Мировой Ворон - Э. Дж. Смит

А затем рядом с ее головой в ледяную стену вонзилась стрела. Десять воинов Медведя встали из-за скалы и подняли короткие луки.

– В укрытие! – скомандовала Халла, когда вражеские разведчики выпустили первую волну стрел.

Ее люди спрятались в ущелье, присев на корточки. Она молча показала на метательные топорики Падающего Облака и жестом скомандовала десяти воинам выйти вперед.

Они встали и одновременно метнули топоры в лучников – в воздухе замелькали вращающиеся лезвия. Четверо врагов умерли сразу, еще трое оказались ранены. Остальные – банда в двадцать человек – в беспорядке метнулись в укрытие.

– Вверх и вперед! – приказала Халла, увлекая свой отряд за собой.

– Обагрим топоры кровью, ребята, – прогремел Вульфрик, передавая ее приказ всем остальным воинам.

Они построились и в боевом порядке ринулись к воинам Медведя, перелезая через скальный выступ. Топор Халлы первым нашел свою жертву: она разрубила одному из врагов плечо до самой кости. Остальные, испугавшись большого отряда, попытались сбежать. Они знали, что основные силы далеко и в этом бою им не победить.

Вульфрик и Падающее Облако разделили отряд на две части, вырезая малочисленного противника: рубили головы, ноги и руки, раскраивали грудные клетки. Расправа вышла быстрой и жестокой. Боевой дух воинов Медведя оказался далеко не на высоте.

– Хватит, – приказала Халла, когда на поле боя остались только искалеченные тела. – Падающее Облако, проверь сигнальные костры. У них должен быть способ связаться с основной армией.

– Слушаюсь.

Рексель убрал топор в перевязь и пошел дальше по ущелью. Через пару минут он вернулся и покачал головой.

– От костра остались только тлеющие угли, и на нем, похоже, просто готовили еду. Если они обменивались сигналами со своими союзниками, то только до нашего нападения.

Халла с раздражением пнула подергивающееся тело противника, скинув его с обрыва.

– Должно быть, основная армия уже близко, – произнесла она. – Значит, пора нам укрыться за толстыми каменными стенами. А о сомнительной тактике Рулага мы подумаем позже.

Падающее Облако перепрыгнул через валуны и забрался на скальный выступ каменного плато, ярко освещенного зимним солнцем, а потом махнул топором, обращаясь к тем, кто остался у них за спиной.

– Вперед! – проревел он.

Со всех сторон разом на равнину к востоку от города начали стягиваться люди из армии Халлы. Тысяча воинов покинула укрытия. Рудольф Десять Медведей и Генрих Кровавый вели воинов, переживших гибель флота драккаров. За ними шли Рорг с берсерками из Нижнего Каста и Унрагар с троллями, держась в стороне от основной массы людей. Ряды облачных людей вышагивали за Мониаком Рассветное Облако. Еще никогда войско Халлы не было так похоже на настоящую армию.

– Сколько у нас сильных и опасных ублюдков, – уважительно заметил Вульфрик. – Да еще и с троллями.

Халла посмотрела на него.

– Не забывай о молодежи и стариках. Не все наши топоры в руках «опасных ублюдков».

Он пожал плечами.

– Нас вполне достаточно. Рулагу точно хватит с лихвой.

* * *

По крутому спуску путь к равнине перед городом был нелегким. Люди спотыкались, звенели топоры, кто-то приглушенно ругался, но к городским воротам все добрались целыми и невредимыми и в великолепном расположении духа. Со стен раздался рев сигнальных горнов, и на крепостные стены высыпали сотни людей. На армию Халлы нацелили баллисты и короткие луки, но в целом защитники города выглядели скорее озадаченно, чем воинственно. Откуда под стенами города взялась куча хохочущих воинов?

Халла подошла к массивным воротам на расстояние броска топора. Над ней на громадных ступенях из серого камня возвышался древний город. У самого основания он располагался на одном уровне с бурным морем и Хрустальной рекой, а в самом высоком месте, над чертогами Летнего Волка, находилось высокогорное скальное плато с колючими соснами.

– Уберите от нас ваши дурацкие стрелы! – прокричал Вульфрик. – Мы что, похожи на придурков из кодлы Медведя?!

Смех волной прокатился по всему отряду.

– Рексель, заткни их, – произнесла Халла, пытаясь сдержать улыбку.

Падающее Облако с широкой улыбкой на худощавом лице повернулся и громовым голосом объявил:

– Леди просит о тишине! И вы! Будете! Вести себя тихо!

Смех, волнами расходившийся по отряду, постепенно замолк, но все заметили улыбку, с которой Падающее Облако отдавал приказ. И через несколько минут – защитники города как раз смогли приглядеться к ним получше – армия Халлы замерла в тишине.

Халла набрала в грудь побольше воздуха, чувствуя, что покрывается мурашками от волнения. Она шагнула вперед, обращаясь к воротам, над которыми стоял рыжий воин с окладистой курчавой бородой. Она узнала его – Трикен Ледяной Клык, оружейник ее отца.

– Я Халла Летняя Волчица! – объявила она. – Я стою на земле, несущей мое имя, и я прошу впустить меня в мой родной город!

Над стенами раздался звон топоров, и звук все нарастал и множился – люди Тиргартена приветствовали ее. Затем за стенами послышался радостный рев и приветственные крики, клятвы верности ей и ее дому.

– Открыть ворота! – громко скомандовал Трикен. – Наша госпожа наконец вернулась домой!

Раздался скрип древнего, очень древнего дуба, из которого были сделаны створки громадных ворот полуметровой толщины, и они медленно разошлись в стороны. Халла вновь увидела Ступени Калалла – и на ее единственный глаз набежали слезы. Она и правда вернулась домой.

* * *

Жители города с восторгом встретили Халлу. Они расталкивали друг друга, торопясь пожать ей руку, восхваляли ее семью, но их радушие больше не доставляло ей радости, и все, о чем она могла думать, – о своем отце и о топоре Алдженона Слезы, который оборвал его жизнь. Как только ворота открылись, Вульфрик перестал быть ее первейшим соратником, и для него остался только его юный вождь. Краткий миг восторга затмили мысли о том, что еще предстоит сделать. И снова мысли о топоре, вонзившемся в грудь Алефу Летнему Волку.

Вульфрик почти бегом преодолел последние пролеты лестницы.

– Полегче, Вульфрик. У тебя так сердце не выдержит.

– Этот гребаный Калалл был настоящим садистом. На хрена в его лестнице столько ступенек?!

– Он был хорошим человеком, – возразила Халла. – Первым жрецом Ордена Молота. И моим пра-пра-пра… прадедушкой – там, скорее всего, должно найтись еще несколько «пра-». Он посадил первые злаки, построил первую баллисту.

– И из-за него у меня теперь отваливается спина, – пробурчал Вульфрик.

Они стояли перед чертогами Летнего Волка на самом верху бесконечной лестницы. Халла оглянулась на город и увидела, что все жители Тиргартена покинули дома и кинулись навстречу ее отряду. С высоты она видела и Край Алых – место, где она родилась, и Закоулок – где она первый раз победила в драке. Город казался странно пустым. Столько людей ушло за Алефом, и так много их погибло вместе с флотом драккаров… Когда ее войско шагало через Хаммерфол, Халла видела, что сделало со страной предательство Рулага, но только сейчас она впервые осознала его истинную цену. У Тиргартена остался лишь небольшой гарнизон.