Почти люди рядом - Анатолий Сарычев

– У нас тут свидание! – пояснил Максим, широко улыбаясь.

– Счастливо отдохнуть! – сказал водитель и

показал Максиму большой палец правой руки.

– Откуда у тебя столько денег? – спросила Юля, идя с правой стороны от Максима по тротуару, выложенному бетонными плитками, сантиметров по двадцать каждая.

– Папенька оставил на черный день! – ответил Максим внимательно смотря по сторонам.

Максим увидел сорок первый номер на высоте трех метров и остановился.

Высокий забор, небольшая железная калитка и аккуратная пипочка звонка, утопленная в кирпичную стену, справа от ручки, на высоте метр от земли.

«У Ильхама куча братьев и сестер! – вспомнил Максим, семью своего школьного товарища.

– Юлечка! Человек, к которому мы сейчас попадем, мало того, что очень серьезный человек, который может нам помочь в получении российских паспортов, но и очень хороший человек, отец моего школьного друга.

Исходя из этого, постарайся не сболтнуть лишнего. Все денежные вопросы в моей компетенции, – быстро сказал Максим, держа руку в сантиметре от кнопки звонка.

– Я получила вводную, и готова строго выполнять все твои ценные указания! – быстро ответила Юля с совершенно серьезным видом.

– Будем надеяться, что все пройдет хорошо. У меня такое ощущение, что земля начинает если не гореть, то дымится у нас под ногами! – задумчиво сказал Максим, нажимая кнопку звонка.

– Я уже пять минут смотрю и слушаю, как вы общаетесь! – сказал по громкоговорящей связи Азамат Ганиевич в незаметный громкоговоритель.

Максим внимательно осмотрел стену и не нашел ни динамика, ни камеры видеонаблюдения.

– Разрешите войти? – церемонно спросил Максим, толкая железную калитку.

Щелкнул замок, калитка легко отворилась.

– Идете прямо по дорожке.

В вестибюле вас встретит Ильхам и проводит на второй этаж.

Максим шел по дорожке выложенной узорчатыми бетонными пластинами, под густым виноградником. полностью закрывающий жаркое солнце.

Огромные плодовые деревья, в пяти метрах друг от друга росли по обеим сторонам дорожки, смыкая свои кроны метрах в десяти от земли.

– Я никогда не бывала в таком саду! – восхищенно сказала Юля, вертя головой по сторонам.

Максим здесь бывал не раз и поэтому спокойно шел вперед, прикидывая варианты своего поведения. Несмотря на то, что он бывал в доме у Ильхама, видеть самого хозяина дома ему не приходилось.

Только через метров пятьдесят, когда дорожка свернула направо, они увидели десятиметровый бассейн, за которым собственно и находился трехэтажный дом, выложенный из красного облицовочного кирпича.

Едва Максим обошел бассейн, как из двустворчатых дверей дома выскочил высокий, как каланча Ильхам и сразу потащил Максима за собой.

– У меня очень мало времени! – извинился Максим.

– Не суетись! Папа все подготовил и тебе останется только отдать бабки и вклеить фотографии! – махнул рукой Ильхам.

– Сначала дела, а потом удовольствия! – не согласился со своим школьным товарищем Максим, дернув за руку Юлю, на которую никто в этом доме не обращал внимания.

Это было естественно в мусульманской семье, где женщина занимает подчиненное положение.

Когда Максим приходил в гости к Ильхаму, мать и сестры подавали угощение, а сами уходили вы другие комнаты. Это Максима нисколько не удивляло – так было всегда испокон веков в Средней Азии.

Как также его не удивляло, что женщины по субботам собираются в специальных кафе и допоздна сидят, обсуждают свои дела.

Потом мужья на машинах приезжают за ними и отвозят домой.

Такие порядки испокон веков были в стране, и Максим находил их вполне приемлемыми.

Ильхам проводил их до лестницы на второй этаж и когда гости поднялись на первый пролет, забежал вперед.

Идя по коридору второго этажа, Ильхам молчал, тем самым показывая, что они идут в святая – святых – кабинет хозяина дома.

Осторожно постучав во вторую дверь справа, Ильхам приоткрыл ее и засунув голову спросил:

– Можно войти?

– Заходите гости дорогие! – радушно пригласил хозяин.

Максим вторым зашел в большую светлую комнату, отделанную темным деревом, и придержал дверь, приглашая Юлю войти.

Как хорошо воспитанная девушка, Юля вошла и сразу же поздоровавшись, остановилась на пороге.

– Давай девушка посиди с моими дочками, а я пока с Максимом решу все дела.

Юля скромно сказала, не поднимая глаз:

– Как вам будет угодно, – и тут же передала Максиму свою сумочку.

Ильхам дисциплинированно вышел из кабинета, пропустив впереди себя девушку.

– Давай пока документы и рассказывай, что случилось, – предложил хозяин дома, водрузив на нос очки в роговой оправе.

– Я попал в очень некрасивую историю. Какие-то люди, которых я совсем не знаю, решили меня убить.

Сначала они меня пытались утопить, но вы знаете, как я плаваю, и у них ничего не получилось.

Когда мы фотографировались с девушкой, то к нам прицепилась милиция, увидя деньги, но мы сбежали. Может быть не совсем корректно: девушка брызнула одному милиционеру в лицо вот из этого баллончика, но данных на нас у них нет.

Я забрал фотоаппарат и уничтожил данные в компьютере фотографа, – быстро сказал Максим и опустил голову.

– Почему ты не вызвал милицию, когда тебя пытались убить? – спросил отец Ильхама, внимательно смотря на Максима.

– Эти люди, которые пытались меня убить оказались соседями моей девушки. Когда я это увидел, то вызвал милицию, но она ничего не стала делать, а только оказала медицинскую помощь одному из нападавших и уехала.

Максим не стал посвящать лишнего человека в факт людоедства, попытку отмочить, а потом съесть глорха, а тем более про кражу из сейфа соседей толстой пачки долларов.

– Почему бандиту оказывали медицинскую помощь? – спросил хозяин кабинета.

– Я ткнул ему пальцем в глаза, и он окривел на один глаз, а второй у него сильно воспален, – пояснил Максим.

– Ситуация оказывается несколько сложней, чем казалось на первый взгляд, – задумчиво сказал Азамат Нигматович и жестом подозвал Максима к себе.

На столе, перед хозяином кабинета лежало два российских паспорта.

– Сделать вам российские паспорта – не проблема!

Сейчас сюда вклеим ваши фотографии и вы граждане России.

Со вчерашнего числа въезд на территорию страны разрешается только по заграничным паспортам.

Это несколько сложнее, а тем более у тебя подпирает время! – сделал ударение на последнем слове хозяин кабинета.