Почти люди рядом - Анатолий Сарычев

– Странный какой-то аттестат, на листочке – у меня книжечкой был, – выразила сомнение девушка.

– Садись быстрее – время поджимает! – выразил свое нетерпение Максим.

Едва девушка уселась на заднее сиденье мокика, как Максим с места взял высокую скорость.

Расположение улочек, проходных дворов здесь Максим знал великолепно и поэтому ровно через пятнадцать минут они въехали на тенистую улочку, возле недавно построенной автомобильной заправки.

Ни одной подозрительной машины на улице не стояло.

Открыв калитку собственным ключом, Максим завел мокик в дом и прислонил около стены.

– Ты неплохо устроился! – оценила Юля, «скромный», в два этажа, особнячок семьи Астаховых.

– Взбежав по лестнице на второй этаж, Максим бросил Юле:

– Если хочешь принять душ – последняя дверь по коридору!

Открыв дверь своей комнаты, Максим первым делом включил компьютер и открыл почту.

Папенька с какого-то сайта непонятно где находящегося, прислал письмо:

«Привет Макс!

У меня все в порядке. Буду не раньше декабря в Тарабове. Деньги на пластиковой карточке, которая находится у заведующей медицинским пунктом железнодорожного вокзала Тарабова.

Пин-код – 68–14.

Папа.

P.S. Желаю успеха при поступлении в институт!

Держи хвост пистолетом!

P.S.S. На крайний случай, имеется тетя Мила, в просторечьи Людмила Михайловна, которая живет в Тарабове. Мила, если ее очень хорошо попросить может ссудить небольшую денежку.

Телефон тетеньки 421814

Папенька, был в своем амплуа!

В каждом городе, как помнил Максим, у него обнаруживалась «своя «тетя Мила. Имена, города и даже страны менялись, но тети все равно обнаруживались.

Регулярно эти тети звонили, присылали телеграммы письма, не говоря уже об электронной почте, которая у папеньки была зашифрована.

Если во всем остальном, папенька был довольно безалаберным человеком, но вот в делах это был жесткий бизнесмен, который ничего не упускал из виду и из всего извлекал прибыль.

Вошла Юля, одетая в одно коротенькое махровое полотенце.

– Сейчас девушка мы вас оденем! – пообещал Максим, бросив короткий взгляд на часы.

До второго свидания с отцом школьного товарища оставался час с небольшим хвостиком.

В шкафу нашлись джинсы, которые Максим носил три года назад и белая рубашка.

Девушка отрицательно покачала головой, ясно показывая, что такая одежда ей не подходит.

– О кей! Одевай свою старую одежду, и едем покупать тебе шмотки, но с одним условием:

Ты завершишь свой шопинг за десять минут! – жестко сказал Максим, кидая в сумку военный билет, паспорт и миниатюрный ноутбук, размером и весом с хорошую книгу.

Ноутбук, папенька привез из Малазии и очень им дорожил, сказав, что он отдал за него две тысячи долларов. Правда это было давно, но такая игрушка могла принести в скитаниях кучу пользы.

На всякий случай, Максим кинул в сумку покупные документы на ноутбук, нарисованные папенькой уже на месте.

Иногда таможня проявляла излишнюю бдительность, которую приходилось гасить обильными долларовыми вливаниями.

– Какая красивая машинка! – восхитилась одетая в свой легкомысленный наряд Юля, – открывая переносной компьютер.

Из под крышки выпала кредитная карта Ноум-банка, к которой была пришпилена бумажка.

На бумажке папенькиным почерком было написано:

«Будет хреново сыночек – бери деньги! Только, когда очень хреново!!! Пин-код последние цифры твоего военного билета!!!»

Три восклицательных знака в конце обозначали, что вопрос очень серьезный и брать с карточки деньги можно только в случае острейшей необходимости.

Перевернув карточку, Максим обнаружил еще одну Мастер-карт, на его имя, но без каких либо пояснений.

«Ладно разберемся потом!» – решил Максим, выскакивая из комнаты.

– Ты забыл написать записку! – напомнила Юля, усаживаясь за спиной Максима.

– Позвоню маме на мобильник! – ответил Максим, трогаясь с места.

Маленький, весь светящийся яркими неоновыми огнями бутик возник справа от дороги.

Недолго думая, Максим свернул с дороги, совершенно не обращая внимания, на возмущенные сигналы идущих следом автомобилей.

– У тебя есть десять минут на предварительный шопинг! Если через десять минут ты будешь сидеть сзади меня, то на обратном пути, я тебе устрою еще один, более продолжительный шопинг! – пообещал Максим, прислоняя мокик к стене.

– Ты сам не хочешь пойти в магазин? – удивилась девушка.

– Пожалуй ты права, – согласился Максим, беря в руки сумку.

– У вас можно сфотографироваться на паспорт? – спросил Максим к толстого усатого охранника, стоящего к входа.

– Второй этаж! – не поворачивая головы, ответил страж порядка, одетый несмотря на теплое время в полную камуфляжную форму.

– Посмотри за мокиком! – негромко сказал Максим, суя в потную лапу пятьсот сумов.

Купюра мгновенно исчезла из руки охранника, а на его лице заиграла счастливая улыбка.

Галантно открыв дверь перед девушкой, Максим первым делом повел свою пассию на второй этаж – фотографироваться.

Сделав по десять снимков каждого, фотограф – молодой афганец, глазами указав на Юлю, потер большой и указательный палец.

Максим отрицательно покачал головой, расплачиваясь пухлой пачкой сумов, которая таяла с неимоверной скоростью.

– Доллары поменяешь на сумы? – спросил Максим, едва Юля отошла к прилавку с бижутерией.

– По какому курсу? – быстро ответил афганец, заинтересованно посмотрев на Максима.

Афганцу было на вид лет сорок.

Худое, изможденное лицо показывало, что вдали от родины он пока не нашел землю обетованную.

– На базаре дают по сто сорок пять – предлагаю по сто сорок! – выдал Максим, понимая, что сейчас начнется торговля, на которую у него совершенно не было времени.

– Даю по сто тридцать и могу взять большую сумму! – предложил афганец, ожидая ответного хода.

– Поменяй двести баксов! – согласился Максим, беря со стола пластиковый пакет.

Нырнув под стол, афганец достал три кирпича сумов, перевязанные шпагатом и быстро сунул их в пакет, воровато оглянувшись.

Вытащив свою пачку сумов, Максим отсчитал сорок тысяч и открыто передал их фотографу, положив снизу две бумажки по сто долларов.

– Все нормально? – спросил Максим, поднимая на маленького фотографа тяжелый взгляд.