Меняя маски - Николай Метельский

— О как. Понятно. Ну, — похлопал я его по плечу, — удачи.

— Смейтесь, смейтесь, — обиженно пробурчал Рей. Все-таки трудно убрать из голоса ВЕСЬ скепсис, услышав подобное. — Попрoсите еще вас в прошлое скатать, тогда-то я вам все и припомню.

Да-да, конечно. Пойду-ка я, лучше, покурю. В этой школе, что забавно, даже курилки есть. Правда, как мне кажется, сделаны они лишь для учителей, но и правил, запрещающих курить в школе ученикам, я лично не нашел. Да и учителя… первое время смотрели на меня удивленными глазами, переваривая такую наглость, как курящий в их курилке ученик, но так ни разу мне ничего и не сказали.

— Привет, покоритель женских сердец!

— А? — обернулся я на голос.

— Фу, как не стыдно курить в школе, да еще и так нагло? — Как же ее… точно!

— И вам не хворать, Хики-сан. — Подруга Акэти Торемазу стояла на краю курилки, уперев руку в бок, и смотря на меня нарочито строгим взглядом. Все-таки красивые в этой школе девчонки. В моей прошлой все было как-то более обыденно.

— Ты совсем не боишься, что тебя учителя прогонят и отругают? — спросила она меня, улыбаясь.

— Не раньше, чем они перестанут стрелять у меня сигареты, Хики-сан.

— Оу. А ты неплохо тут устроился, Сакурай-кун.

— Есть такое дело.

— Ну и ладно. Я, собственно, о другом хотела с тобой поговорить. Правда на обеде, но раз уж ты мне так удачно попался…

— Слушаю вас, Хики-сан.

— Я…м-м-м… хотела попросить прощения. — И смотрит на меня смущенно, только я почему-то не верю в ее смущение. Да и паузы подобные не люблю.

— Ну, что я могу сказать… просите.

— Э… хм, да. Так вот. Прошу прощения. — Поклон. И опять пауза. А я что, я ничего. Сижу, курю. — Ну и чего ты молчишь? Прощаешь?

— Я подумаю. — Забавно, такого она не ожидала.

— Как же с тобой… интересно. И что, даже не спросишь, за что извинения?

— Да мне как-то… — стряхнул я пепел, — неинтересно.

Тут я, конечно, немного лукавлю. Чисто человеческое любопытство присутствует, но оно не настолько сильное, чтобы идти на поводу у девушки. К тому же, вспоминая прошедшие дни, я как бы и так догадываюсь, о чем она. А если имеется в виду нечто, что произойдет в будущем… то она мне все равно сейчас все расскажет.

— А вот если, — уселась она напротив меня на скамейку, — просто для примера, я подговорила кого-нибудь пойти и навредить твоим друзьям? Если ты сейчас об этом узнаешь, то вполне возможно успеешь им помешать. Или друзей предупредить.

— Хех, — усмехнулся я. — У меня такие друзья, что они сами кому угодно навредить могут. Да-да-да, — остановил я хотевшую что-то сказать девушку, — я помню про «для примера». Но у меня со всем так. Навредить друзьям — так сама потом огребешь. Навредить мне — так что ты про меня знаешь, чтобы действительно навредить?

— М-м-да. И правда — ничего. Но ведь можно навредить и по мелкому. Кстати, и не факт, что по мелкому. Для того, чтобы напакостить по крупному я знаю достаточно.

— Переживу, — махнул я рукой. Правда, если бы я верил, что она стала бы мне… пакостить, я бы вел себя по другому. А так, фиг с ней.

— Какой-то ты слишком самоуверенный, — состроила скептическую мину девушка.

— Не я такой, ситуация такая. И почему сразу самоуверенный. Может просто меланхоличный?

— Да не важно, на самом деле, — положила та на скрещенную ногу руку, а уже на нее подбородок. И вот в таком вот положении она еще с минуту молча за мной наблюдала. — Я, правда, извиняюсь. Та девушка, что ударила тебя шокером, моя вина. — Ну, как я и думал. За последнее время со мной не происходило ничего, за что стоило бы просить прощения. Кроме того случая. — Это была шутка, — поморщилась Хики. — Но даже она была направлена не на тебя. То есть я шутила, но даже не над ней, а над Тори-тян. Кто ж знал, что эта дуреха, оказавшаяся просто под рукой, воспримет мои слова всерьез. Да еще и настолько буквально.

— А причем здесь я?

— Э-э-э, позволь мне не вдаваться в подробности того случая, — ответила она, отводя взгляд. — Это наши, девичьи, секреты.

Секреты, так секреты. А уж если они еще и «девичьи»…

— Как там Акэти-сан? — спросил я. Не потому, что мне это интересно, а просто, чтобы хоть что-нибудь сказать.

— О-о-о! Ты, правда, интересуешься? Правда-правда!? — взорвалась та энтузиазмом. А потом вдруг резко стала серьезной. — Хотя, тут уже не до шуток. Знаешь, об этом я тоже хотела с тобой поговорить. Как подруга Тори-тян, я не могу не обращать внимания на сложившуюся ситуацию.

Ситуацию? Какую еще ситуацию? И причем здесь вообще я?

— А?

— Ох, мужчины, — учитывая, что я и не пытался скрыть свое недоумение, Хики не составило труда прочитать вопрос на моем лице. — И почему вы вечно ничего не понимаете?

Черт. Когда женщины и девушки начинают говорить таким тоном и в таком контексте, девяносто процентов, что они имеют в виду Любовь. И если при нашем знакомстве, я списал ее слова на шутки и подколки, то теперь мне как-то не по себе.

— Все дело в Тори-тян. Если ты, чурбан бесчувственный, еще не понял…

В этот момент из-за угла здания появилась еще одна девушка. Правда поначалу обзор на нее мне заслоняла Хики, но через несколько шагов та вышла из моей слепой зоны, и я увидел, кто это был. Хотя сначала я эту девушку все же услышал.

— Какого демона ты творишь, Маки-тя… — Это она меня, наконец, увидела. — Ма… Ма… — Потрясающе! Она пытается говорить. — Ма…

— Тори-тян! А что это ты тут делаешь? Неужто меня искала? А зачем? — быстро проговорила Хики. Вот только уходить и, соответственно, уводить свою подругу девушка, похоже, не собиралась.

— Ма… Ма…

— Ну же, Тори-тян, присоединяйся к нам, — сказав это, девушка похлопала ладонью по скамейке, на которой сидела.

И, представьте себе, Акэти пошла. Медленно, деревянной походкой, с протянутыми в нашу сторону руками и этим ее постоянным «Ма». Шаг, второй, третий… а в конце цап! Мертвой хваткой вцепившись в плечо и руку Хики, Акэти на некоторое время замерла, по-прежнему глядя на меня, как кролик на удава.

— Тори-тян, — поморщилась Хики, — мне как бы немного больно. Ай!

Мощный рывок с шагом назад сдернул бедную девушку на землю. Но Акэти не успокоилась. Так и не отрывая от меня взгляд, она совершила еще один шаг назад, таща Хики за собой.

— Ма… — Шаг, и еще один рывок. — Ма… — Шаг, и сумевшая, наконец, встать, Хики прижата к груди. — Ма… — Еще один шаг назад.

— Акэти Торемазу, — прошипела девчонка, — ты как обращаешься со своей лучшей подругой?

— Ма…

— Да переверни ты ее уже спиной ко мне, — не выдержал я.