Край чёрных магнолий - Ольга Вешнева

– Понятно, – задумчиво протянула я.

Из жертвы Смолин превратился в главного подозреваемого. Я представила его в шезлонге на тропическом пляже с дымящей сигарой во рту. Да, веселенькое получается расследование.

Приглашенные на чай старички быстро управились с оставшейся маминой стряпней, разогретой в микроволновке. Их любопытные глаза неустанно шарили по кухонной мебели, стенам и потолку. У Ломакиных они гостили не часто, если гостили вообще.

Сославшись на деловую встречу, я выпроводила соседей за калитку в половине десятого. Они взяли с меня честное слово, что читатели столичной газеты узнают о бесчинствах волочаровских почтальонов, слесарей пятого ЖЭКа, вампиров и дворников.

– Эх! Знаем мы ваши встречи, Светочка, – поддела Клавдия Ефимовна. – Шустрые вы, москвички. Не успела приехать, а к ней уже парень ходит.

Я смущенно заулыбалась.

– Все вы замечаете. Как вам это удается?

Лучших свидетелей невозможно представить.

– Мимо нас мышь не проскочит, дорогуша, – заверил Владимир Ильич. – Старческая бессонница помогает нам сохранять бдительность. Без осторожности тут долго не проживешь.

***

Спешащие на работу горожане малость оживили двухполосную трассу. Не может быть, чтобы я соскучилась по столичным заторам!

Я свернула в безлюдный закоулок среди скопища гаражей. На ржавых воротах облезлого здания висела полустертая табличка “Крематорий. Котельная д. 5”.

– Велик ли улов? – в узкое зарешеченное окно выглянул мужик бомжеватого вида с рыжей клочковатой бородой. Взглянув на мое удостоверение, он зашуршал цепями и щеколдами. – Много добыли упырей?

– Одна неустановленная личность женского пола, – отрапортовала я, открыв багажник.

– Кирилл Степаныч Пыжло, начальник крематория, – бородач подошел к машине, прищурившись, глянул на ночной улов. – Вы, стало быть, Светлана?

– Так точно.

Вместе мы затащили труп вампирши в зловонную палату крематория и положили на стол.

– Да, маловато будет. Но дело поправимое, – Кирилл Степаныч потер мясистый фиолетовый нос. – Сколько упырей записывать в ведомость?

Я на миг потеряла дар речи.

Начальник выдвинул ящик письменного стола и стал перебирать разноцветные бумажки.

– Во! Нашел! – он выложил поздравительный конверт. – Начнем с пары штук? Иль наберем десяток? У меня дома помирает газовая плита. Новую хочу купить. Да и вам не мешает прибарахлиться, девушка.

Мой спортивный костюм темно-зеленого цвета чем-то ему не угодил.

– Уговорили, Кирилл Степаныч, – я отступила, чтобы не коснуться его закопченного комбинезона. – Догоним до пяти. У вас цены в рублях?

– Обижаете. Мои цены не кусаются, в отличие от ваших упырей, – начальник деловито зашуршал бланками накладных. – За одного настоящего упыря возьму полтинник, а за ненастоящего – пять тысяч. С учетом скидок в честь знакомства. Так сколько мужиков и сколько баб писать будем?

– Записывайте: три особи мужского пола и две женского, – продиктовала я.

Чтобы добраться до головы спрута, я должна притвориться одним из его щупалец.

– Атамана обозвать надо. Что за атаман без прозвища! Пущай будет Васька Хромой.

– Хромой вампир долго не пробегает. Его съедят коллеги по стае. Назовем атамана Дормидонт Живоглотный, – рассмеялась я.

– Э-э-э. Я такое заковыристое имя без ошибок не напишу, – Кирилл Степанович передал мне ручку. – Вот и жертвы, подарок от полковника Свербилкина, – он вытащил из красивого конверта фотографии старух со следами укусов на шеях. – Две бабульки давеча угорели в хате. Не пропадать же добру. Племяшка полковничья, Зойка-трупорезка классно дырявит шеи. Комар носа не подточит.

– Для меня опасно принимать ваш подарок. Если всплывут подробности....

– Куда им всплывать? Они ж не рыбы, чтобы им плавать. Бабульки вчера нырнули в мою печь. Старухи одинокие. Сестры. Жили на отшибе улицы. Кому какое дело, слопали их упыри, или они от угара копыта отбросили? А вам прибыток. Для вас чем больше жертв, тем дороже липовый упырь.

– Нужны отпечатки пальцев и фотографии убитых вампиров.

– Припасены на год вперед. Зойка еще и отличный гример. Да и фотограф не худший… Что ж вы скрючили нос? Вам радоваться надо.

– Не подскажете, Кирилл Степаныч, как мне отблагодарить полковника и Зою? – притворно залепетала я.

– Вам не сказали? Ну как всегда! Будет у Свербилкина сложное дело, он сам попросит ваших ребят помочь. Неофициально, надо думать. Оборотня там прислать понюхать чего, или колдуна погадать на ворованной вещи.

– Передайте полковнику большое спасибо.

– Вот правильно, – начальник для острастки стукнул кулаком по столу. – Забирайте документы, платите деньги и не морочьте мне голову подробностями и опасностями! Проще надо быть! Тогда и люди к вам потянутся, а не одни только упыри!

***

На оперативное совещание у главы города я немного опоздала: пришлось заехать домой, по случаю визита в белый дом переодеться в брючный деловой костюм с белой блузой, чисто символически подкрасить губы и ресницы. Бесшумно приоткрыла дверь, села на один из жестких стульев вдоль стены за спиной лысого парня с видеокамерой.

– Светлана Олеговна, прошу, – мэр, галантный мужчина в дорогих сверкающих очках, пригласил меня пересесть за стол – на место, специально для меня обозначенное табличкой.

Крутящееся кресло рядом со мной пустовало.

– Где пропадает наш дорогой шериф? – коварно усмехнулся мэр. – Кто-нибудь знает?

– Начальник городского УВД полковник Свербилкин отсутствует на оперативке по уважительной причине, – отрапортовал лейтенант полиции с мягкими юношескими усиками. – Он сегодня во главе ансамбля казачьей песни участвует в концерте в Адлере.

– Да, я забыл. Виктор Андреевич представляет наш город на всероссийском фестивале народного творчества. Пожелаем удачи ансамблю и перейдем к обсуждению главного на сегодня вопроса, – мэр беспокойно поправил очки, потеребил жиденькие темные волосы. – Как поживает наша знаменитая лужа на улице Весельчаков?

Я вспомнила слова Тихона о городничем и Миргородской луже.

– Прекрасно поживает, – бодрым голосом отозвался чернобровый начальник управления городского хозяйства. – Валерий Денисович, взгляните на фотографии в газете, – он передал мэру свежий номер “Волочаровского Вестника”. – И скоро заживет еще лучше. На следующей неделе ожидаются ливневые дожди.

– Ну что за безобразие я вижу на первой полосе, товарищ журналист? “КАМАЗ” плывет по фары в воде, и волны как на море! – мэр встал и махнул газетой в сторону рыжего паренька с фотоаппаратом. – Скажите мне, Егор, вам лично нравится пугать людей? Неужели трудно было снять там в уголке, где мелко, какие-нибудь “Жигули”? Нет, как всегда, вы взяли самый сочный кадр!