Посланник магов - Элспет Купер

Деревянный стул был жестким, как святой, и твердым, как черный дуб на воротах Предателей. Гэр поерзал, насколько позволяли связанные за спиной руки, но удобнее ему не стало. Его спина давно потеряла чувствительность.

Три допросчика, терпеливые и мрачные, как вороны, наблюдали за ним. В своих черных мантиях и масках из не глазурованного фарфора они были совершенно неотличимы, пока не начинали говорить.

— Тебе неудобно?

Гэр кивнул. Его плечи горели, шея ныла от напряжения, пытаясь удержать голову прямо.

— Это быстро закончится, и ты сможешь отдохнуть. — Мягкий, медоточивый голос больше подошел бы исповедальне, а не вымытой добела комнате, где допросчики занимались своей работой. — Возможно, ты примешь ванну, получишь горячую еду. Ты бы этого хотел?

Гэр снова кивнул. Горячая вода… Теплые, пушистые полотенца, в которые можно завернуться, как в летнее облако… Да.

— Мы хотим лишь узнать правду, — на этот раз прозвучал другой голос, резкий и плоский, как камень. Голос, больше подходящий допросчику.

— Я уже сказал вам правду.

Одна из масок отвернулась. Вторая не двигалась. Третья, в середине, недовольно подалась вперед.

— Разве? Не может быть, иначе тебя бы здесь не было. А вопросы крайне просты. Почему бы тебе не ответить на них искренне?

— Я уже сказал вам правду.

— Ну не надо, Гэр, — раздался мягкий голос с легкой печалью, словно у наставника, который разочарован любимым учеником. — Ты же знаешь, что это не так. Мы были терпеливы с тобой — и просим за это так мало. Мы лишь хотим узнать правду. Это наша задача — искать истину. И тебе достаточно просто сказать. Все очень, очень просто.

Все время одни и те же вопросы, и он уже не помнил, сколько раз на них отвечал. Гэр говорил им правду, снова и снова. А они снова спрашивали и злились, не услышав ничего нового. Он так устал от этого.

— Мне больше нечего вам сказать. — Гэр дернулся в путах, и толстые кожаные наручники врезались в его запястья. — Сколько раз повторять вам, чтобы вы услышали?

— Ложь — это грех перед Богиней, — резко сказал грубый голос. — Мир таков, каков он есть, и говорить иначе — значит искажать красоту Ее творения. Отвечай на поставленные вопросы или будешь наказан за свой грех!

— Я ответил на ваши вопросы. — Кровь пульсировала в ладонях Гэра.

— Кто твой демон?

— У меня нет демона.

— Кто твой демон?

— У меня нет демона! Я тысячу раз вам это говорил!

— Кто твой демон?

Он покачал головой. Бесполезно. Одни и те же вопросы, одни и те же ответы, снова и снова, и так без конца. Сотни лет в этом проклятом кресле. Его ягодицы и ноги онемели от долгого сидения, а он не мог даже размять их, потому что его лодыжки были прикованы к полу. Тысячу лет в безликой маленькой комнате он вдыхал кислую вонь масляной лампы и собственного тела. Все бесполезно.

— КТО ТВОЙ ДЕМОН?

— Вы напрасно тратите время.

— Говори, мальчишка, и будешь спасен! Кто твой демон?

— У меня нет демона! Ради любви Богини, вы что, меня не слышите? — Голос Гэра сломался. — У меня нет демона!

— Богохульник!

— Богохульство — это грех, Гэр. Упоминать Ее имя всуе… — Обладатель ласкового голоса медленно и печально покачал головой.

— Скажи нам то, что мы хотим знать, — приказал второй допросчик. — Будь искренним!

— Я не знаю, что вы хотите от меня услышать. — Гэр сжимал и разжимал кулаки, чувствуя, как скользят пальцы по его собственной крови. — Я уже сказал вам правду. У меня нет демона. У меня нет фамилиара. И нет ковена.

— Просто отвечай на вопросы.

— Я уже ответил на них. Что еще вы хотите?

— Мы хотим знать правду.

И наконец заговорил третий допросчик. Голос у него оказался шелковым, гладким, словно рафинированным.

— Ты пока что не сказал нам правду. Следовательно, тебя нужно подтолкнуть в верном направлении.

Рука в темной перчатке показалась из рукава и сделала едва заметный жест.

Невидимые пальцы повернули винт за креслом, и руки Гэра дернулись вперед. Горячий, жалящий прилив восстановившегося кровообращения захлестнул его, когда веревки, привязанные к наручникам, натянулись, проходя через железные кольца в стенах, и зазвенели от напряжения — молчаливого напряжения бесшумных помощников палачей.