Большая игра. Будущее неопределенное - Дэйв Дункан

Изумрудные глаза Т’лина невозмутимо изучали его из-под рыжих бровей.

– Я спросил его. Он ответил только: «Проповедовать». Это я и так уже понял, ибо наблюдал за ним некоторое время. Я почти ничего не слышал из его проповеди, хотя мне показалось, что это Истинная Проповедь.

– Он говорил еще что-нибудь?

В зеленых глазах мелькнула искорка.

– Он спрашивал, как у вас дела, ваше святейшество, и как ваша рука.

Проклятие! Джулиан моментально ощутил себя выбитым из колеи. Рука сама собой скользнула за спину.

– Ты точно уверен, что это настоящий Тайка Кисстер?

– Совершенно, ваше святейшество. В разговоре он вспоминал те дни, когда странствовал со мной, притворяясь одним из моих людей. Никто, кроме него, не мог этого знать.

И черт бы побрал Экзетера за то, что он предвидел этот разговор!

– Спасибо. Это все.

– Не за что, ваше святейшество, – Т’лин поклонился и отошел. Ну да, конечно, «тайка» означает «хозяин». Пусть и с рыжей бородой, Драконоторговец не был Морковкой.

Джулиан неторопливо зашагал к своему бунгало.

Когда он поднялся на крыльцо, Домми Прислужник вышел навстречу хозяину и почтительно поклонился. Слуга-конюх передал ему мешок Джулиана и поспешил обратно. Как и любой другой коренной житель этой долины, Домми обладал огненно-рыжей шевелюрой, правда, находясь в услужении, он коротко стриг ее. Он утратил большую часть юношеских веснушек, но служил так же преданно, как в тот день, когда Джулиан нанял его. И как всегда, на его белой ливрее не было ни складки, ни пятнышка.

– Добрый вечер, Домми. Как Айета?

– О, она чувствует себя очень хорошо. Тайка, спасибо. И добро пожаловать домой.

– Я так рад, что наконец-то дома, – признался Джулиан, направляясь прямиком в ванную. – Мне необходимо смыть фунтов двадцать пыли.

– Я согрел воду. Тайка.

Он и правда согрел воду. От большой медной лохани поднимался горячий пар. Невероятно! Он ведь не мог знать точно, когда вернется Джулиан, да и вообще о возвращении ему знать не полагалось. Должно быть, уговорился с кем-нибудь в деревне, чтобы тот подал ему сигнал. В Олимпе невозможно хранить секреты – чертовы Морковки все равно все знают.

Он разрешил Домми помочь ему раздеться – три руки все-таки справляются быстрее, чем одна. Джулиан покосился в зеркало на свой щетинистый подбородок. Побриться, что ли? Обычно при возвращении в Олимп безукоризненно гладкий подбородок стоял на первом месте в списке военных приготовлений. Док продолжит его поездку… но оставалась еще проблема с Экзетером. Надо подумать. Он блаженно погрузился в горячую воду. Домми хлопотал рядом с полотенцами и чистой одеждой.

Теперь самое время для новостей – Домми не терпелось доложить все по порядку.

– Пепперы еще не вернулись?

– Нет еще. Тайка. Они задерживаются уже на четыре дня.

Странно. Обычно агентам Службы полагался отпуск на Земле раз в два года, однако мировая война спутала график. Теперь, когда она наконец-то завершилась, всем не терпелось наверстать упущенное. Пепперы первыми вытянули жребий и сильно подпортили свою репутацию, задерживаясь с возвращением. Джулиану оставалось ждать своей очереди не меньше восемнадцати месяцев.

– У нас тут вообще оживление. Тайка. Вы не единственный Тайка, которого отозвали. Тайку Кори, и Тайку Роулинсона, и Энтайку Ньютон, и Тайку Гарсия, и Энтаек Олафсон и Маккей. – Голова Домми на мгновение скрылась в шкафу с бельем. – Но Энтаек Кори и Резерфорд не отзывали, и Таек Ньютона и Маккея тоже.

Похоже, Комитет обезумел, однако говорить так при Домми все же не стоило.

Джулиан скосил глаз, чтобы посмотреть, какую одежду приготовил для него слуга.

– Что, ужин?

– Вы приглашены к Тайке Пинкни, Тайка.

Джулиан застонал. Ему необходимо поспать!

– Который час?

– Скоро шесть. Я сверял часы по солнечным только утром, Тайка. – Часы в Олимпе, как правило, отличались индивидуальным характером и редко соглашались в чем-либо друг с другом.

– Тогда я вздремну и опоздаю немного. – Устало потянувшись за мылом, Джулиан вдруг вспомнил про вчерашнее приключение. Черт! О вмешательстве рэндорианских властей надо доложить. Политический отдел наверняка заинтересуется этим, и необходимо предупредить других миссионеров.

– Будь так добр, напиши за меня письмо, ладно?

Домми расцвел.

– Разумеется, Тайка! – Домми хлебом не корми, дай только показать свою грамотность, хотя о его правописании уже ходили легенды. Не прошло и нескольких секунд, как он сидел, скрестив ноги, рядом с ванной, приготовив бумагу, ручку и чернила.

– Тайке Миллеру. Дорогой Дасти. Группа рэндорианских солдат устроила вчера налет на службу у Семи Камней. К счастью, они вняли голосу разума и все обошлось благополучно. Разумеется, Доку известно об этом, но в будущем мы должны быть готовы к неприятностям. Искренне Ваш.

Домми осторожно подул на бумагу, чтобы чернила просохли, потом протянул листок на проверку Джулиану. Неужели он и впрямь говорил «Узз троила»? Или «Ваняли голосе ураззума»? Или «Астаюсс Ваш пакорный слугга»?

– Хорошо. Спасибо. Напомни мне потом, чтобы я подписал. – Он заметил, что Домми достал бритву. – Думаешь, мне стоит побриться?

– Если Тайке будет угодно…

Джулиан сонно обдумал этот ответ.

– Или лучше пока оставить бороду?

– Возможно, так будет лучше. Тайка.

Значит, Джулиан не задержится в Олимпе надолго, и Морковкам это известно. Ну и слух у них – как у зайцев!

– Мне хотелось бы перекусить перед выходом. Умираю с голоду.

– Сейчас, Тайка. Чай и сандвичи с курятиной вас устроят?

– Ты же знаешь, я люблю сандвичи с курятиной. – Джулиан привстал, чтобы намылиться.

Домми пошел к двери и вдруг остановился.

– Тайка? Если это не будет дерзостью с моей стороны…

– Что у тебя?

– Когда вы поедете на встречу с Тайкой Экзетером… Можно я с вами?

Джулиан был так поражен, что попал мылом в глаза и чертыхнулся. Проблемы с Освободителем Домми не касались! Он не помнил, чтобы Домми хоть раз покидал родную долину, да и Айета на сносях… Но когда-то он служил Экзетеру, а Экзетер всегда умел расположить к себе. Когда он был старостой по спальному корпусу в Фэллоу, младшие только что не молились на него. Если бы «Филобийский Завет» не помешал ему принять участие в войне, из него бы вышел замечательный командир. Впрочем, Домми все это не касалось.

– Мне не говорили, что я должен куда-то ехать на встречу с кем-то.

– Конечно, Тайка! – пробормотал Домми. – Прошу прощения, Тайка! – и вышел.