Пленник золотой любви - Ольга Вешнева

– Не смею отказать в просьбе. Но тебе лучше этого не делать.

– Почему? Ты считаешь меня противной?

– Виноват, если обидел тебя ненароком. Вампиры не любят человеческих прикосновений. Защитный рефлекс перетряхивает все наши нервные клетки, если до нас дотрагиваются люди. Мы – враги по закону природы.

– Хочешь сказать, ты меня боишься? Ну ты даешь!

– Непосредственно я, князь Таранский, как свободная личность, тебя не боюсь, но мое подсознание чувствует угрозу.

– Постарайся справиться с рефлексами и не покусать меня. О`кей? – с легкой опаской Лиза погладила мою ладонь.

Мои пальцы напряглись. Когти выскользнули, но я втянул их мощным усилием воли.

– Ты становишься теплее, – сделала открытие девушка, удерживая мою руку.

– Меня согревает еда.

– Не будь таким дерганым, Тиша! – вскрикнула Лиза после неудачной попытки прикоснуться к моей щеке. – Успокойся. Я тебе не враг. Можешь прочесть мои мысли и получить тому доказательство.

– Вампиры читают запахи, а не мысли, – я шевельнул кончиком носа, – и по ним угадывают настроение.

– Тогда понюхай меня, – девушка замерла в ожидании. – Что скажешь?

– У тебя невыносимо вонючие духи… Хуже лука и чеснока они отбивают чутье.

– На мне два вида духов, – с широким жестом похвасталась Лиза. Перед моим носом пронеслись часы из розового золота с мелкими сапфирами, и я привычно отшатнулся. – За левым ушком – “Паола Бланка”, за правым – “Шанталь”.

– Любой вампир задохнется от представленных ароматов. За ними не разобрать настроения.

– У меня прекрасное настроение. И все благодаря тебе, Тиша.

– Мне было приятно тебе помочь. Да и вознаградила ты меня достойно. Объелся, как на губернаторском балу. Но, слышу, бегут к нам самураи. Крушат железные двери. Стало быть, пора мне отправляться домой. Препоручаю тебя им. Стой здесь. Я выскользну через проходную. Всего доброго, хозяюшка.

Деликатно отстранив Лизу от двери, я вышел в коридор. Желтые стены были оклеены плакатами с изображением бекона и колбасы, нарезанных тонкими ломтиками и украшенных сочной зеленью.

– Тиша! Не уходи! Пожалуйста, – сорвавшись на крик, девушка побежала за мной.

Без предупреждения она схватила меня за руку. Нервный импульс перетряхнул мои внутренности. Я импульсивно показал ей клыки, развернувшись вполоборота. Лиза отступила. Она звала меня умоляющим взглядом. Боялась подойти ближе, и еще сильнее боялась упустить.

– Останься. Проводи меня до Сатибкиного джипа. Страшно одной в заколдованном городе.

– Ты не одна. Окружена веселыми друзьями и преданными слугами.

– У меня нет друзей, Тиша. Я никому не верю. В лицо мне все щебечут, а за спиной называют ведьмой. Местным я тут не нужна. Все хотят меня вытряхнуть с комбината, с виллы, из гадкого Сволочаровска. Меня некому защитить… Только я подумала, что нашла единственного друга, как ты уходишь… Ладно. Что делать? Понимаю, дома тебя ждет красивая девочка – вампирочка.

– В моей норе, милая Лизонька, не то, что девушки, тараканы – и те не заводятся. Много лет живу один. Не жизнь, а тоска бессмертная, – я протяжно вздохнул.

Лиза подбросила мне заманчивую идею. Почему бы не воспользоваться благами цивилизации, которые и так должны мне принадлежать? Можно поселиться во дворце, пошарить там по закромам в поисках клада. Попутно за хозяйкой присмотреть: если она плоха по закваске – убить ее, а если хороша – оставить в покое и вернуться в избу с похищенными сокровищами.

– Так поехали ко мне. У меня огромная красивая вилла, где одной ужасно скучно, – Лиза помяла завитые волной локоны. – Правда, Сати и Юми иногда забегают. Сэнсэй постоянно крутится. Лучше бы не приходил, честное слово, не компостировал бы мозги восточными мудростями, – девушка коснулась моей груди указательным пальцем. Я проявил сдержанность, и она приложила ладонь к моему животу. – Не понимаю, Тиша. Объясни, почему ты не хочешь у меня погостить? Как-то не верится, что ты лучше себя чувствуешь в страшной норе. Хотя все возможно. Ты же вампир.

– Я не против гостеприимства, но боюсь навредить тебе, – я взял другую ее руку, убрав когти.

– Все будет нормально. Не парься.

– Ничего нормального, Лизонька, я не жду. Люди проклянут тебя, ежели прознают о нашей дружбе. Тебя отвергнет светское общество.

– Можно подумать, меня сейчас любят в обществе. Местные ненавидят меня не меньше, чем всех вампиров на свете вместе взятых, и при этом тащатся от моего бабла. Знай, Тиша, за мои деньги они и тебя полюбят.

Я скептически нахмурился.

– Не волнуйся, я помню, как здесь относятся к вампирам, – Лиза небрежно махнула рукой. – Когда тебе рассказывают страшилки с утра до вечера, при всем желании их не забудешь. Хорошо… Если ты боишься навлечь на меня неприятности, я сделаю так, что никто о тебе не узнает. Будешь жить на вилле, как в твое время говорилось, инкогнито. Устроит этот вариант?

– Не прими я просьбы, ты обидишься. Вынуждаешь меня уступить, хозяюшка. Каюсь, в гостях я не бывал давненько. Великосветские манеры подрастерял за годы лесного странничества – не жалуйся… Обещаю не стеснять тебя излишне. Места мне просторного не требуется, шума почти не произвожу.

– Спасибо, Тиша, – девушка перебила меня объятиями. – Ой! – прижавшись к моей груди, она вздрогнула. – Твое сердце… Оно бьется.

Я тоже вздрогнул с разницей в полсекунды.

– Лиза! Отойди от него! – заорал вломившийся в коридор Сатибо.

Нас окружили разукрашенные самураи в праздничных нарядах, размахивающие мечами и пистолетами. Я будто бы оказался в театре кабуки.

– Он вампир, – пискнула Ичи, единственная девушка в отряде из восьми человек.

– Я знаю. Все хорошо. Уберите ваши прибамбасы, – Лиза придержала меня за руку. – Тиша поедет с нами.

– Невозможно, – потрясенный Сатибо медленно опустил пистолет.

– Тиша мне нравится. Я забираю его домой, и твоего мнения не спрашиваю, – Лиза решила представить мне избранных слуг. – Тиша, познакомься с твоими новыми друзьями. Сати – мой любимчик. Обожаю его. Правда, иногда я его терроризирую по пустякам.

– Ты его частенько терроризируешь, – дополнила Ичи.

– Так я любя… Вот Мио, мой Мио. В детстве раз пять смотрела фильм, – Лиза подняла с полусогнутых ног растерянного Мираи. – Вот Ичи. Сэнсэй зовет ее воробышком, – она подбодрила улыбкой испуганную девушку. – Остальных тебе знать необязательно. Особенно вон того товарища с матерным именем.

– Меня зовут Хироюки, госпожа, – указанный пожилой самурай закивал начерненной косичкой.

– Что я и говорила. Есть еще Юми и Сэнсэй. Они сейчас в Дрездене любуются Джокондой… Повезло!.. Итак, все свободны кроме тебя, Сати.