Пересекая границы - Оксана Панкеева

— Богатая страна — это хорошо… — вздохнула Ольга. — Я жила в бедной стране. Ладно, не будем о грустном. Лучше расскажи мне еще что-нибудь. Вот, например… эти книги. Это твои? Ты любишь читать? Я очень люблю.

— Можешь пользоваться моей библиотекой, — предложил Элмар. — Когда научишься читать.

— Но я умею читать.

— На печатные тексты лингвистический феномен не распространяется. Читать тебе придется учиться заново. Это будет нетрудно, раз ты раньше умела, просто выучишь другой алфавит. Все переселенцы быстро учатся. Но это не сейчас, и вообще, пусть этим занимается Жак, он знает как, у него опыт есть…

— Жак — это кто?

— Королевский шут. Он занимается у нас адаптацией переселенцев помимо основной работы. Он тебе понравится, он славный парень и поразительно похож на тебя. У него такая же смешная речь.

— А почему он этим занимается?

— А ему интересно. Да и потом, он обаятельный, и люди с ним легче находят общий язык.

— Элмар, а много у вас таких, как я?

— Таких, как ты — практически нет, — засмеялся Элмар. — А вообще переселенцев… Я точно не знаю. С Терезой ты, наверное, познакомишься. Есть еще госпожа Гольдберг, почтенная пожилая дама, она работает в Казначействе бухгалтером. Шеллар ее очень ценит. Была еще какая-то крестьянка, но она вышла замуж и уехала в деревню… По-моему, женщин больше нет. Из мужчин я знаю не всех. Ну, во-первых, господин Хаббард. По-моему, он твой современник, может с разницей в десять-двадцать лет, и большая сволочь, так что будь с ним осторожнее. Во-вторых, Дик. Он сейчас работает вышибалой в «Лунном Драконе». Забавная была история, я тебе как-нибудь расскажу. Потом, Марк. Он из каких-то давних времен, хороший мечник, сейчас служит в королевской страже. Я всех точно не помню. А о тех, кто не смог адаптироваться, я тебе не буду рассказывать, чтобы зря не пугать.

— А бывает и такое? А как это — не смог адаптироваться?

— Тебе это не грозит. Ты цивилизованный человек, образованная девушка, способная понимать, что кроме твоего взгляда на жизнь бывают и другие. А для примера можно вспомнить одного религиозного фанатика из ваших средних веков, который начал проповедовать свое учение, собирать воинствующий орден и провозглашать страшные вещи. Закончилось все очень печально — судом и виселицей. Наши христианские ордена сами обратились к королю с просьбой пресечь эти безобразия, так как этот пришелец дискредитировал идеи христианства.

— А у вас есть христиане? — удивилась девушка.

— Есть. — Элмар улыбнулся. — Только совсем не такие, как у вас. Это обычная мистическая школа, как многие другие, совершенно мирная и безопасная. Я знаю, как все произошло у вас, мне Жак рассказывал. Жуткая история. Кто бы мог подумать, от каких мелочей иногда зависят судьбы мира… Или просто у вас люди более религиозны?

— А как это было у вас?

— Нормально, как и со всеми остальными. Жил когда-то очень талантливый мистик, создал свою школу, обучил учеников, наделал много добрых дел, прожил долгую счастливую жизнь и умер в почтенном возрасте. Погиб, спасая своего ученика, который по неопытности встрял в неприятности. Никаких интриганов-конкурентов, никаких учеников-предателей, никаких крестов и прочего мученичества… Ольга, ты любишь стихи?

— Люблю, — охотно призналась девушка. — С удовольствием послушаю, если ты почитаешь мне вслух. Раз уж я оказалась снова неграмотной. А если хочешь, и я тебе почитаю. У меня в рюкзаке мои книги, там и поэзия есть.

— Тогда давай по очереди, — предложил Элмар, которому хотелось и того, и другого.

За этими поэтическими чтениями они и встретили рассвет. А вместе с рассветом пришла Азиль. Она возникла в дверях, как всегда бесшумно, и остановилась в своей обычной позе — подогнув одну ногу, чуть склонив голову набок и придерживаясь рукой за косяк.

— Доброе утро, — тихо сказала она. — У тебя гости?

Элмар отложил книгу и встал ей навстречу. Только встав, он заметил, что последняя бутылка была лишняя.

— Доброе утро, Азиль, — ласково ответил он, обнимая ее и прижимая к груди. — Это не гости, это небольшая работа на благо короны, которую мне подкинул дорогой кузен. Познакомься, ее зовут Ольга. А это и есть Азиль.

— Привет! — радостно откликнулась Ольга и тоже встала. — Ой, Элмар, тебе не кажется, что последняя бутылка была лишняя?

— Мне кажется, — засмеялась Азиль, — Что лишними были последние три. Что, король поручил тебе проверить, сколько вина можно выпить с подругой за приятной беседой?

— Она не подруга, — нахмурился Элмар. — Она переселенка. Мафей сегодня ночью притащил. А у Жака какие-то проблемы дома, и король поручил мне заниматься адаптацией.

— Только сегодня ночью? — Азиль чуть подняла брови. — А пить вы начали сразу, как только оказались дома?

— Совершенно верно!

— Это заметно. А что у Жака за проблемы?

— Сам не понимаю, какие проблемы могут быть дома у человека, который живет один и даже слуг не держит. Не сгорел же у него дом? Может, откроем еще бутылку и посидим втроем?

— А может, пойдем все потихоньку спать? По-моему, вам хватит на сегодня. А посидим вечером.

— Да, пожалуй, — поддержала ее Ольга. — А то я что-то совсем пьяная и спать хочу…

Спустя несколько дней я все-таки нашел этот проклятый шнур. Распотрошил какой-то прибор со склада, там по счастью оказался провод нужной марки. Оставалось только залезть еще раз в центр, подключиться и выяснить, где же лежат детонаторы, что я и сделал. Я жутко боялся, что доблестный советник придумает еще какой-нибудь занимательный эксперимент с моей психикой, которая и так уже к тому времени пошатнулась. Как меня засекли — до сих пор не знаю, на этаже не было охраны, в коридоре можно было делать что угодно. Охрана была только на входе, но оттуда вход в центр не виден… Наверное, или я где-то в системе наследил, или кто-то из других техников заметил и стукнул. Там были и другие, такие как я. Один конструктор с полностью треснувшим блюдцем, который на полном серьезе сотрудничал с «новой родиной» и конструировал им танки, ни много ни мало. Танки, пушки, винтовки и прочие огнестрельные прелести. Два спившихся приятеля — электронщик и оператор, которые обслуживали систему и генератор. Общаться с ними было невозможно, поскольку трезвыми я их ни разу не видел. А с еще одним, таким же как я, общаться не захотел я, потому что он мог меня расколоть. В общем, не знаю, на чем я попался. Это должен был быть мой последний день в Кастель Милагро — оказалось, что детонаторы тоже хранятся в центре, в специальном контейнере, причем наши отдельно от заключенных и с более крепкой бетонкой. Колючку в те времена еще не придумали, но и бетонка тоже вещь малоприятная, без фугаса не сломаешь. Фугас я написал прямо с утра, ну, конечно, не то, чтобы написал, в уме составил, на чем же его писать… А ночью я должен был взять свой детонатор, снять периметр и удрать через т-кабину. Все равно, куда. Но где-то я прокололся.