Дом для демиурга Том 2: Pеальность сердца - Kriptilia

внятно рассказал о своем пребывании в Керторе и возвращении в столицу, после чего Руи попросил его погодить с оценками увиденного в Собре, настала очередь племянника. Наследник довольно быстро перестал понимать, что происходит - похоже, дядю в первую очередь интересовали не события, а мнение Саннио по каждому поводу.

- Значит, вы согласились с тем, что реформы регента вредны и опасны?

- Да.

- Почему же?

- Об этом говорили все, кто разбирается куда лучше меня.

- Изумительная причина... - поморщился герцог Гоэллон. - Хорошо... а как вас угораздило заявить Реми в лицо, что в гибели Рене виноват он?

- Хотите - накажите меня, - выпрямился в кресле Саннио. - Но я по-прежнему так и считаю! Это было несправедливо!

- Сначала вам казалось иначе, или я что-то путаю?

- Да, сначала я... - наследник покраснел. - Я злился на него, что он предал и погиб. И на себя, что не понял и не вмешался. Мы ведь почти подружились, он мне доверял...

- Ну, хоть что-то вы поняли правильно, Саннио. Это хорошо. Теперь скажите мне, вы задавались вопросом, для чего же Скоринг отдал вашей коалиции и венец, и свои планы, и вообще страну?

- Задавался. Но...

- Хорошее слово "но", особенно, если после него сделать длинную паузу, верно?

Саннио задумчиво уставился на дядю. Больше всего ему хотелось посоветовать любимому родственнику отправляться отдыхать. Дорожная пыль так и не вымылась из кожи, придавая ей нездоровый смугло-серый оттенок. Черная рубаха только подчеркивала усталость. Усталость... и неприятное, могильным холодом веющее ощущение. Долетал этот сырой сквозняк и до племянника, сидевшего напротив стола.

- Господин герцог, на этот вопрос никто не смог ответить, но ведь есть и более насущные дела.

- Да неужели? Кстати, какова ваша роль в этих насущных делах?

Молодой человек изумленно распахнул глаза, потом осекся и задумался. И вправду - какую роль он играет в происходящем? Нечто вроде живого гаранта совместных действий Алларэ и Эллоны. Ученик куда более опытных в государственных делах господ - дурной, признаться, ученик, поскольку постоянно не может посмотреть на происходящее под нужным углом. Помощник? Да какой, к селедкам, помощник...

- Выразительный ответ, - криво усмехнулся Руи. - Хотя, наверное, я слишком многого от вас хочу...

- И чего бы вы от меня хотели?

- Представьте, что я бы не вернулся. Что бы вы делали - отныне и впредь, до конца жизни? Вы, герцог Эллонский. Ну?

- Я не хочу этого представлять...

- Делайте, что вам сказано. Я жду ответа.

- Я буду разбираться с управлением герцогством. Потом, если король будет так благосклонен, займу предложенный им пост. Буду служить Собране и его величеству. Женюсь, - тут Саннио осекся, но было поздно.

- Вы уже, кажется, выбрали невесту?

- Только она еще об этом не знает... - губы сами собой расплылись в улыбке.

- Подход, достойный восхищения, - герцог Гоэллон коротко рассмеялся. - И кто же эта девица, не знающая, что ее ожидает?

- Мне не хотелось бы об этом говорить.

Дядя потянулся, потом поднялся и заложил руки за голову. Черный силуэт на фоне бушующей за окном грозы казался бесконечно далеким, чужим, словно в первые дни знакомства. Потом герцог скользнул к креслу, уселся на поручень, прищурил глаза, сверху вниз глядя на племянника.

- Что вы носите на шее? - Саннио не успел удивиться, как палец подцепил цепочку и вытащил из-под его рубахи медальон. Дядя брезгливо скривил губы. - Это еще зачем?

Пришлось рассказывать обо всей истории, начавшейся с попыток дозваться до герцога Гоэллона на расстоянии, и закончившейся вручением наследнику святой реликвии. Пока молодой человек рассказывал, Руи все выше и выше задирал бровь, пока лицо не стало напоминать маску злодея в огандском театре. Альдинг слушал безмолвно, но Саннио знал, о чем тот думает: какое счастье, что Реми не успел вспомнить о своей просьбе.

- Восхитительно! - герцог встал, прошелся по кабинету, потом уселся на край стола и провел по лицу ладонями. - Все-таки нужно было вас отправить на остров Грив...

- А в чем, собственно, дело?

- Мы поговорим позже. Это долгий и очень серьезный разговор. Кларисса в столице?

- Да.

- Напишите ей, пригласите вечером ко мне. Сейчас же собирайтесь, поедем к Алларэ.

- Может быть, не стоит?

- Это еще почему?!

- Вам нужно отдохнуть.

- Любезнейший, не хамите, - герцог Гоэллон постучал ладонью по столешнице. - Мне ваша щенячья опека...

- Вы мне что-то говорили о беседах и последствиях. - Еще пару девятин назад Саннио смутился бы и замолчал, но сейчас он чувствовал себя рядом с дядей спокойно и уверенно, даже невзирая на явную резкость старшего родича и присутствие Альдинга. - Я настаиваю. Не происходит ничего такого, что нельзя отложить до утра.

- Вы повзрослели. И Реми вас разбаловал...

- Господин Алларэ тут не при чем. Вы меня этому учили всю зиму и весну. Обращать внимание на обстановку, на собеседника. Вы хотите, чтобы я все забыл?

- Ну и что же не так с собеседником?

- Вы в зеркало давно смотрелись? - Саннио поднялся и встал напротив дяди. - Вы хотите меня сделать герцогом раньше времени? Спасибо, но я предпочел бы выучиться у вас еще чему-то.

- Так-так-так... Простите за щенка. Из вас получилась отменная пастушья собака! - расхохотался дядя. - Это похвала, как вы понимаете. Пожалуй, я доволен. Только я все-таки не вхожу в охраняемое вами стадо, племянник, и это не подлежит обсуждению. Уяснили? Собирайтесь, господа!

Удивительное дело, но и Реми, и Фиор оказались дома. Саннио следовал за герцогом Гоэллоном по пятам, и от души насладился выражениями на лицах обоих, когда в проеме открывшейся двери - эллонский герцог проходил к двоюродному брату без доклада, как и тот к нему - оба узрели силуэт долгожданного родича.

- День добрый, господа победители!

- Добро пожаловать, господин герцог, - Фиор очнулся первым.

- Руи! Бесы и демоны!!! - Реми не отличался сдержанностью нынешнего герцога Алларского. - Где тебя носило?!

Саннио проскользнул мимо обнимавшихся старых друзей, сел