Призрачные дороги - Галина Ли

Ее голос вытащил меня из начинающегося кошмара точно так же, как когда-то — из болезненного бреда. Я не понял, о чем просила Эрхена, но отказать не смог. Напряжение схлынуло, и мышцы сковала усталость. Было такое чувство, словно я пару суток не спал и не слезал с лошади. Но оно того стоило — на дороге замерла маленькая армия упырей. Умертвий, готовых рвать глотки нашим врагам. Большего и не требовалось.

Я прохрипел:

— Убейте волков! Всех, кто будет нам угрожать.

И сполз по стене: ноги отказывались держать.

Андру коротко кивнул своим этернус, и меня с двух сторон приподняли за локти.

— Сам дойду! — процедил я сквозь зубы и, пошатываясь, сделал первые шаги.

Если бы вервольфы атаковали меня сейчас, им досталась бы легкая добыча. По счастью, оборотням было не до нас: до них добрались умертвия. Полюбоваться на драку нежити с нежитью мне не хватило сил: я мог только безвольно брести по улице, подчиняясь сильной руке одного из этернус князя.

Черная полоса воды между лодкой и берегом становилась все шире. Течение медленно сносило ее на юг, и вампиры усиленно гребли, выравнивая суденышко. Андру, прищурившись, молча смотрел на Сырт: выискивал невидимую для человеческих глаз угрозу. Мы все вглядывались в удаляющийся берег. Город словно умер: ни одного огонька за окнами. Жителей ждала страшная ночь, и оборотни в ней были не самой главной жутью.

Я вспомнил, как выли и бились волки, когда их драли зубы умертвий, и передернулся от отвращения. Нет, вервольфы вполне заслужили такую смерть; просто, когда мы садились в лодки, у меня шевельнулось желание оставить в наследство сирин всех, кого сотворил. Оно оказалось очень сильным, несмотря на то, что я понимал — умертвиям нет разницы, кого жрать, и без контроля над нежитью горожане станут первыми жертвами. Хотя они и так почти мертвы.

Я мотнул головой — страшненькая мысль, достойная самого Фирита. А следом за ней серой мутью всплыло то, что почувствовал у стены…

Мо шизане, во что я превращаюсь?

Правитель нежити окинул меня внимательным взглядом:

— Не корите себя, Дюс. Вы все сделали правильно.

Правильно? Ну да, ну да… Убежать от дома на пять тысяч верст только для того, чтобы вернуться обратно в компании нежити, это, конечно, самое верное решение. Вернее некуда. А еще — оставить за спиной живого врага, проглядеть под боком предателя, распрощаться с человеческим обликом, обзавестись союзником-вампиром и своей волей тащиться в его логово… Да, я самый мудрый из мудрецов! Так намудрил — самому тошно.

И лошадей нет, придется все эти тысячи верст собственными ногами измерить.

Одно хорошо… посторонняя нежить нам теперь не грозила, благо своей имелось достаточно. Оборотней мы лишили вожака и большей части стаи, а новобранцы не сунутся в погоню. Если их только не приберет к рукам другой агент Фирита.

Сирин? Сирин хотя бы несколько лун придется разбираться с новыми землями, выжившими людьми и собственными интригами. И если интриганы достаточно сильны, то крылатым будет не до погони. Надеюсь, они вообще про нас забудут.

Мысль о сирин заставила вспомнить одну маленькую деталь — во время бегства мне почудилось пристальное внимание, которым тянуло с небес. Словно Ирия послал небесного духа приглядеть за нами. Но Ирия далеко, а вот крылатые твари с недобрыми помыслами — много ближе. Неужели не все улетели? Это плохо. Вот по кому надо было из арбалета стрелять!

Я покосился на Эрхену: девушка сидела на дне лодки в ногах у гребцов, стараясь не касаться их напряженной спиной. Мне хорошо было видно, как горят румянцем ее обычно бледные щеки. С чего это девочка так раскраснелась?

Вспомнилось нежное прикосновение к моей щеке.

Совсем не боялась меня певунья. Однако… выходит, я ей задолжал. И существенно! Не приди я в себя, меня ждало бы что-то невероятно гадостное. А уж остальных… Мы все теперь в должниках!

Эрхена, почувствовав пристальный взгляд, подняла голову, посмотрела мне в глаза и торопливо отвернулась.

Ладно, позже разберусь.

Так что же со мной было? Что за дерьмо? Неужели та хладнокровная тварь и есть моя… как там ее вампир называл… духовная матрица второго мира?

Я уставился на отдаляющийся берег, пытаясь восстановить в памяти каждую секунду боя. Нельзя допустить, чтобы это повторилось! Самое простое решение — больше никогда не заниматься поднятием мертвых. Можно даже пообещать себе. Поклясться. Да только я ведь не удержусь от такого соблазна. Конечно, неприкаянные души не встречаются на каждом шагу, но… есть одно место. И один старый должок… Небольшой такой… ценой в жизнь Таниты.

В первый раз со времени бегства из Сырта я почувствовал злобное удовлетворение — не напрасно возвращаюсь! Найду, чем душу потешить. Надо только разобраться с самим собой — Эрхена не всегда под боком будет.

Лодка ткнулась острым носом в песок, ее слегка качнуло. Этернус попрыгали в воду, сняв вес, и в два рывка вытащили посудину на берег, так что не пришлось мочить сапоги в холодной воде. Дождавшись, когда лодка опустеет, один из вампиров разделся, сел в нее, отплыл от берега, ударом кулака выбил доску из днища и прыгнул за борт.

Разумно. Нам обратная переправа точно не потребуется.

* * *

Часа через три быстрого шага по редколесью люди начали уставать. Первой стала спотыкаться служанка, не привыкшая к гонкам в темноте. Эрхена держалась неплохо, но и по ней было видно — девушка от слабости едва стоит на ногах. Да и Агаи выглядел не лучше: он толком не отдохнул, а колдовство вытянуло из парня последние силы. Лучше всех устроилась Морра: ее по-прежнему нес спасенный вампир, и девочка попросту заснула у него на руках. Не могу сказать, что мне нравилась такая "нянька", но выбирать не приходилось.

Мы держались недалеко от реки, пробираясь в прореженном дровосеками лесу. Андру шел, не делая скидок на чужую усталость. Когда служанка упала и не поднялась, один из вампиров, повинуясь молчаливому взгляду правителя, подхватил ее на руки, словно куклу. Еще один подошел к Эрхене, но она отказалась от помощи. Я бы тоже предпочел идти ногами, пока хватает сил.

Наконец, когда Ахи закатилась за горизонт, а небо посерело, князь объявил:

— Все! Привал.

Вампиры тотчас избавились от своих нош: близость с людьми была для этернус не в радость.

Мы с Лаланном первым делом сгребли в кучу опавшие листья, кинули сверху плащи и уложили Морру. Служанка устроилась с ней рядом, отключившись в одно мгновение.

Похоже было, готовить придется мне.

Я глянул на обессиленного сирин, привалившегося спиной к ближайшему дереву.

И с костром возиться тоже мне.

Хотя можно перекусить всухомятку, по-быстрому, все равно кроме нас с Лаланном никому до завтрака дела нет.

Я полез в мешок за лепешкой и сыром, отмахнул по ломтю от каждого и перекинул Рису. Агаи уже заснул, мы не стали его тревожить: поесть можно и на ходу.