Дневная битва - Питер Бретт

Осень 333 П. В.

Первая ночь новолуния

Рожер услышал дружное пение стрел и вопли огненных демонов.

Он еще не привык к подаренному маской меточному зрению, но за секунду до этого увидел Арлена, который сверкнул ярко, как солнце. Теперь Меченый потускнел. Стал даже мутнее, чем обычные люди.

– Назад, к великой метке! – скомандовал Арлен. – Живо! Свет, им вызванный, начал меркнуть, сам Арлен вдруг обмяк, всем весом навалился на Ренну и Рожера. Рожер чуть не упал, но Ренна без всяких усилий, как малых детей, поставила обоих прямо. Быстро, подобно кошке, Рожер обрел под ногами почву.

Поднял глаза и увидел первых возвращающихся новобительцев. Вид у них был торжествующий.

– Соберись, – процедил он. – Не знаю, что ты с собой сотворил, но тебя должны видеть на ногах.

– Не учи его… – начала Ренна, но Арлен ее перебил:

– Он прав. Мне нужна лишь минута…

Светящийся туман у его ног втягивался в тело, восстанавливал сияние. Арлен высвободился и стал твердо:

– Вот так.

Новобительцы снова заняли позиции на границе, а Гаред и остальные разведчики вернулись к Арлену, Ренне и Рожеру. Никто так и не узнал о его кратковременной слабости. Вдали не стихали треск падающих деревьев и грохот раздираемых камней, от которого дрожала земля.

– Во имя Недр – что они делают? – прогремел Гаред, перекрывая шум.

– Это западня, – ответил Рожер. – Пытаются заманить нас глубже.

Арлен покачал головой:

– Зачем так шуметь, если это западня? Они что-то затевают. Ядрами клянусь.

– Что мы будем делать? – спросил Гаред.

– Мы — ничего. А я пойду посмотрю.

– Мы пойдем посмотрим, – возразила Ренна.

Арлен взглянул на нее, и она выстрелила ответным свирепым взглядом:

– Арлен Тюк! Даже секунды не думай, что я отпущу тебя одного.

– Будь я проклят, если предложу кому-то еще, – рявкнул Арлен. – Трутни ничего мне не сделают, Рен. Я буду в полном порядке.

– Тебя тронул демон-хамелеон, – напомнила Ренна. – А мозговой сделал еще хуже.

– Да, но теперь я умею дать сдачи.

– Ты дал одному, и то после того, как я подкралась в твоем меченом плаще и пырнула его в спину! Откуда ты знаешь, сколько их там сегодня?

– Возможно, это ловушка не для нас, – подал голос Рожер. – Сдается мне, она для тебя.

Арлен тупо уставился на него.

– Он прав, – согласилась Ренна. – Едва ты шагнешь за великую метку, тебя мгновенно станет видно, словно фонарь в ночи. Тут-то они и набросятся.

Рожер закусил губу. «Молчи, молчи, молчи!»

– Я пойду, – произнес он и обругал себя.

Все посмотрели на него изумленно, и Рожер не мог их винить. Он не прослыл храбрецом, но другого выхода не было. Он гордился силой, которую вернул миру «Песнью о Лунном Ущербе», но после того, что минуту назад сделал Арлен, вопрос о том, кто из них работает на износ, отпадал.

Арлен помотал головой:

– Неизвестно, подействует ли твое могущество на мозгового демона. Кошка может весь день гоняться за солнечным зайчиком, и трутни ненамного умнее, но с людьми этот номер не пройдет.

Рожер передернул плечами:

– Если светить в глаза, можно ослепить и людей. И разве Ренна не сказала, что он повелся на плащ Лиши? – Он схватился за подол своего пестрого меченого плаща и раскружился.

– Рожер, я запрещаю тебе… – начал Арлен.

– Нет, это я запрещаю тебе! – перебил его Рожер. – Я, возможно, и не могу поджечь лес движением руки, но с этим справлюсь.

– Справимся, – вмешался Гаред и стал рядом. – Я тоже пойду. Дарси сшила мне не такой красивый плащ, как у тебя, но он меня ни разу не подвел.

– Это потому, что ты редко его надеваешь, – покачал головой Рожер. – Твое место в войсках, генерал.

Гаред сплюнул под ноги.

– Ты бываешь мелким гаденышем, Рожер, но провалиться мне в Недра, если я отпущу тебя одного.

У Рожера сжалось горло, но он проглотил комок и сохранил жонглерскую маску. Ему хотелось продолжить спор, однако в действительности он чувствовал себя рядом с Гаредом надежнее, чем был готов признать.

– Я с вами. – Ренна вынула из перекинутого через упряжь Заруки плащ-невидимку и набросила на плечи.

– Рен, – умоляюще произнес Арлен и схватил ее за руку.

Она повернулась и уставилась ему в глаза:

– Ты сам сказал. Тебе некогда разбираться с мелочью. Будешь охотиться на мозговых демонов, а мне придется защищать людей там, где не сможешь ты.

Он неотрывно смотрел на нее, и она ласково положила ему на щеку ладонь.

– Я буду осторожна и приведу их назад целыми и невредимыми.

Наконец он кивнул, стиснул ее в объятиях и крепко поцеловал.

– Эй, молодожены! – окликнул их Гаред. – Избавьте нас от этих нежностей!

Лиша рассматривала Аманвах, которая вместе с Сиквах удобно устроилась на шелковой тахте в шатре Тамоса. Рядом бдительно возвышался их безмолвный страж.

Граф разбил шатер на краю Кладбища Подземников, чтобы получать донесения и руководить войсками. Как всегда, он обставил палатку в полном согласии с царственным статусом и богатством. Стены увешаны роскошными гобеленами, а ковры мягки и пушисты, как котята. Мебель из добротной полированной древесины украшена резьбой и золотыми вставками. Установил он, конечно, и трон.

Но все эти атрибуты власти обязывали соблюдать этикет. Пусть Аманвах и Сиквах – враги, однако они принцессы, родня красийского вождя. Их положение требовало подобающего обращения, включая доступ в палатку Тамоса и всем проистекающим от него любезностям. Мальчик, назначенный им в слуги, был благородного рода; он в ужасе метался взад и вперед, покуда Сиквах осыпала его приказами и бранила за медлительность. Аманвах молча стояла рядом с ней на коленях, склонив набок голову.

Слушала Рожера.

Лиша захлебнулась от желчной злости. Аманвах пыталась убить ее, а Рожер все равно доверял ей и сообщал обо всех событиях, тогда как Лиша и Тамос пребывали в потемках. Жены они ему или нет, а Лиша не расставалась с ним почти два года. Почему он верил им больше, чем ей?