Возвращение - Геннадий Ищенко

В одной руке у меня была не понадобившаяся детская шубка, второй я взял за руку Люсю, и мы пошли к стоявшему недалеко электромобилю.

– Бросай свою шубу в машину, – сказала она. – Я тебя отряхну, а потом то же сделаешь ты. Нужно было подождать в машине, а то похожи на снеговиков.

– Кто же знал, что так получится, – отозвался я, отряхивая её от снега.

Я чувствовал досаду и растерянность. Мы замёрзли и хотелось быстрее очутиться дома, поэтому я вёл машину по пустому шоссе на предельной скорости и потратил на дорогу минут пять. С помощью встроенного в машину пульта управления открыл ворота и подогнал электромобиль к крыльцу.

– Пошли в дом, – сказал я Люсе. – Чёрт с ней, с машиной, поставлю в гараж завтра.

– Не расстраивайся! – сказала жена. – Сейчас всё лучше, чем было. Можем обойтись и без посторонней помощи. Дверь открыта… Ты точно её запирал?

– Подожди! – сказал я, вернулся к машине и достал из бардачка один из наших пистолетов. – Теперь можно идти. Только на всякий случай держись сзади.

Мы вошли в прихожую, потом по коридору прошли к гостиной, в которой я сразу же включил свет.

– Здравствуй! – послышался знакомый голос. – Оружие можешь спрятать, оно тебе не понадобится.

– Ольга! – растеряно сказал я при виде сидевшей на диване девочки. – Ты откуда взялась?

– Ждал меня на том месте? – догадалась она. – Ну и зря. Я же говорила, что все вероятностные миры находятся в одном потоке времени. Это для вашей реальности всё исчезло, а я сохранила о ней воспоминания. Я знала, что ты придёшь, если сможешь, но не могла прийти в то время. Для меня оно стало прошлым.

– А здесь как меня нашла? – спросил я.

– Это было несложно, – сказала она и вытянула вперёд руку, в ладони которой засеребрился неизвестно откуда взявшийся шарик. – Это разведчик. В считанные минуты подключается к любой компьютерной сети и скачивает из неё всё, что может представлять интерес.

– Ты и в прошлый раз так же скачала? – спросил я.

– Она говорит по-русски без всяких присосок! – сказала жена. – Гена, что-то здесь не так!

– Объяснишь? – спросил я.

– Объясню, конечно. Садитесь. Не бойтесь, Людмила, никакого вреда от меня не будет.

Мы сели в кресла и приготовились слушать.

– Я не человек, – спокойно сказала Ольга. – Я рассказала тебе правду, только не о своей цивилизации, а об одной из человеческих. Наши миры находятся очень далеко отсюда. В ваших единицах это примерно тридцать световых лет. Мы с отцом прибыли в домен Земли с целью изучения вероятностных миров. В наших звёздных системах это делать запрещено. Вариатор вероятностей не изготовить кустарно, это слишком сложная машина. Сами исследования не запрещены, запрещено что-то менять в наших мирах. В каждый вариатор встроен маяк, который невозможно выключить. Следят за ними очень строго. Если кто-то попытается высадиться на одну из наших планет с вариатором, его просто сожгут вместе с кораблём. Если включат вариатор на планете, с одного из следящих спутников последует энергетический удар. И спутнику всё равно куда стрелять, потому что реальность важнее.

– А у нас, значит, можно? – спросила жена.

– Миры чужих не попадают под запрет, – подтвердила Ольга. – Проводить эксперименты в мёртвых мирах можно, но неинтересно, а человеческие цивилизации часто оказываются на грани гибели. Мы помогаем им, а заодно проводим исследования. Той цивилизации, о которой я тебе рассказала, проход в новый мир открыли мы. Вам развиваться до такого уровня тысячу лет. И потом, чем вы недовольны? Я только поверхностно сопоставила факты и то вижу, что в результате вмешательства состояние вашего мира стало намного лучше. Я не надеялась на такой результат. Конечно, отец на базе проведёт более полный анализ.

– А зачем вам изучать особенности развития человеческих цивилизаций? – спросил я. – Что это может дать?

– Мы не вас изучаем, – ответила Ольга. – Это только вспомогательные исследования, позволяющие понять, чем одна реальность отличается от другой. Основная сложность – это понять, что происходит с прежней реальностью.

– Ты же говорила, что она исчезает! – сказал я. – Разве нет?

– Материя просто так не исчезает и не берётся ниоткуда, – ответила она. – Для этого домена реальностей она действительно исчезает. Вот мы и хотим понять, куда именно и как в неё можно попасть. Если это будет решено, возможно, и в наших мирах не будет таких строгостей с исследованиями.

– А нам можете помочь? – спросил я. – Хотелось бы получить доступ в какой-нибудь полный жизни мир.

– Об этом нужно говорить с отцом, – сказала Ольга. – Я сама не решаю такие вопросы. Наверное, можем. Только много ворот не будет: вариатор – штука редкая. У тебя есть вафли?

– Тебе сколько лет? – спросил я.

– Ваших примерно двадцать, но для нашего вида я ещё ребёнок. А что?

– А как ты выглядишь? Неужели человеком?

– Нет, – ответила она. – Мы похожи, но не настолько.

– И отец не боится отпускать тебя к нам одну? – спросила Люся.

– А чего ему бояться? – по-человечески пожала она плечами. – Я под защитой. У вас никто не сможет мне навредить, разве что обрушат из космоса мощный лучевой удар или подорвут поблизости атомный заряд. Так что насчёт вафель?

– Чтобы я тебя ждал и не приготовил вафель! – сказал я. – Бери хоть мешок.

– Ловлю на слове! – сказала Ольга. – Давай!

– Сейчас принесу. Когда будешь уходить?

– Возьму твой подарок и уйду.

– А как мы узнаем о решении твоего отца?

– Не хочется мне брать вас на базу, – задумалась она. – Там повсюду защита, настроенная на наш вид. Да и отец может быть недоволен. Давай я сбегаю, отдам отцу разведчик и передам твою просьбу. Ну и сама за вас попрошу. Отработаю твой подарок, а потом сообщу при любом результате. Вы не хотите вернуться в прошлое уже вдвоём? Попробуете изменить будущее ещё раз, а мы опять проведём замеры.

– Нет, спасибо, – отказался я. – Второй раз с опытом двух жизней, да ещё не одному, шансов, конечно, больше, но во всём этом слишком много случайностей. Может получиться не лучше, а гораздо хуже. И миру будет плохо, и мы проживём меньше, чем сейчас. Да и неохота прожить одно и то же по третьему разу. Я тогда точно не доживу до старости, раньше сдохну из-за того, что всё осточертеет.

Она была разочарована, но простилась тепло, забрала две сумки с вафлями и, развернув вокруг себя радужный диск, исчезла.

– Использовал тебя, мой дорогой, инопланетный разум, – сказала жена, когда мы остались вдвоём. – Шустрая девочка.

– Я тоже их использовал, – ответил я. – Нам с тобой грех жаловаться на жизнь. А если откроют новый мир, будет для меня занятие. Представляешь, сколько там всего!