Джип, ноутбук, прошлое - Константин Костинов

Визитная карточка.

«Ратников Павел Юрьевич. Кузнечный мастер».

– Это я, – несколько застенчиво улыбнулся громила, превратившись в обычного, просто очень большого человека, незлого и неопасного.

«Надо будет, кстати, – подумал Руслан, – заказать себе визитки. Когда нет документов – хоть какое-то свидетельство моей благонадежности…»

– Лазаревич Руслан Аркадьевич. Моя жена – Юлия Лазаревич. Моя дочь Анна.

– Прошу прощения, я, видимо, несколько напугал вас…

– Ну что вы.

– …Мой знакомый, вы его знаете, Владимир Андреевич, хотел пригласить вас к себе в гости этим вечером.

– Меня с семьей? – удивился Руслан.

Ратников замялся:

– Нет, дело в том, что мы – он, я, Громов, Гессе – обычно играем в карты. Но господин Гессе захворал. У нас нет четвертого. Вот мы с Владимиром Андреевичем и Андреем Валерьевичем решили пригласить на вечер вас. Человек вы новый, интересный, с вами есть о чем поговорить. Каким будет ваш ответ?

– Нет…

«Почему нет?»

– Нет, пожалуй, я соглашусь.

Юля пискнула, но промолчала.

– Тогда, – улыбнулся Ратников, – сегодня, в восемь вечера. Вас устроит?

– Вполне.

Ратников улыбнулся, погладил по голове съежившуюся Аню и зашагал к выходу. Доски пола под ним прогибались.

– Ну и что это значит? – Юля уперла руки в боки, когда они вошли в номер. – Что это еще за вечерние посиделки? Карты, водочка, девочки в ассортименте?

– Юля, не сходи с ума. – Руслан пихнул под кровать сумку со старой одеждой. С грохотом упал домкрат. – Какие девочки, чисто мужская компания.

– Нет, Руслан, если серьезно – зачем тебе идти туда?

– Во-первых, – Лазаревич сел на стул и вытащил из сумки банку с пивом, – если мы будем дичиться людей, нас сочтут подозрительными. Во-вторых, нужно начинать узнавать больше о здешнем времени, для чего опять-таки нужно больше общаться. Самое лучшее общение – либо за пивом, либо за картами.

Он со звонким щелчком открыл зашипевшее пиво.

– Папа. – Аня плюхнулась на кровать и заболтала ногами. Потом вспомнила, что одежда ей не нравится, и надулась. – А что это был за дядька?

– Павел Юрьевич Ратников. Кузнец.

– А почему он такой большой?

– Ну… – Руслан развел руками. – Кузнец.

– А почему у него нет бороды? У кузнецов всегда борода.

– Наверное, чтобы от всех других отличаться. Тут, по-моему, у всех бороды.

Руслан потер подбородок, уже заросший щетиной. Еще короткой, но уже неприятной. Что здесь за мода – бороды носить? И ведь придется, чтобы в глаза не бросаться. Мало им УАЗа.

– Ты лучше ответь мне, герой-картежник, на какие шиши ты играть будешь, если соберетесь?

Юля попыталась отобрать пиво у Руслана, потом махнула рукой и достала банку себе.

– У нас, если ты забыл, дорогой муж, ровно три рубля сорок пять копеек. Не пошикуешь.

– Так я и не шиковать иду. Сомневаюсь, что Владимир Андреевич – держатель подпольного казино с миллионными оборотами. По копеечке, по копеечке…

– По копеечке можно так проиграться. Вспомни свою общагу…

Ну да, был период, когда в общежитии пединститута все сошли с ума по преферансу. Играли днями, ночами, в комнатах, на парах… Закончилось, когда парень, проигравший две тысячи рублей – огромные деньги для студента середины девяностых, – перерезал себе вены бритвой… О! Бритва!

– Юля, где моя бритва?

– Решил сразу, чтобы не мучиться? – Юля тоже знала про тот случай.

– Нет. Побреюсь – и в альпинисты. Аня, где твой топик?

– Если ты решил грабить банк с бритвой наперевес, то возьми лучше мои колготки.

Руслан порылся в сумке, достал и развинтил свой бритвенный станок, извлек лезвие. Поймал брошенный дочкой топик и примерился бритвой к нашитым стразам.

– Будем брать ювелира.

– Кхм, господин Лазаревич… – Старик-ювелир склонился над блестящим стразом величиной с вишневую косточку, посмотрел на него в лупу. – Значит, вы утверждаете, что это – настоящий камушек?

– Господь с вами. Имитация.

– И-ми-та-ци-я…

Еще в свое первое путешествие по старой Луге Руслан отметил на Успенской улице светлый двухэтажный дом с вывеской ювелира. Правда, огромного часового циферблата он тогда не рассмотрел. Вообще-то дом принадлежал часовому мастеру Таубину, но в нем также находился и ювелир и «подбор очков». Очки Руслану были без надобности, а вот продать ювелиру стразики с Аниного топика можно было попробовать. Даже если несколько рублей – и то хлеб.

– Имитация… И много у вас такой имитации?

– Давайте для начала оценим этот… предмет.

– Предмет, предмет… Десять копеек.

– Помилуйте, я сам покупал, в Нью-Йорке… мм… на ваши деньги – полтинник за штучку.

– Обманули вас, господин. Не стоят они того. Имитация неплохая, но и не самая лучшая. Пятнадцать копеек – и то из-за американского происхождения.

– Двадцать. – Руслан аккуратно подцепил стразик и покрутил его между пальцами.

Ювелир пожевал губами, подумал:

– Хорошо. Двадцать копеек за штуку. Сколько их у вас?

Лазаревич достал из кармана кулек, сделанный из «Лужского листка». Развернул:

– Около сотни.

Ане в свое время загорелось украсить розовый топик в стиле Барби. Исколола все пальцы, но расшила его стразами.

– Около сотни…

Ювелир побарабанил пальцами по столу, судя по всему, жалея, что поторопился:

– Будем пересчитывать? Я дам вам за все двадцать рублей.

– Идет.

Руслан вышел из магазина и довольно прищурился на солнце. Мимо, прозвенев, прокатился человек в костюме на велосипеде. Велосипед был точно таким же по виду, как старый «Аист» самого Руслана. Ну, может быть, шины на колесах чуть пошире.

Лазаревич улыбнулся, приподнял шляпу и пошел к гостинице.

Ему на УАЗе еще ездить и ездить, а бензин, несмотря на две запасные канистры в багажнике, – не бесконечен.

Пешочком, пешочком…

– Девчонки, живем!

Руслан развернул веером две красненькие бумажки.

– Отлично. – Юля ловко забрала деньги из рук Руслана. – Для верности они побудут у нас с Аней. А то «по копеечке, по копеечке», а потом будем машину продавать. За неимением квартиры.

– Юля, я когда-нибудь проигрывал?

– Да.

– Я имею в виду – по-крупному?