Ружемант 5 - Алекс Рок

Судя по льющемуся из глотки рыку, я был этим страшно недоволен.

Ну еще бы! Проверил на всякий случай: досужий страх подсунул дерзкую мысль. Не могут ли способности деградировать — мало ли?

Все в порядке — пятый уровень, как и положено.

Принимать тяжесть чужого злословия божественная аватара отказалась. Проклятие разбилось о спину, пролилась наземь черными искрами.

А я разозлился.

— Уйди! — Отчаяние охватило несчастного с головой. Вздрогнул, видя, как моя ладонь нырнула в его грудь. Светящийся шар, похожий на половинку сердца — артефакт, что жаждали Бейка с Скарлуччи, — не желал покидать тело хозяина.

Рвал с корнем.

— Нет! Ч… что ты сделал? — Рушинник собирался обрушить на меня очередной заклинательский поток. Да сколько же у него маны? Пальцы стиснули сферу — та лопнула беззвучно, словно мыльный пузырь. Замахнулся — следующий удар должен был раскроить поганцу череп.

— Стой! — услышал знакомый задыхающийся голос. Бейка выставила передо мной ладонь: хотела то ли успокоить, то ли держать на расстоянии.

Увидел свое отражение в ее глазах — боже правый!

Решил глянуть на того мага еще раз: на его месте не зазорно было обделать штаны. Жаль, что увезли…

— У него класс изменился, — мрачновато проговорила Влада.

— Да? — переспросил. Не знал, что сказать еще.

— Это фантастика, милое дитя. Такое… не знаю, кто еще на такое способен?

— Рушинники? Царенат? — считал ее вопрос глупым. Воочию же видел особые машины Скарлуччи. Да и Мицугу как доказательство…

Влада лишь покачала головой, будто говоря — все не то.

— Те машины наделяли умениями. Ты отнял. Это как… отнять у меня суть быть носферату. Или у Наты ее умения инфо-феи.

Представил последнее — как это будет выглядеть? Станет просто человеком? От другой мысли стало страшно — а если отнять человеческую суть, обратится просто потоком энергии?

Задавил жестокое любопытство в зародыше.

— Ладно. Это все… меня не интересует. Мицугу, Инна… Белка?

Рыжеволосая воительница волновала больше остальных: я ведь ее едва живой бросил.

— Живы, — с облегчением выдохнула носферату. — Белке, правда, придется туго. Операция неизбежна, хирургическая.

Вспомнил, как бормотала вопрос — будут ли у нас дети? «ИИ-ассистент говорит, что нет…»

Не мог вспомнить, что ей ответил. Просто успокоил как мог.

— А кто еще был в здании? Какого черта случилось — ты только погляди!

Указал на остов от боевого вертолета. Мы что, в компьютерной игре — откуда у террористов чуть ли не в центре столицы такие игрушки? А системы, что должны сбивать даже «Дровосека», спали?

Благо, что у сил специальных операций нашлись ПЗРК…

— Сложно сказать… — Влада пожала плечами. — Нас сейчас будут осаждать стервятники — видишь?

Кивнула на машины центральных телеканалов. Да уж, эти куда серьезней тех, что торчали у самой воинской части — если вцепятся, то уж не отпустят…

Влада продолжила:

— Не одному тебе это кажется подозрительным и странным, милое дитя. Сейчас полетит столько голов, что мне даже сложно представить. Ты сам где все это время был?

— Ездил… по делам, — ответил уклончиво: вряд ли она поймет, почему решил ослушаться Бейки. И если уж буду держать ответ, то разве что перед командующей.

Ириска сообщила о входящем вызове. Едва глянул, кто звонит, тут же его принял.

— Ты жив. — А с последней нашей встречи она ничуть не изменилась. Спокойный, констатирующий факты голос. Облизнул высохшие губы — меньше всего сейчас ждал от нее звонка. За всей чередой событий даже забыл о ее существовании.

— Твоими молитвами, Константа.

Девчонка засопела в трубку, не зная, что на это ответить, я же покорно ждал: зачем-то же она позвонила?

— Нам надо встретиться.

Ее сомнения не грызли, а со мной наоборот: не думал, что это хорошая идея. Оглянулся вокруг: в особенности сейчас. Влада внимательно смотрела на меня: с кем это я там болтаю? Но привитая годами тактичность мешала ей спросить. Вместо расспросов потрясла у меня перед носом ключами: мол, пойдет за машиной. Кивнул ей в ответ.

— Зачем?

— Дедушка хочет…

— Дедушка хочет. А чего хочешь ты?

Он горько сглотнула. Казалось, почти вижу, как она возмущенно трясет головой, обижаясь на то, что не дал ей договорить.

— Дедушка хочет тебя убить. А я не хочу, чтобы ты умирал.

Здравый смысл злодейски хмыкнул, покачал головой. Спрашивал: неужели я из одной ловушки решусь тот же час прыгнуть в другую? Только-только сцепился со «старыми знакомыми» — и те тут же оказались мертвы, а теперь еще и это?

Иногда здравому смыслу следует пойти в задницу. В конце концов, она хочет просто поговорить…

— Где?

Она засопела в трубку.

— А где ты хочешь сам?

Задумался, не спешил отвечать. Увидел Владу: та была уже в автомобиле. Идея пришла почти сразу же…

Глава 9

Ночная Москва навевала лишь грустные мысли. Урчащий довольным котом движок убаюкивал, заставлял закрыть глаза. Не позволял себе этого сделать ни на миг.

— Ты бы поспал, сероглазый.

В голосе Влады слышалась настоящая материнская забота. Думал, когда услышит от меня о том, что задумал, будет отговаривать. То ли у носферату больше не было сил, то ли она решила довериться мне полностью, но повернула автомобиль без лишних разговоров.

Ждал, что с минуты на минуту она заговорит про то, что это обязательно будет ловушка. Наставлений, что вот сейчас приедем, а по нам попросту выдадут очередью из пулемета прямо по борту. Она-то выживет, сумеет, а вот как быть со мной?

Молчала: здравый смысл ворчал вместо нее.

Инку, хотевшую ехать с нами, не взяли. Девчонка вопросительно хлопала глазами: не понимала, куда собрался ее хозяин? Я же велел ей идти с Бейкой. И сказать, куда мы поехали.

— Бейка звонит. — Влада решила сообщить, я покачал головой. Командующая пыталась докричаться до меня, но, поняв, что бесполезно, решила переключиться на вампиршу. — Почему ты не хочешь ей обо всем рассказать? Куда едешь, почему и зачем?

— Я больше не рядовой и не под ее командованием.

— Хочешь чувствовать себя большим мальчиком, милое дитя? — Не знал, чего больше в ее голосе: осуждения или насмешки?

— Нет. Но у нас с ней разный подход к тому, что следует делать и чего не стоит.

— А ты не мог отложить эту встречу до завтрашнего утра? Выспаться? Вздремни хоть сейчас.

Покачал головой, глянув на карту, что начертила для меня прямо на лобовом стекле Ириска — какой смысл? Приедем минут через десять.

Если только не угодим в пробку или засаду. Досужий страх пополз мурашками по спине.

Автомобиль Влады выехал к широкой площади. Парк Восьми, где я первый раз в жизни умудрился уловить руж-волны, словить приход, чужие воспоминания…

— Здесь? — неуверенно спросила Носфрату, затормозив у самого входа. Припарковала автомобиль: на нас с подозрением смотрела подвыпившая ребятня, только что вынырнувшая из ближайшего алкомаркета.

Ответил ей молчанием, заставил себя выйти из теплого уюта автомобиля. Вечерний дух осени швырнул в лицо россыпь мелких опавших листьев, спешил задрать подол куртки.

Ириска послушно просканировала окружение: оружия поблизости не было, как и никаких засад. Вербицкая приехала без охраны? В это было сложно поверить.

— С тобой пойти? — Тактичности Владе было не занимать. Не знал, как на нее отреагирует Константа. Но рисковать не решился.

— Двигатель не выключай. Сможешь послать своих нетопырят на разведку?

— Прямо сейчас?

— Чем раньше, тем лучше. Заметишь что-нибудь подозрительное, сразу же сообщи мне.

Кивнула вместо ответа, привалилась спиной к корпусу машины. Я поправил вымокшую насквозь рубаху — ну и видок у меня, наверное, — и двинулся вперед.

Ириска предупреждала, что слишком легко одет, шанс в двенадцать процентов подхватить простуду. Раскрасневшийся нос был с ней солидарен.

Парк жил ночной жизнью, витал в облаке особой романтической тишины.

Лавочки оседлали влюбленные парочки: студенты из ближайшего института. Девчонка: пухленькая, невысокая и в очках терла носок сапога Влюбленной, не иначе просила себе мужского внимания. Чахлый студент с рюкзаком наперевес, пряча лицо за капюшоном, карабкался по монументу Верной: коснуться хорошо выделенной скульптором груди. Ох уж эти молодежные приметы да обычаи. Шугануть их, что ли?

Не стал.

Остановился почти сразу же, как только ее увидел. Константа ждала у статуи Остроглазой. Одухотворенностью на ее лице можно было засеивать Марс.

— Знаешь ее историю? — Она услышала мои шаги, развернулась. Ничто не могло тронуть спокойного выражения на ее лице.

Кивнул.