когда просыпаются твари, у нас же…

Ландау сделал нетерпеливый жест, показывая, что помнит о тварях. А жаль. Алисе становилось все любопытнее. Какие необычные твари живут в этом К. и почему она о них не слышала?

«Потому что Илона не застала их пробуждения», — подумала она. Да, Илона помнила что-то о мрачном северном городе с его легендами об огромных хищных созданиях, живущих под землей, на улицах и по берегам реки. О том, что эти создания уникальны, и город уникален, что он стоит на каком-то незримом энергетическом разломе, и оттуда-то и лезут невидимые и бесплотные, но очень коварные и прожорливые существа, которых не встретишь больше нигде на земле. О ночной охоте тварей и о том, как важно не смотреть им в глаза — даже если ты не видишь никаких глаз…

Но это были легенды. А Алиса мало знала о новостях города К., потому что у магического сообщества не было новостного портала, чтоб его!

— Когда твари просыпаются, силовые потоки начинают пульсировать. По пульсации можно выслеживать самых крупных существ. Однажды мы пошли по следу, но вместо твари наткнулись на Семена Никитича.

— Он тоже прятался под землей? — поднял брови Ландау.

— Да нет же! Он был в городском офисе инквизиции! Вместе с подземниками могут просыпаться ползучие многоэтажники, мы думали, что там засел один такой… Но вселяться в людей, тем более инквизиторов, создания не могут.

— Некоторые могут, — рассеянно обронил Ландау, обдумывая что-то. — Техноген, к примеру… Так. Других искажений потоков, связанных с Муравьевым, не было? Что вы сделали, когда след привел к нему?

— Ничего. Стали искать дальше, но след сгладился, пока мы объясняли Семену Никитичу, почему пришли, а мы же тогда не знали, что он может быть замешан! Но потом к нему привело еще три следа, и по ним шли разные ведьмы, это не могла быть ошибка узора. И да, потом мы присмотрелись к нему повнимательнее и заметили искажение…

Она замялась. Ландау не обратил на это внимания.

— Техноген не вселялся в Семена Никитича, — подал голос Лещинский. — Он позаимствовал его облик.

— Это он так сказал. Стефан, вы верите, что магическое существо могло так точно имитировать настоящего Муравьева? Максимум, на что был способен Техноген — скрыть следы вселения. Но отпечаток остается. Муравьев теперь более восприимчив к внушению и будет хуже сопротивляться. Стефан, проверьте его на воздействие чужой магии и существ, только чтобы он не видел.