Созданы друг для друга - Ани Марика

Карина

Сиэттл встретил нас проливным дождём. Горыныч укрыл меня своим пиджаком и, схватив за руку, потянул в сторону припаркованных машин. Одна из них принадлежала нам, точнее компании, которая устраивала конференцию. Водитель вышел из машины и подхватил чемоданы. Ивар Маркович отправил меня греться в салон на заднее сиденье, сам же активно участвовал в погрузке багажа, попутно распекая сотрудника. Я сложила пиджак начальника, выжала воду на тротуар, вещь была безнадёжно мокрая. Похлопала по карманам и вытащила всё, что могло пострадать от воды. Выудила телефон шефа, протёрла экран рукавом блузки, он от прикосновения включился, и тут же высветилось последнее входящее сообщение: «ОНА ЗАМУЖЕМ ЗА КРЫЛАТЫМ!!!..». Я хихикнула. Интересно, какую тему нужно обсуждать, чтобы появилась такая надпись? Все предметы из карманов пиджака я убрала к себе в сумочку. Ивар Маркович занял место рядом со мной, растрепал рукой мокрые волосы, обдавая меня холодными каплями дождя. Я запротестовала, смеясь, и попыталась отсесть от мокрого мужчины. Но он специально прижался ко мне поближе, лукаво щурясь.

— Вы весь мокрый, Ивар Маркович! — возмутилась я, когда места в салоне просто не осталось, и меня зажали к боковине двери.

— Вы тоже не совсем сухая, Карина Викторовна, — в тон мне ответил босс. — Дайте руки, не хочу, чтобы завтра вы заболели.

Мужчина посерьёзнел и протянул ко мне раскрытые ладони, я вложила свои холодные конечности. Шеф ласково сжал мои руки, стал их растирать и нежно поглаживать. Тепло его прикосновений передалось мне, я подняла глаза и встретилась с шефом взглядом. Его серо-голубые глаза были так близко, что я замерла, видя в зрачках своё отражение. Реальность вокруг отдалялась и пропадала, мы словно очутились внутри пространства, где были только наше дыхание, наши взгляды и нечто тонкое, неуловимо-притягательное. Ивар продолжал нежно гладить мои пальцы, выписывал круги по ладошкам, и от его действий жар разбегался по венам, а дыхание перехватывало. Его лицо приближалось всё ближе, от непозволительной дистанции я потеряла голову и приоткрыла губы, ожидая поцелуя, но… с его волос мне на щёку упало несколько капель, я опомнилась, выдернула руки и отстранилась.

— Спасибо, я согрелась, — тихо прошептала, опустив взгляд, и пытаясь отодвинуться. Наваждение схлынуло, я вспомнила про Женю — любовницу шефа — и решила не лезть к несвободному мужчине. Не хочу приносить кому-то ту же боль, что пережила сама когда-то.

Ивар Маркович глубоко вдохнул, забрал свой пиджак и пересел подальше; я, пунцовая от смущения, отвернулась к окну. Всю оставшуюся дорогу ехали в неловком молчании. Ночной Сиэттл красиво сверкал тысячами неоновых ламп, рисуя яркие блики в машине и завлекая цветными огнями.

Мы доехали до красивого отеля высотой в девять этажей, и Босс помог мне выйти, отправив заселяться, всучив документы и свой паспорт. О наших номерах уже позаботились, и зарегистрировались мы довольно быстро. Доехали на лифте всё в том же неловком молчании до шестого этажа, и начальник занёс ко мне в номер вещи.

— Я зайду через полчаса, сходим в ресторан поужинать, — хрипло произнёс шеф, остановившись возле открытой двери.

— Хорошо, — согласилась я, опустив взгляд в пол.

Он ещё на мгновение задержался возле меня, словно желая что-то добавить, но потом отвернулся и направился к себе.

Я выдохнула, закрыла дверь и прислонилась к ней спиной, сползая вниз. Села на корточки, обхватила себя за колени и зажмурилась. Нужно взять себя в руки, не стоит поддаваться чарам Большого Босса. Он встречается с Женей, а ко мне проявляет мимолётный интерес, как к новому сотруднику. Надо лишь постараться держать дистанцию, не создавать двусмысленных и романтических ситуаций. Вдох-выдох. Я поднялась, прошла в комнату и вывалила содержимое чемодана на кровать, чтобы достать чистое бельё. Скинув промокшую одежду, направилась в душ. Горячие струи воды вернули желание жить и немного разморили. Я вытерлась большим пушистым гостиничным полотенцем, надела чистое нижнее бельё, лёгкие брючки и блузку, и присела на краешек кровати в ожидании Ивара. Почувствовала, что проголодалась — и живот забурчал, намекая, что пора подкрепиться. Вовремя раздался стук в дверь.

— Вы готовы? — заговорил шеф, стоя на пороге. Я кивнула, подхватила свою сумочку и направилась за начальником.

Мы пришли в уютный полутёмный ресторан при отеле; Ивар Маркович заказал себе стейк слабой прожарки, а я выбрала запечённую утку с овощами, и салат из рукколы. От вина и крепких напитков отказалась, шеф заказал себе скотч, а мне зелёный чай. Я протянула шефу его вещи, которые выудила из кармана пиджака в такси.

— Возьмите, Ивар Маркович, я убрала вещи к себе, чтобы они не намокли.

— А, да, давайте, — Горыныч, даже не посмотрев, сунул портмоне и телефон в карманы джинсов, а футляр от очков вернул мне. Ему некуда было их класть — Босс сменил костюм на потёртые джинсы и пуловер, став при этом более приземлённым, и каким-то мягким и домашним.

— Почему вы не пошли работать по профессии? — начал беседу Ивар, когда нам принесли хлеб и напитки.

— После университета я устроилась на работу к мужу, мне нравилось работать в большом офисе. Да и зарплата историка и зарплата ассистента директора, мягко говоря, значительно отличаются, — пожала я плечами.

— А кем вы работали у мужа? — шеф поставил локти на стол, и подпёр кулаками подбородок, внимательно слушая.

— Сначала работала в профсоюзе, занималась кадровыми вопросами. Мне там очень нравилось, коллектив подобрался весёлый и дружный; да и сама работа была интересной. Затем Лёша перевёл к себе поближе, и я стала его ассистентом, — ответила мужчине, вспоминая своё замужество.