Трезубец Нептуна - Александр Прозоров

Путешественники покинули каюту, спустились палубой ниже и вскоре оказались в кают-компании. Здесь их ждал первый сюрприз: приборную панель раздатчика фуража закрывала большая и толстая стальная плита.

— Вот так да! — присвистнул Рассольников. — А кушать?

— Давайте отломаем ее, сэр Платон, и дело с концом, — предложил Вайт. — А то что-то есть охота.

— Неудобно как-то, сэр Теплер. Мы здесь все-таки гости. Негоже ломать все подряд.

— Ерунда, — отмахнулся Вайт. — Пусть поставят ее стоимость в счет, и я потом оплачу. У меня вся гражданская ответственность застрахована.

— Не будем торопиться, сэр, — остановил его Рассольников. — Возможно, есть более простой путь. Кажется, сюда кто-то идет.

И правда, спустя несколько секунд в дверях кают-компании показался невысокий серый в яблоках олим с черными ветвистыми рогами. На космонавте почему-то не имелось ни клочка одежды, но археолог решил не обращать на это внимания — у каждой расы свои обычаи, и далеко не все считают обязательным покрывать свое тело тряпками.

— Простите, уважаемый, — как можно вежливее обратился Атлантида, — вы не подскажете, как можно открыть эту панель и заказать себе завтрак?

— У-у!!! — вскинул олим морду к потолку, а потом опустил голову и помчался вперед.

— Непереводимый местный фольклор, — невозмутимо сообщил полилингвист.

— О, е… — только и успел сказать археолог, вскидывая руки перед собой. Он ощутил резкую боль в груди, рухнул на спину и на несколько секунд потерял сознание. А когда пришел в себя, взбесившийся космонавт стоял над ним и торжествующе выл на одной писклявой ноте.

«Сейчас добьет», — понял Атлантида и закрутил головой в поисках трости.

Однако олим не стал топтать поверженного противника, а повернулся в сторону миллионера и ринулся на него.

— Обойдешься, — мрачно сообщил двухметровый толстяк, внутренне готовый к подобному раскладу. Он поймал космонавта за правый рог, качнулся в сторону и со всего размаха вписал сумасшедшего члена экипажа головой в стену. Послышался оглушающий треск. Рога олима выдержали, а вот переборка — нет, и теперь бедолага намертво застрял по самую макушку в глянцевой обшивке.

Теплер повернулся к напарнику:

— Вы как, сэр Платон, целы?

— По крайней мере жив. — Археолог осторожно сделал пару глубоких вдохов и выдохов. — И ребра вроде не сломаны.

— Странно, — хмыкнул миллионер. — Я думал, он насадит вас на свои отростки, как энтомолог бабочку, сэр. Вам обязательно нужно к врачу. И об этом психе, — он кивнул на извивающегося возле стены космонавта, — тоже предупредить надо.

Атлантида поднялся с пола. Под ногами захрустело. Археолог опустил глаза и увидел, что все усыпано осколками пластика — один из отростков рога угодил-таки в поясного переводчика и раздробил его в мелкий хлам.

— Не везет мне с полилингвистами, — поморщился Рассольников. — Больше чем на месяц не хватает.

— Не огорчайтесь, сэр Платон, — небрежно посоветовал миллионер. — Подарю я вам нового переводчика. Вытребую у капитана в плату за грубость его подчиненного. Вы сможете идти сами?

— Смогу, сэр. — Археолог подобрал свою трость. — Только поехали на лифте, а то перебирать руками по аварийной лестнице мне сейчас не очень… удобно.

Путешественники вышли в коридор, направились в сторону лифта, но через несколько метров были вынуждены остановиться: впереди двое космонавтов с оглушающим грохотом колотили своими копытами по стенам и ближним дверям.

— Ремонт, говорите, сэр? — торжествующе оглянулся Вайт на Атлантиду.

Олимы синхронно взвыли на потолок, после чего наклонили головы и решительно кинулись друг на друга. Рога яростно столкнулись, едва не разбросав снопы искр. Космонавты разошлись, постучали по стенам, взвыли и снова ринулись друг на друга.

— Вы меня уговорили, сэр Тендер, — кивнул Рассольников, — давайте спускаться по аварийной лестнице.

Земляне попятились, стараясь не привлекать к себе внимание бесноватых членов экипажа, потом развернулись и потрусили в обратную сторону.

— Как вы думаете, сэр Платон, что с ними? — поинтересовался Вайт.

— Может, съели чего, сэр Теплер? Может, именно поэтому и кормушку закрыли, чтобы остальные не отравились?

— Но почему отравившихся не изолировали?

— А если отравилось большинство?

— Но кто тогда управляет кораблем, сэр?

Оба остановились.

— Черт с ним, с медотсеком, — махнул рукой Рассольников. — Пошли в рубку, сэр!

Лучше бы они туда не ходили. В рубке, прямо по закрытым щитами пультам, скакало сразу трое олимов, зловеще завывая и нещадно лупя приборы копытами. Еще один космонавт — судя по рогам, леди, — скромно поводя плечами и покачивая коротеньким хвостиком, прогуливался перед мониторами.

— У-ау!!! — Двое столкнулись рогами над постом капитана. Более низкорослый олим поскользнулся и рухнул вниз.

— У-у-у!!! — Победитель развернулся ко второму врагу и торжествующе затопал копытами.

Атлантида вспомнил, какие именно кнопки и тумблеры должны находиться под щитом, и содрогнулся.

— У-а!!! — Второй космонавт не менее яростно заколотил по щиту, прикрывающему панель управления первого пилота.

— Гнать их отсюда надо, сэр… — Похоже, мысли миллионера были вполне созвучны рассольниковским.

— Бодаются сильно, заразы, — напомнил Платон, потирая больную грудь.

Второй космонавт, покрытый короткой пегой шерстью, перепрыгнул на обширную панель капитанского пульта. Первый — темно-коричневый, но с белой мордой — опустил голову. Рога с хрустом столкнулись. Космонавты некоторое время толкались, крутя головами, потом разошлись:

— Уа!!! Ау!!!

— Чтоб я еще хоть раз полетел куда-то на грузовом корабле! — Наконец-то признал свою ошибку Вайт.

Атлантида тактично промолчал, прикидывая, как бы без риска сманить обезумевших членов экипажа на пол.

— Ay!!! Уа!!! — Олимы опять сошлись рог к рогу и, громко пыхтя, закружились на пульте.

— Ур-р, Ур-р, — откликнулась космонавточка. Беломордый подался на шаг назад, потом еще на шаг, но вдруг как-то хитро извернулся, и его пегий противник с визгом улетел рогами прямо в мониторы — благо и они были закрыты прочными щитами.

— У-у-у-у!!! — торжествующе взвыл победитель и принялся расколачивать копытами капитанский пост.

— Пинка бы ему хорошего, и за дверь! — с чувством пожелал миллионер.

— У-а!!! — резко повернул морду на голос космонавт и без промедления кинулся в атаку. Правда, почему-то не на Теплера, а на Рассольникова.

— Не, я больше не хочу! — Атлантида разжал левую руку, роняя трость на пол, поймал направленные ему в грудь верхние кончики рогов и начал падать назад, одновременно выставив вперед полусогнутую правую ногу и упираясь ею в живот космонавта. Далее все прошло по учебнику: откинувшись на спину, археолог резко выпрямил ногу, и несчастный олим полетел точнехонько во входной проем, вверх ногами впечатался в стену коридора и тихонько сполз к полу, замерев вниз головой.