Разрушь преисподнюю! - Валерий Вайнин

– Вы там что, озверели?! – напустился на него Куроедов. – Средь бела дня бучу устроили, кретины!

Положив кейс на сиденье, начальник охраны погладил его ладонью.

– Хорошая выручка, Владимир Сергеевич. Особенно – для этой хилой точки.

– Гаврилыч, ты меня слышал?!

– Насчет драки, что ли? Толкач, падло, часть бабок решил затырить. Ребята засекли, ну и само собой… Дело житейское.

Покосившись на приятеля-щеголя, Куроедов проворчал:

– Хрыч старый. Сам-то зачем полез?

Гаврилыч пожал плечами.

– Пес меня знает. Силы навалом, поразмялся чуток Жалко тебе?

Куроедов многозначительно посмотрел на сидящего рядом приятеля. Тот разгладил пальцем усики.

– Гаврилыч, – процедил он сквозь зубы, – чтоб в последний раз.

Начальник охраны развернулся в его сторону.

– Юрий Васильевич, а ты меня не лечи! На тебя я не работаю, понял!

Юрий Васильевич выдержал его взгляд.

– Такой независимый, да? – произнес он иронично. – Хочешь со мной поссориться – сделай одолжение.

Глаза начальника охраны покраснели и набрякли в точности так же, как у его босса. Вокруг его фигуры стала густеть сероватая дымка.

– Лично мне, – прошипел он, – на тебя глубоко насрать!

Юрий Васильевич скривил в усмешке губы.

– С чего бы, Федя? Откуда столько отваги? Бульон в тебе, что ли, бурлит?

Куроедов положил руку ему на плечо.

– Не заводись, Юрик Ты ведь знаешь, – подмигнул он, – мент и в отставке мент. А ты, Гаврилыч, не возникай. Правильно тебе сказано: в последний раз. – Он показал начальнику охраны сдобный кулак – Размяться ему, сучку, захотелось!

Отвернувшись, Гаврилыч с достоинством оперся на руль.

Приятель-щеголь взялся за ручку дверцы.

– Ладно, созвонимся позже.

Куроедов его придержал.

– Погоди, Юрик. Во-первых, деньги. – Он кивнул на кейс. – Тебе наличка нужна?

Юрий Васильевич качнул головой.

– Переведи на счет, как обычно.

– Без проблем, – кивнул Куроедов. – А во-вторых, не хочешь взглянуть, какую телку я себе откопал? В школе училкой пашет. Юра, это полный отпад!

Приятель-щеголь отмахнулся.

– Не до твоих телок. Дел вагон, и в конторе показаться надо.

– Зря, Юрий Васильевич, – встрял начальник охраны, явно ища примирения. Краснота сошла с его глаз, дымка вокруг тела рассеялась. – Девушка, доложу я вам… принцесса. Красоты неописуемой.

Куроедов артистично откинул со лба волосы.

– Юрик, поверь: увидишь ее – в столбняк впадешь.

– Ей-богу, гвоздь мне в печень! – подтвердил Гаврилыч.

Юрий Васильевич отодвинулся от дверцы.

– Интригуете прямо. Если она хоть вполовину такая…

– На двести процентов! – заверил Куроедов. – Одна лишь спотычка: муж ее, как я выяснил, в той же школе телепается. Нейтрализовать бы его по-тихому.

Юрий Васильевич достал расческу и провел ею по виску.

– Володь, в чем проблема? Тачка хоть у них есть?

Куроедов состроил гримасу.

– Если это можно назвать тачкой. Раздолбанный «жигуль».

– Вполне достаточно. – Расчесав висок, Юрий Васильевич извлек мобильник. – Колюня! – произнес он, набрав номер. – Привет, это Луганский!.. Коля, я не пропал. Если б ты знал, на каком я свете… Согласен, дружище, не отверчусь. Но сейчас прямо к делу, о'кей?.. Выдели-ка двух своих молодцов с мигалкой и со всеми прибамбасами. На часок-другой… Николай, моя контора светиться в этом не хочет. Мне ли тебя учить?.. Спасибо, дорогой. Сам сейчас подрулю и прихвачу их. Обнимаю. – Юрий Васильевич убрал телефон в карман, обронив небрежно: – Сперва на Смоленку заедем.

Гаврилыч врубил мотор, и «Мерседес» покатил мимо подворотни с опустевшими фанерными ящиками.

– Во как работать надо! – подмигнул Куроедов. – Контора веников не вяжет.

Приятель-щеголь погрозил ему пальцем.

– Смотри, если телка твоя меня не впечатлит!

– Впечатлит, не волнуйся, – хихикнул Куроедов. – Лишь бы не до паралича.

Тут Гаврилыч, вырулив из переулка на шоссе, спохватился:

– Кстати, о работе! Мне там, пока торговля шла, звонок был. Насчет Клопа.

– Ну? – встревожился Куроедов. – Как у него прошло?

Начальник охраны усмехнулся.

– Впарил ментам за милую душу. Побарахтаются теперь!

Куроедов откинулся на спинку сиденья, блаженно прикрыв глаза.

– Что за денек! Чудо, а не денек!

4

Красный «Москвич» припарковался возле одноэтажного кирпичного строения, напоминающего раздутую собачью конуру. Это и была мастерская по ремонту иномарок, на владельца которой указал информатор.

– В общем, башку даю на отсечение, – подытожил разговор Алексей, – что угнанные машины идут здесь на запчасти. Но зацепки, само собой, ни единой.

Светлана рассматривала литые металлические ворота.

– Ты хоть видел этого Волобуева?

– Мельком. Тот еще фрукт. Вполне способен подложить взрывчатку.

– Хорошо сказано. Какие у тебя основания, Калитин? Не считая, конечно, доноса Клопа.

Алексей пожал плечами.

– Интуиция. Волобуеву иной раз перепадала халтурка и от покойного Лепко. В автосалоне этот малый брал машины для мелкого ремонта. И легко мог при общем раздолбайстве начинить одну из тачек динамитом. Что, как известно, и произошло.

Светлана приоткрыла дверцу.

– Во-первых, не установлено, что взорванная тачка побывала у Волобуева. А во-вторых – мотивы, Калитин. Каковы мотивы?

– Какие угодно. – Алексей также открыл дверцу. – Либо что-то личное, либо заказ. Причем необязательно Куроедова.

– Кра-асиво! – фыркнула Светлана и направилась к гаражу.

Догнав ее, Алексей осведомился:

– Имеются возражения?

Светлана лишь вздохнула, осматривая ворота. Снаружи замка не было. Ворота, судя по всему, закрыты были на засов изнутри. Светлана принялась колотить в них ребром ладони.

– Эй! Есть там кто?

Никто не отозвался.

Алексей толкнул боковую дверь, которая легко отворилась.

– Будь проще, Сычова, – усмехнулся он.