Мы - есть! Честь - Иар Эльтеррус

– Бесполезно… – скривился дварх-майор. – Разгильдяем родился, разгильдяем и помрет. Человеку за пятьдесят, а мальчишка мальчишкой. Я сам люблю пошутить, но надо же меру знать. Хотя, буду честным, в серьезном деле ни разу не подводил. Потому и терплю его выходки.

– Это главное, – согласился генерал, – не подвести друзей в серьезном деле.

На экране охранники негромко переругивались, курили, что-то пили. Они никак не ждали атаки, и распахнувшиеся над оградой черные воронки гиперпереходов застали их врасплох. А уж тем более вылетевшие из этих воронок на антигравитационных досках аарн. В руках легионеры сжимали парализаторы. Генерал отметил это и приподнял бровь – решили все-таки брать охранников живыми? Он с интересом наблюдал за происходящим, орден всегда атаковал нестандартно, редко когда повторяясь.

Первым делом легионеры парализовали обслугу десантных плазмеров и быстро вывели орудия из строя, разбив выводящие линзы. Охранники принялись беспорядочно палить в воздух. Они орали, метались, ни один не понимал толком, что происходит. Генерал презрительно скривился – штатская шваль, никакой подготовки. Взяли в руки оружие, а что с ним делать – понятия не имеют. Хотя несколько профессионалов среди них явно было. Да, четверо охранников грамотно укрылись от лучей парализаторов за стеной, а потом перебежками, прикрывая друг друга, рванули к дому. Но это им не помогло, легионеры налетали сверху, виртуозно управляя своими досками. Вот один из четверых рухнул, второй перекатился по траве и сбил из ручного плазмера какого-то аарн. Пострадавшего немедленно утащили в гиперпереход двое товарищей.

Генерал кивнул – молодцы! Не отставляют своих в беде. Стрелявший уйти не успел и тоже был парализован. Еще двоих легионеры достали у самой входной двери.

Но дом тоже оказался переполнен охранниками, из окон начали палить по кружащимся вокруг дома аарн. Несмотря на плотный огонь, легионеры один за другим скрывались в окнах поместья. Скоро во дворе не осталось никого. Хотя экран и показывал бой внутри дома, понять там что-либо было затруднительно. Вспышки плазмеров ослепляли, в ответ тихо гудели парализаторы. Несмотря на отчаянное сопротивление, аарн постепенно продвигались вглубь. Как ни странно, генерала Ренсига они не нашли, даже когда охрана сложила оружие.

– Мериарх, – негромко позвал Барлик. – Будь другом, просвети дом. Где-то там бункер, не иначе.

– Ты прав, есть, – отозвался через некоторое время голос с потолка. – Хорошо укреплен, очень хорошо. Термопластовые стены двухметровой толщины. Да только против наших плазмеров они долго не устоят!

– Спасибо, дружище! Сообщи ребятам, где вход.

Легионеры в доме на секунду замерли, а затем решительно направились в библиотеку на первом этаже. Двое из них подошли к стене и достали откуда-то плазмеры. Вот тут-то генерал Меранек удивился. Плазмеры выглядели довольно обычно, но их мощность ошеломляла. В режиме непрерывного огня они резали термопластовую стену, как раскаленный нож режет масло. А что стена из термопласта было понятно по голубоватым потекам возле расплава.

Да, генерал никогда не думал, что существует оружие, способное так легко справиться с термопластом. Впрочем, у ордена всегда находилось, чем неприятно удивить противника. Через четверть часа двухметровой толщины стена была проплавлена, и несколько легионеров скользнули в образовавшееся отверстие. Еще пара минут, и все было кончено – трое аарн держали на прицеле сжавшегося в углу неприятного, потного толстяка. Он тяжело дышал и баюкал сломанную руку, из которой выбили оружие. Глаза его с ненавистью смотрели на легионеров, так и не снявших шлемов.

– Вот и все, – констатировал Барлик. – Идемте.

Потом повернулся к с интересом наблюдавшему за боем Вальгеру и спросил:

– Вы с нами сержант или подождете меня здесь?

– С вами, конечно, – вскочил тот. – Хорошо ваши парни работают, одно удовольствие смотреть.

– Надеюсь, – усмехнулся дварх-майор и открыл гиперпереход. – Тогда идемте.

Первым в провал ступил Ларен, затем сержант с генералом, а последним сам Барлик. Они оказались в библиотеке захваченного поместья. На стене завертелась еще одна воронка, откуда вышли несколько ошеломленные военные полицейские. Их было пятеро, возглавлял пятерку светловолосый молодой человек с погонами старшего лейтенанта.

– Следуйте за мной, – скомандовал Ларен и вошел в проплавленное в стене отверстие.

Несколько шагов, и перед ним предстал отставной генерал. При виде формы внутренних войск спецназа космодесанта в его глазах вспыхнула было надежда. Но военные полицейские смотрели на него с гадливостью. И генерал очень четко эту гадливость ощутил. Из него как будто разом выпустили воздух, взгляд стал взглядом затравленного зверя.

– Амалер Верконо Ренсиг? – негромко спросил капитан. – Генерал в отставке?

– Да… – прохрипел толстяк. – Что все это значит?

– То, что вы арестованы по обвинению в государственной измене и геноциде, – позволил появиться на своих губах насмешливой ухмылке Ларен. – Вы имеете право на адвоката. Вы имеете право хранить молчание. Каждое ваше слово может быть использовано против вас.

– Геноциде?! – полезли на лоб глаза Ренсига.

– С Фарсена передали все нужные материалы о ваших «подвигах», – ответил капитан. – Зверей, подобных вам, в истории нашей страны еще не бывало. Будьте покойны, вы за все ответите.

– С Фарсена… – хрипло прошептал генерал. – С Фарсена… Но как?! Будьте вы все прокляты! Я выполнял свой долг!

– Какая же ты сволочь, Амалер, – вышел вперед Меранек. – Значит, выжигать с орбиты беззащитных женщин и детей – выполнять свой долг? Расстреливать толпы безоружных людей – выполнять свой долг?

– Да!

– Но наше правительство не отдавало тебе подобных приказов. Ты совершил государственную измену.

– Ой, чистенький нашелся! – скривился Ренсиг. – То-то тебя, идиота старого, так быстро в отставку спровадили. Кому ты нужен со своей честью вонючей? Мы проиграли, потому и измена. А если бы победили, все было бы по-другому!

– Ох, сука… – побагровел Меранек. – Значит, меня в отставку отправили потому, что я вам мешал?

– Естественно, такие чистоплюи всегда мешают дело делать.

– Не обращайте на его болтовню внимания, – сказал Ларен. – Генерал Ренсиг – конченый человек. И его ждет газовая камера. Так что пускай себе болтает, что хочет. Уведите!

Военные полицейские молча заломили Ренсигу руки, не обращая внимания на его стоны. Они вывели арестованного в библиотеку и скрылись в черной воронке гиперперехода. Держащегося за сердце генерала Меранека усадили в кресло, и Барлик заставил старика выпить лекарство, взятое у одного из легионеров.

Пока полицейские производили арест Ренсига, аарн собрали парализованных охранников и переправили их в главную следственную тюрьму столицы. Когда они очнутся, их будет ждать очень неприятный сюрприз.