Суд ведьмы - Анна Минаева

– Ладно, – возмущенно согласилась она. – Раз деньги уже заплачены, я вас нанимаю. Но сразу скажу, если не найдете вора и не вернете мне украденное, ваше агентство не то что денег не увидит, я вас засужу.

Грег икнул.

– Что украли, миссис Аурен? – перешла я к делу. – Расскажите все. И покажите место преступления. Надеюсь, ваши слуги не успели убрать там улики.

– Я заперла дверь на ключ, – отозвалась она. – Никто не имел доступа в мою спальню после ограбления. Пройдемте.

Грег будто почувствовал, что вот сейчас и начинается настоящее расследование. Возможно, даже первое в его жизни. И такое серьезное выражение на его лице проступило, что я даже улыбку сдержала.

– Все произошло вот здесь, – произнесла миссис Аурен, жестом отослав слуг из коридора. Она достала большой ключ и повернула его в замке. – Вор пробрался в мой дом, обошел стражу и смог похитить дорогую моему сердцу вещь.

– Что это было? – Я шагнула в спальню фавны первой и жестом попросила всех остаться за порогом.

– Золотое ожерелье. С алмазами, сапфирами и рубинами. Эксклюзивное. Такого больше ни о кого нет.

Согласна, такое украшение могло стоить целое состояние.

Я окинула беглым взглядом спальню, в которой царил бардак.

Большая двуспальная кровать с балдахином оставалась единственным островком спокойствия. Зато ширма, которая должна была закрывать кровать от взгляда входящих, оказалась опрокинута. Множественные дверцы шкафов распахнуты, а вот ящики выдвинуты лишь на два пальца. Вещи сорваны с вешалок и разбросаны в хаотическом порядке. Трюмо отодвинуто. Несколько картин сброшено со стен, однако рамы не разлетелись от ударов. А в дальнем углу в стене виднелось углубление.

– Вещь пропала из тайника? – задала я вопрос, не спеша делать и шага внутрь.

– Верно, мисс…

– Крамер, – напомнила я. – Что-то еще было в тайнике?

– Нет.

– Что-то еще пропало?

– Я… не знаю.

– Хорошо, с этим разберемся чуть позже, – я сделала еще один шаг. Окно в комнате на третьем этаже оказалось плотно заперто. – В комнате точно ничего не менялось?

– Я же уже сказала, что слуги не имели доступа в мою спальню! – возмутилась хозяйка.

Но я не отреагировала на негативную эмоцию, полностью погрузившись в работу.

– Вы сегодня ночевали в своей спальне, миссис Аурен?

Фавна шумно выдохнула:

– Что вы себе позволяете, мисс Крамер?! Мой супруг погиб всего год назад!

– Мне нужна эта информация, чтобы понять приблизительное время проникновения в вашу спальню, – произнесла я холодным тоном, обернувшись к хозяйке дома.

Она молчала еще несколько мгновений, глядя на меня. А потом возмущенно качнула рогатой головой:

– Этой ночью я находилась вне своих владений. На то у меня были веские причины.

– Хорошо. Сможете сообщить моему помощнику имена слуг, которые находились в имении с момента вашего ухода и до возвращения? И информацию о том, где вы пребывали ночью, когда совершилось преступление.

После непродолжительного молчания женщина ответила утвердительно. Но что-то мне подсказывало, что на последний вопрос она ответит ложью.

– Грег, попробуй нарисовать пропавший предмет со слов миссис Аурен. Рисунок нам пригодится.

– Х-хорошо, – отозвался эльфенок, которому выдали целых два задания.

– Миссис Аурен, опишите моему помощнику потерянную вещь, пожалуйста. И скажите, есть ли у вас подозрения относительно того, кто мог бы это сделать. Возможно, вы кому-то показывали или рассказывали о том, что владеете особой ценностью?

– Нет, даже мои слуги не знали о тайнике, – резко отозвалась она.

А я засомневалась. Слуги обычно знают намного больше, чем думают хозяева. Другой вопрос, кому потребовалось украсть именно ожерелье. И только его.

Уверена, у фавны куча украшений, потери которых она бы не заметила. Но на прикроватной тумбе стояла раскрытая шкатулка с бусами и перстнями. А на столике лежало несколько подушек с целыми гарнитурами. Но все было на месте.

По крайней мере, с первого взгляда.

– Я осмотрюсь, а потом мне будет нужно, чтобы вы, миссис Аурен, проверили, пропало ли что еще.

Фавна не ответила, а я вытащила из сумки блокнот с пером и заставила их левитировать рядом. Потом достала крохотный пузырек с зельем. И отправилась инспектировать улики.

Перо заскрипело по бумаге, как только я заговорила.

– Заказчица – миссис Милена Аурен. Дело о краже. Пропало драгоценное ожерелье, рисунок прилагается. Подозреваемых на данном этапе нет. Место преступления: личная спальня.

Я прошла к окну и капнула зельем на подоконник. Если к нему прикасались или перелезали через него не позднее суток назад, появится след. Но подоконник оказался чист.

– Предположительно преступник проник в помещение через дверь.

– Дверь всегда запирается, – раздалось за спиной.

– Она была заперта на ключ, – дополнила я. – Ключ?..

– Только у меня.

– Единственная известная копия находится у миссис Аурен. В спальне беспорядок. Предварительно больше ничего не пропало.

Я остановилась рядом со шкафом, переступая через сорванные с вешалок платья.

– Ящики выдвинуты на два-три пальца. Похититель знал, за чем пришел. Беспорядок создан для отвода глаз.

– С чего вы это взяли? – удивилась фавна, рискнув пересечь порог, хотя я и просила этого не делать.

На мгновение остановив перо, я ответила:

– Если бы похититель искал что-то, он бы повыдергивал ящики и пересмотрел все содержимое. А так, это только видимость.

Я поймала удивленный взгляд Грега, который что-то в этот момент зарисовывал, и вернулась к уликам.

– Преступник был в перчатках, – резюмировала я, капнув зелье на несколько ручек, с которыми он просто обязан был контактировать. – Преступление было спланированным. Возможно, преступник знал, когда миссис Аурен не будет дома. К тому же шум должен был привлечь слуг или стражу, но никто ничего не услышал. Что также указывает на то, что преступник знал, за чем явился.

Я остановилась возле одной из картин и капнула зельем на раму. Ничего. Вот только эта самая рама оказалась тонкой и хлипкой. От удара о пол она бы разлетелась.

– Картины были сняты бережно и расположены в таком виде, чтобы поддерживать видимость спонтанного ограбления.

Возле небольшой ниши в стене я стояла несколько мгновений. Осмотрела пол на наличие отпечатков ног или волос. Всего того, что могло помочь магически воссоздать портрет преступника. Но этот вор оказался слишком хорош.