Злой - Владислав Выставной

— Таких я еще не видел, — озабоченно произнес Шон, вложив под прицельную планку массивный заостренный болт. — И это мне совершенно не нравится…

Впрочем, больше подобных встреч не было: они добрались до места.

Пожалуй, Шон несколько приуменьшил популярность охранника: дверь его бокса несла следы многочисленных попыток взлома, имелась также пара сквозных пулевых отверстий, заткнутых какими-то тряпками.

— Ее что — тараном били? — поинтересовался Ник.

— Похоже, — согласился Шон. — Давно я здесь не был… Эй, Томас, дружище! Открывай!

Некоторое время ничего не происходило. Затем по ту сторону двери послышалась возня, и Ник невольно отпрянул: тряпичная затычка в одном из пулевых отверстий исчезла, и в нем показался жуткий, бешено вращающийся глаз.

Который, впрочем, быстро исчез.

— Чего надо, уборщик? — гнусавым басом поинтересовались за дверью. — И что за очкарик с тобой?

— Ты не поверишь, этот очкарик — из реального мира, брат! Он прибыл сверху и принес тебе благую весть!

— Слушай, остряк, если ты думаешь меня разозлить, то ничего не выйдет. Если же вы что задумали, знайте: я пристрелю каждого, кто пересечет порог этого бокса…

— Расслабься, Том! — примирительно отмахнулся Шон. — Насчет благой вести я ничуть не соврал. Ведь ты давно хотел стать повелителем кладовой, верно?

Повисла пауза.

— Эй, я не слышу тебя! Ты хотел закрепиться в кладовой, верно? Вот я и предлагаю тебе это место. В обмен на твою пушку. И ты не думай, что я оставлю тебя безоружным! Я отдам тебе свой арбалет. Тебе же нравится мой арбалет?

— Да, хорошая штука, — признал Томас.

— Не просто хорошая — отличная! — подхватил Шон. — Особенно когда сидишь в кладовой, полной припасов, и есть время, чтобы натянуть тетиву, прицелиться… А главное — неограниченное число выстрелов. Вот сколько у тебя патронов осталось?

— Восемь в пистолете и две запасные обоймы по шестнадцать…

— Вот видишь! А неизвестно, насколько еще все это затянется! Итак, обмен: кладовая со всей жратвой и выпивкой, а значит — полная власть над всем этим быдлом, плюс великолепный арбалет с комплектом болтов многоразового использования. И все это богатство — за одну-единственную пушку, которая, признай, ничего, кроме страха, тебе не приносит. Ведь где-то ведь бродят Найк и Линч со своими ядовитыми стрелами. Они не успокоятся, пока не убьют тебя и не заберут пистолет из твоей холодеющей руки. Так что я, если поразмыслить, оказываю тебе услугу…

За дверью молчали и тяжело, натужно сопели. Снова в пулевой дыре показался этот жуткий вращающийся глаз.

— Так чего ж ты молчишь, дружище? — поинтересовался уборщик.

— Я пытаюсь понять, в чем тут подстава, — пробубнил Томас.

— А подставы никакой нет, — спокойно сказал Шон. — Просто я ухожу.

— Как?! Куда уходишь? — встрепенулся за дверью охранник.

— Вниз, — указал Шон. — Через клоаку. А знаешь что? Пошли с нами! У тебя пушка, у меня арбалет — наши шансы возрастают!

За дверью снова принялись сопеть и пыхтеть. Теперь Ник мог наглядно представить себе, что значит — мучиться выбором.

— Ну, нет, Шон, — проговорил наконец охранник. — В эту клоаку я не полезу, пусть меня лучше ядовитой стрелой подстрелят…

— Так ты согласен на обмен?

— Да… Черт с вами, забирайте эту проклятую пушку!