Олимп - Дэн Симмонс

– Причём каждый блок по большей части независим, – прибавил Орфу. – Можно сказать, у каждого свой собственный жёсткий диск.

– Да, – подтвердил Астиг-Че.

– А львиная доля прочих спутников на кольцах, тысяч примерно десять, – стандартные энергопередатчики плюс некие преобразователи тахионного волнового фронта.

– Шесть тысяч четыреста восемь энергопередатчиков, – сообщил штурман Чо Ли. – Плюс ровно три тысячи тахионных волновых преобразователей.

– Откуда тебе всё это известно, Орфу Ионийский? – осведомился могучий ганимедянин Сума Четвёртый. – Уж не влезли ты в секретные папки или на наши каналы связи?

Знаток творчества Пруста воздел кверху ладоням и два сочленённых манипулятора:

– Нет-нет, я не столь подкован в компьютерных технологиях, чтобы тайком залезть даже в дневник своей сестры… конечно, если бы у меня была сестра и она вела бы дневник.

– Тогда как же… – начал Ретроград Синопессен.

– Логическим путём, – пояснил Орфу. – Меня всегда интересовала человеческая культура, в особенности книги. Столетиями я уделял большое внимание результатам наблюдений за планетой и кольцами, а также любым официальным сообщениям Консорциума Пяти Лун о малочисленных людях, оставшихся на Земле.

– Консорциум никогда не выпускал официальных сообщений об орбитальных запоминающих устройствах, – заметил Сума Четвёртый.

– Не выпускал, – согласился иониец. – Но это было самым логичным предположением. Насколько известно, четырнадцать веков назад, когда «посты» покинули Землю, их численность составляла считанные тысячи, так ведь?

– Верно, – кивнул Астиг-Че.

– В то время моравеки-учёные сомневались даже, есть ли у этих существ нормальные тела… в нашем понимании, – проговорил Орфу. – Так зачем бестелесным возводить миллион городов на орбите?

– Отсюда не следует вывод, что кольца по большей части состоят из банков памяти, – возразил генерал Бех бин Адее.

Манмут поймал себя на мысли: «Интересно, как именно на этом корабле карают за шпионаж?»

– Следует, – произнёс гигантский краб, – если взглянуть на то, чем занимались люди старого образца около полутора тысячелетий… И чем не занимались.

– В каком смысле: «Чем не занимались»? – неожиданно вмешался его лучший друг.

Маленький европеец не собирался встревать в разговор, однако любопытство взяло верх.

– Во-первых, люди не размножались, как положено природой, – ответил Орфу. – В течение столетий их оставалось менее десяти тысяч. И вот четырнадцать веков назад в Иерусалиме по явился нейтринный луч, управляемый (как я понял из оперативных астрономических публикаций) модулированными тахионами. Луч этот бесцельно уходил в дальний космос. И вдруг ни с того ни с сего «старомодных» будто корова слизала. Всех до единого.

– Но только на время, – поправил Астиг-Че.

– И всё-таки… – Казалось, Орфу вдруг потерял нить разговора, но вскоре продолжал: – Прошло чуть меньше ста лет, и на Земле возникли рассеянные поселения, что-то около ста тысяч людей старого образца. Явно, что это не потомки десяти тысяч исчезнувших. Не было никакого постепенного увеличения количества жителей, всё произошло мгновенно, раз-два – и в дамки. Получите и распишитесь: вот вам сто тысяч человек невесть откуда.

– И какой же ты сделал вывод? – В голосе грозного первичного интегратора сквозило приятное изумление, как у профессора, обнаружившего нечаянные успехи у своего студента.

– Прежде всего, эти люди не рождались, – ответил иониец. – Их вырастили.

– Непорочное зачатие? – съязвил Чо Ли.

– Вроде того, – не смутился краб и ровным, раскатистым! голосом продолжал: – Полагаю, орбитальные ЗУ хранят и хранили сведения о всяком человеке: память, личность и сведения о теле (как знать, может, каждому выделяли отдельный спутник?), и «посты» частично восстановили поголовье. Это объясняет, почему количество землян достигало миллиона каждые несколько веков, затем уменьшалось до считанных тысяч и вновь как по волшебству резко вырастало до миллиона.

– Почему? – спросил центурион-лидер Меп Эхуу искренне заинтересованным, как показалось Манмуту, тоном.

– Минимальное поголовье, – пояснил Орфу. – «Посты» разводили «старомодных» лишь на половинную замену: то есть по одному ребёнку на пару. Однажды я читал, будто бы люди старого образца живут ровно сто лет и потом исчезают. Этого достаточно, чтобы стадо пережило перемены климата и тому подобное, но и не разбредалось из резерваций. Однако население стремительно тает. Поэтому примерно раз в тысячелетие поголовье увеличивают до максимальной величины в один миллион человек. После чего каждой женщине по-прежнему дозволяется производить на свет не более одного ребёнка, так что количество людей опять начинает быстро уменьшаться – до следующего искусственного возрождения.

– Где ты прочёл, что «старомодные» живут ровно сто лет? – потрясённо вымолвил Чо Ли.

– В издании «Научный ганимедянин». Я восемь с лишним веков на него подписываюсь.

Первичный интегратор Астиг-Че поднял свою весьма гуманоидного вида руку:

– Прошу прощения, Орфу с Ио, меня восхищают твои блестящие выводы насчёт назначения орбитальных устройств и кропотливые исследования всего, что связано с оставшимися ста тысячами «старомодных» людей (впрочем, за последние месяцы число их существенно снизилось из-за нападений неизвестных врагов), но ты обещал рассказать, откуда греческие боги взялись на Марсе, кому принадлежит голос, кто и как чудесным образом терраформировал Красную планету и что стало причиной нынешней квантовой нестабильности на Земле и на Марсе.

– К этому я и веду, – пророкотал слепец. – Хотите, выражу свою теорию в сжатом виде и вышлю вам по скоростному лучу? Всё займёт не больше секунды.

– Нет, в этом нет нужды, -отказался Астиг-Че. – Только не мог бы ты объяснять немного быстрее? Менее чем через три часа нам нужно запустить шлюпку, прикрываясь аэродинамическим манёвром, – или не запускать.

Орфу отозвался инфразвуковыми раскатами, в которых его друг давно привык узнавать смех.

– "Старомодные" люди, – произнёс иониец, – собраны примерно в трёх сотнях поселений на пяти континентах планеты, не так ли?

– Так, – подтвердил Чо Ли.

– И состав населения постоянно меняется, – заметил Орфу. – Между тем наши телескопы ни разу не засекли каких-либо видов транспорта – ни пригодных к употреблению автомагистралей, ни летающих аппаратов, ни кораблей (хотя бы даже допотопных парусников вроде тех, на борту которых мы с Манмутом переплыли марсианскую Долину Маринера), ни даже воздушных шаров, на худой конец. Итак, мы предположили, что люди перемещаются при помощи квантовой телепортации, хотя моравеки с их развитой технологией до сих пор не освоили данный способ путешествий.

– Вполне разумное предположение, – вставил Сума Четвертый.