Лорд Воскресенье - Гарт Никс

— Следите за ним, но не стреляйте, — скомандовал майор и пробормотал в радио что-то такое, чего Листок не расслышала.

— Что толку стрелять вот в это чем-то меньше пятидесятого калибра? — спросила Чен, но пистолет продолжала держать нацеленным на существо.

— На нем ошейник, — сказала Листок, указывая на узкую ленту, охватывающую "шею" создания. От ошейника тянулся тонкий плетеный поводок, и вел он за угол.

— Ты сказала, что тут что-то странное, и ты была права, — сказала Чен.

— Вот знать бы еще, кто держит поводок, — сказала Листок.

Ответ она получила мгновением позже, когда из-за существа вышла человекоподобная фигура. Незнакомец был двух с половиной метров ростом, зеленокожий, одет в сюртук из осенних листьев и брюки, кажется, из зеленого дерна. Обуви на нем не было, и Листок ясно видела длинные желто-бурые пальцы на ногах, напоминающие корни ивы.

В правой руке он держал косу древком вниз. Это древко было длиной метра три, а изогнутое лезвие за его спиной тянулось от плеча до плеча. Лезвие состояло из какого-то темного металла, не отражавшего свет.

— Я пришел за девочкой по имени Листок, — сказал этот тип, явный Житель. Он небрежно указал рукой. Листок заметила, что ногти на его руках настолько темнее зеленой кожи, что кажутся черными. — Вы, остальные, можете идти.

— Что… Кто ты такой? — отозвался майор Пенхалигон.

— Я обыкновенно известен как Жнец, и этого довольно, — ответил Житель. — Девочка Листок, твоего присутствия требует мой повелитель. Иди ко мне.

— Твой повелитель? — спросила Листок. Майор опять что-то шептал в передатчик, а Чен теперь целилась в зеленого Жителя. — Это у нас Суббота или Воскресенье?

— Нет необходимости сообщать тебе это. Иди ко мне, дитя, не то я спущу зверянку на твоих спутников.

— Приготовься бежать, — прошептала Чен так тихо, что Листок почти ее не услышала.

— Бегом! — рявкнул майор Пенхалигон. В тот же момент он и Чен начали стрелять в зверянку. Листок со всех сил кинулась к дверям, вокруг нее раздавался грохот выстрелов, затем Пенхалигон и Чен, топоча сапогами, догнали девочку. Чен подхватила ее под мышку, и они вырвались из дверей. Майор Пенхалигон остановился и всадил несколько пуль в щупальце, чуть не ухватившее его за ногу. Даже когда пули попадали, они, похоже, почти не причиняли вреда.

— К машине! — крикнул майор Пенхалигон. БМП развернулся так, что его пулемет на крыше смотрел в сторону входа в больницу, а задняя дверь была открыта. Чен поставила Листок на землю, и они втроем кинулись к машине, а пулемет принялся оглушительно строчить у них над головами.

Вильямс и Мартина уже были внутри. Они освободили место, когда Чен, Листок и майор ввалились к ним. Чен дернула за переключатель, закрывающий заднюю дверь. Двигатель загудел, и створка начала медленно подниматься, и тут одно из щупалец зверянки выскользнуло из-за угла и ухватилось за ее край.

Снаружи тяжелый рокот турельного пулемета прекратился, и из внутреннего динамика раздался испуганный голос водителя:

— Оно не останавливается. Я не могу…

Машина сотряслась от внезапного удара. Листок не удержалась и упала на пол. Пока она поднималась, второе щупальце вцепилось в створку с другой стороны. Чен рубанула его боевым ножом, но то оказалось словно резиновым. Нож просто отскакивал, как Чен ни старалась.

Оба щупальца обвились вокруг створки и оторвали ее. Тяжелая броневая плита поддалась так легко, словно была мармеладной. Дверь пролетела по воздуху и врезалась в выгоревший остов автомобиля на улице, а зверянка показалась в поле зрения целиком.

Чен и майор Пенхалигон попытались отодвинуть Листок назад, словно могли как-то защитить ее от чудовища, но Листок воспротивилась.

— Нет! — сказала она. Чтобы произнести следующие слова, ей пришлось собрать вместе всю свою храбрость, но она справилась. — Не выйдет. Я… я пойду с ними. Тогда они, скорее всего, оставят вас всех в покое.

— Воистину так, — подтвердил Жнец, внезапно появившийся в проеме. — Идем. Времени мало.

— Нет! — выдохнул майор Пенхалигон. н схватил Листок за руку, не давая ей идти к выходу. — Мы наверняка что-то сможем…

— Не сможете, — тихо произнесла Листок. Она освободилась от руки майора Пенхалигона и вышла из машины. Остановившись, она оглянулась и добавила:

— Никто из нас ничего тут не сможет поделать. Я только… я только надеюсь, что Артур меня спасет… всех нас спасет…

— Артур? — переспросил майор. Даже сквозь противогаз его голос звучал удивленно, даже потрясенно. — Мой братишка?

— Да, — кивнула Листок.

— Довольно! — вмешался Житель. Наклонившись, он схватил Листок за плечо. Она передернулась от его прикосновения, и ощутила такую волну ужаса, что чуть не упала. Но она справилась с этим и осталась стоять. Ей не хотелось, чтобы Житель — или Чен и Пенхалигон — видели, как она напугана. К счастью, противогаз закрывал лицо, а то они бы заметили — слезы струились по ее щекам, а она не могла ни сдержать их, ни стереть.

— Идем!

— Присмотрите за спящими! — крикнула Листок, когда ее уже вели прочь, к дверям больницы Пятницы. Только теперь, как она разглядела сквозь слезы, это уже не был вход в больницу. Теперь это была одна высокая сводчатая дверь, украшенная тысячами извивающихся узоров и форм, изображений того, что было, и того, что еще только может быть; завораживающий калейдоскоп цветов и движений, о котором Листок хорошо помнила, что на него нельзя смотреть долго, иначе можно так увлечься, что обо всем позабудешь.

Иными словами, то была Парадная Дверь Дома.