Мятные пряники - Анастасия Енодина

Юрий познакомил технолога с вампиром, вкратце рассказав о нём и его роли в жизни общества. Потом Тима рассказывал обо всём, что увидел за время своей прогулки и из чего сделал вывод, что всё не так уж и плохо: город оказался небольшим, хотя технологу удалось выяснить, что это наиболее большое поселение людей в этом подпространстве. Городок, названия которого Тимофей не запомнил, произвёл на него хорошее впечатление, да и в целом ничего столь уж страшного не произошло: просто теперь стоило подыскать новую работёнку и обустроить быт. Технолог был по обыкновению спокоен и безразличен к изменениям в своей жизни, считая, что они вовсе и неплохи. Однако я, поначалу обрадованная этим путешествием, теперь почему-то была полностью противоположного мнения.

* * *

Спустя несколько дней…

Чем дольше я находилась в этом подпространстве, тем более скучным оно мне казалось. С отсутствием здесь эльфов и магии я ещё могла смириться, но с отсутствием приключений было свыкнуться нелегко. Это казалось весьма печальным: попасть куда-то, доказав себе и Тиме, что порталы или что-то вроде того существуют, но оказаться словно в захолустье своей родной страны. Это не могло не угнетать. Даже наличие вампира, как фэнтезийной расы, ничем не могло помочь — толку от него не было и ничего волшебного его присутствие не сулило. Даже, наоборот, иногда его присутствие раздражало. К Ивару у меня отношение было странным: он вроде мне и не нравился, а вроде и был “своим”, причём стал им очень быстро.

Ивар сидел на широком подоконнике и читал какую-то толстую потрёпанную книгу. Она привлекла его именно своей потрёпанностью: из-за этого показалась важной и значимой, раз столько людей до него её читали. Но чем больше он её изучал, тем больше разочаровывался в людских литературных вкусах, и от этого временами тяжело вздыхал и недовольно перелистывал сразу несколько совсем уж нудных страниц. Обложка была столь изношена, а буквы затёрты, что я, сколько ни пыталась, не смогла понять, о чём эта книга, а спрашивать у вампира прямо не собиралась, поскольку всё ещё немного сердилась на него. Вообще, я постоянно за что-то на его сердилась, уж не помню, за что на этот раз. Он был невыносимым собеседником. По крайней мере, для меня.

Я сидела у камина и смотрела на огонь тоскливым взглядом, иногда переводя его на часы, но так как я ничего особо не ждала, это было просто пустое действие и даже, если бы кто-то спросил меня, сколько времени, я бы не смогла ответить на этот вопрос, так как смотрела на белый циферблат с коричневыми римскими цифрами, не запоминая положения резных стрелок.

— Не грусти, — прервал молчание Доктор, обращаясь ко мне и добродушно глядя на меня своими живыми светлыми глазами. — Ты найдёшь занятие по себе. Я тоже не сразу привык к жизни здесь, но потом оказалось, что я тут нужен. Пока вы с Тимой можете жить у меня и спокойно подыскивать себе работёнку. Дом большой! К тому же мне ужасно жаль, что вы оказались здесь из-за желания помочь мне… Да и вообще, вы мирные, не конфликтные. Живите, сколько потребуется! — он широко не по-эльфийски улыбнулся.

Тимофей благодарно кивнул Юрию, а я печально улыбнулась.

— Спасибо, конечно, за гостеприимство, но перспективы не радуют… Серьёзно: это ещё хуже, чем попасть в прошлое в своём мире!

Доктор предпринял ещё одну попытку:

— Можно зарабатывать тем, что писать книги — просто берешь сюжет свеженького фильма из своего измерения, и пишешь. Можно исправить имена, некоторые эпизоды или конец. И никто в рерайте не обвинит, потому что кроме вас с Тимой никто не знает первоисточников? Тем более, у вас с ним разные вкусы, так что вообще ты одна в этом мире будешь знать, что идеи не твои. Как тебе? Немного фантазии — и готово! В этом прелесть жизни здесь — редко, когда встретишь кого-то со своего подпространства! Пересказывать книги и фильмы в произвольной форме — отличное занятие в качестве подработки, не находишь?

Заманчиво, конечно. Вот только хоть я и считаю свою фантазию отличной, писать совсем не умею, но признаваться в этом я не стала.

— Моего чёрного кота зовут Черныш, забыл? — хмуро напомнила я. — Шляется сейчас по даче один одинёшенек… — мне стало совсем грустно, хотя умом я понимала, что кота мои многочисленные родственники и в беде не бросят.

Технолог, поглядев на унылую меня, тоже решил попробовать подбодрить:

— Слушай, я решительно не вижу причин для тоски! Это измерение ничуть не хуже нашего, в конце концов, какая разница, где умирать! — воскликнул Тима.

— «Какая разница, где жить» — ты так, наверно, хотел сказать? — переспросил Юрий, не совсем привыкший в философии моего приятеля.

— Да нет, жить-то как раз разница есть где, но ведь в итоге мы все всё равно умрём, так какая разница, где это произойдёт! — радостно пояснил технолог.

Его радость была сейчас неуместна и не подходила к моему тусклому настроению.

— Может, тебе ещё и нет разницы, когда? — спросила я, обращаясь к нему на “ты”, поскольку при перемещении в это подпространство автоматически отказалась от традиции называть коллегу на “Вы”, сочтя это совершенно неуместным здесь. — Надоел уже, лучше бы что-то ободряющее придумал. Предложил бы планы на будущее: мы могли бы найти злодея и победить его, или помочь спасти мир… — одухотворённо и мечтательно произнесла я, припоминая сюжеты прочитанных в своём мире книг.

Доктор недовольно фыркнул, верно угадав причину таких мыслей:

— Начитаются книжек! Ты вот в своём подпространстве часто побеждала злодеев и спасала мир? — я отрицательно покачала головой, и Юрий продолжил: — Так какого рожна вы все, попадая сюда, думаете, что всё это может с вами случиться тут?

Действительно, почему?

— Ну, я так сразу не знаю, что ответить… — замялась я, застигнутая вопросом врасплох.

— А нечего тут отвечать! — победоносно сказал Доктор. — Тут обычная жизнь: не будет эльфов и злодеев, никто нам не угрожает захватом мира, и не совершишь ты тут никакого незабываемого деяния! А если у тебя жажда кого-то спасти, то милости прошу ко мне в помощники — периодически приходится выковыривать с того света разных людей.

Юрий закончил свою речь, но заметил, что мне стало ещё грустней от правдивости каждого его слова, и теперь мужчина как-то виновато смотрел на меня, сожалея, что испортил мои мечты.

— Прости… — выдохнул он. — Вы все так одинаково мыслите первые дни, что я просто устал мягко разрушать иллюзии…

Я недовольно поджала губы, но понимающе кивнула, однако настроение он мне изрядно подпортил. Доктор не был злым, даже наоборот, был чересчур добрым и мягким, и, стараясь скрыть это, иногда говорил слишком резко, а потом долго тяготился чувством вины.

Тимофея слова Юрия ни капли не угнетали, но видя расстроенную подругу, он предложил со свойственной ему непосредственностью:

— Хочешь, мы сами попробуем захватить этот мир? — он очень хотел помочь мне адаптироваться здесь любыми средствами.

Молчавший до этого Ивар перестал читать книгу и вклинился в разговор: