Разные судьбы нас выбирают - Александра Черчень

– Глупая, глупая, глупая, – издевательски повторяли за спиной.

– Думала, что подскажем!

– Стоп! – радостно воскликнул кто-то.

– Что? – недовольно спросил другой. – Не мешай, нам давно так интересно не было.

– Если она не разгадает, то интереса не будет, – вздохнул тот, кого я миг назад посчитала здравомыслящим. – Быстро все кончится…

– Точно, – разочаровались в «блестящей» идее остальные. – Надо дать подсказочку.

– Но ведь непростую? – мерзко захихикали над головой.

Вот же! Что это вообще такое?! Или… Точно!

– Слушайте меня! – резко прервала этот кошмар я. – Я вообще сомневаюсь, что Мидьяр здесь есть. Но вы его часть, его суть. Вы Грезы!

– Угадала, угадала, – захлопали в ладоши где-то справа. – Но так бы-ы-ыстро! Это не интересно! Это скучно!

– А мне вот весело. – Я прищурилась от злости. Так целенаправленно и с удовольствием надо мной еще не издевались.

– Ты – это не главное. Главное, чтобы нам было весело!

– Если не будет меня, то вы вновь окажетесь заточены в Хранителях, – окончательно осмелела я.

– Разве нам есть дело? – удивились откуда-то снизу.

Я невольно взвизгнула и отпрыгнула, мысленно похвалив себя за то, что надела штаны. Кто-то пакостно рассмеялся, и из пола вырос очередной Мидьяр.

– Нам дела нет, – шепнули в ухо.

– А вот и врете, – дерзко заявила я. – Если бы вам не было дела, то вас бы здесь не было. Ведь Искусник планировал совсем иной урок, верно? Вам стало просто любопытно! И вы пришли!

– М-да, – расстроенно проговорило ближайшее воплощение стихии. – Она умнеет!

– Как интересно! – Ко мне метнулись сразу несколько фигур. – И часто это у тебя?

– Что? – с содроганием спросила, прилагая все силы, чтобы не завизжать от подсознательного ужаса, который с каждой секундой давил все сильнее.

– Внезапное поумнение, – голосом научного сотрудника произнес ближайший. Он подпрыгнул и завис в воздухе. Щелкнул пальцами – и в руках оказались блокнот и перо.

В стороне рассмеялись, послышался щелчок, и на «психологе» появился белый халат и строгие очки. Он недовольно глянул на тех, кто позволил себе самоуправство, хлопнул в ладоши – и халат стал разноцветным, а очки приобрели оправу совершенно невообразимой формы. «Мидьяр» довольно себя оглядел и наконец перевел взгляд на меня:

– Ну-у-ус! На что жалуемся?

– На вас, – едко ответила я.

– За что?! – обиделись ненормальные воплощения.

– Ярра мне отдайте, – нахмурилась я.

– Выбирай! – развеселились Грезы.

– Так его тут нет, – заявила, полностью уверенная в своей правоте.

– Аля-ля-ля! – опять торжествовали голоса вокруг. – Пошел обратный процесс! Резкое поглупение!

– Но… – растерялась я.

– Он здесь, – настаивали воплощения Грез.

– И как найти?

– Ты отказалась от подсказки.

– Нет! – возмутилась, зло поджав губы. – Я просто вынесла предположение о том, кто вы такие.

– Ты нам не дала сказать, – пояснил «доктор». – А значит, предложение аннулируется.

– Это нечестно!

– Да, но интересно!

– Тогда я вообще пошла, – развернулась и решительно направилась к двери.

– Как это? – всерьез озадачились они.

Я остановилась, повернулась и с улыбкой сказала:

– А теперь мне с вами неинтересно, – передернула плечами и пошла дальше.

– Ты не выйдешь.

– Точно, – спокойно согласилась я. – Но какие у вас были лица!

Если не хочешь проиграть сразу, то надо принимать правила предложенного поля. Значит, я буду интересна.

– Нам надоело, – прошелестело по залу. – Выбирай, Проводник.

Похоже, с наглостью я перестаралась. Обиделись.

– Кого? – холодея от дурного предчувствия, спросила я.

– Хранителя, – раздался неприятный смешок. – Выберешь неправильно – с тобой останется тот, на кого указала.

Представила постоянное общение вот с таким вот недоразумением и содрогнулась. Потом до меня дошел смысл высказывания, и я осторожно поинтересовалась:

– А что будет с настоящим?

– Заберем-заберем-заберем! – гнусно захихикал тот самый поганец, который постоянно высовывался из пола, шастал по зеркалам и примерял на себя роль доктора.

– Вы все его части, – тихо сказала я. – Наполненные стихией, но вы все его части. Кого бы я ни выбрала, все равно он не будет прежним.

После моих слов зал полыхнул лиловым светом, и когда сияние угасло, я увидела одну-единственную фигуру. Освещение стало более ярким, чем прежде, и теперь отчетливо были видны медные волосы стоявшего напротив волшебника. Успокоенная солнечным сиянием косичек, я радостно выдохнула и бросилась к Искуснику. До него оставалась всего пара метров, как вдруг мужчина поднял голову и открыл глаза. Радужные и светящиеся.

Я резко затормозила.

– Не бойся. – По губам Ярра скользнула неприятная улыбка. – Я не заберу. Просто нужно поговорить серьезно.

– Слушаю, – напряглась, понимая, что развлечение закончилось и сейчас я разговариваю с всесильной стихией. Кто же думал, что они… разумные.

– Ты права, Проводник, нас не устроит, если Хранителей опять посадят на поводок. И потому Император все же нужен. Но не рассчитывай на снисхождение при испытании. На престоле должен быть достойный.

– Правда? – любезно спросила я. – Тогда поведайте, что там делает мой папенька.

– Мы отреклись от него, – резко дернул головой Грезы.

– Вы вообще его принимать не должны были, – жестко сказала я. – Но приняли…

– Ты не знаешь, каким он был раньше, ведь верно? – улыбнулся Грезы.

Странно, я всегда ассоциировала Грезы с чем-то женским… Но разговариваю… И понимаю, что это мужчина.

– Не знаю, – согласилась и продолжила: – Но вы должны видеть человека. И знать, каким он станет. А «испортиться» этот Император успел еще до моего рождения.

Грезы несколько секунд внимательно смотрел на меня, после расхохотался:

– Забавная! Нравишься!

– Рада, – сухо бросила я.

– Ну и замечательно. – Он внезапно оказался возле меня и коснулся поцелуем лба, так же быстро отступил, щелкнул пальцами, и меня осыпала невесомая лиловая пыль, которая быстро впиталась.

– Что это? – подозрительно осведомилась, с содроганием ожидая какой-нибудь реакции организма.

– Метка, – улыбнулся он. – И защита. Поможет с другими на испытании.