Контракт на тело - Ольга Кандела

Скользнула рукой к горловине его рубашки, подцепила верхнюю пуговичку. Расстегнула медленно и со вкусом. Затем вторую и третью, пока рубашка окончательно не распахнулась. На шее Лунного обнаружилась длинная серебряная цепочка и серебряный же медальон в форме двойного полумесяца. Красивый. Должно быть, это какая-то семейная реликвия, очень уж он похож на родовой знак Белого Полумесяца.

Я тронула пальцем тонкий металл, согретый теплом тела. Затем коснулась кожи. Провела пальцем по ключице и впадинке у основания шеи.

Теар наблюдал чуть настороженно, словно ждал подвоха. Но тем не менее лежал смирно, позволяя трогать себя. Кожа его была гладкой и горячей. Приятной. И, не удержавшись, я коснулась ее губами. Проложила дорожку поцелуев от груди и вниз, до самого пупка. Шаловливо провела пальчиками вдоль пояса брюк, слегка зайдя за кромку. И вернулась обратно, к напряженной шее с выступившей голубоватой жилкой. Скользнула языком по горлу и шершавому подбородку, с упоением ощущая солоноватый вкус его тела.

Как же мне хотелось, чтобы он ответил! Сделал хоть что-то! Да хоть бы обнял, в конце концов!

Сама схватила его ладонь и положила себе на талию. Мимолетно подумала: если вдруг выступит броня, Теар это почувствует. А, придумаю что-нибудь! В конце концов, он знает, что у меня в роду были лаэры, мало ли какие признаки могут проявляться. В общем, стало откровенно все равно. Лишь бы разморозить эту ледышку.

Я льнула к нему, как мартовская кошка. Терлась всем телом, словно последняя шлюха, и, самое смешное, ничуть не стыдилась этого. Он просто дико нравился мне таким: лежащим на смятой постели, в распахнутой рубашке, с запрокинутой головой и… упорно рассматривающим совершенно пустым взглядом потолок.

На лице его застыло такое откровенно скучающее выражение, что было впору повеситься. Все мое женское самолюбие растоптали одним только этим взглядом и оставили корчиться в предсмертной агонии.

И на смену желанию пришла злость. Жгучая и неконтролируемая.

Рывком расстегнула его брюки и запустила руку под пояс. Ну уж если это не поможет, тогда точно дело труба!

Теар дернулся — видать, испугался за свое хозяйство. Ну, зато хоть теперь не скучает! Напрягся весь, бедненький. Стиснул зубы и смотрит выжидающе, готовый в любой момент обернуться.

Вот только вряд ли это ему поможет. Ведь как ни парадоксально — самый уязвимый мужской орган после трансформации остается все таким же незащищенным. А из-за выброса гормонов становится еще и более чувствительным. Как к наслаждению, так и к боли…

Определенный минус для лаэров.

И несомненная выгода для меня!

Ведь если бы не это обстоятельство, вряд ли бы наша профессия вообще имела смысл.

— Что вы делаете? — сквозь стиснутые зубы прошипел Теар и приподнялся на локтях.

— А разве не понятно? Пытаюсь доставить вам удовольствие.

Я и правда пыталась. Ласкала его, то скользя совсем невесомо, то крепко сжимая ладонь. Но у Теара даже ничего не шевельнулось!

— Мне неприятно! — Угрожающих ноток в голосе Лунного заметно прибавилось.

— А мне приятно! — шаловливо улыбнулась я.

Ну а что? Я ведь давно хотела его пощупать. Вот, наслаждаюсь! Не совсем то, на что я рассчитывала, конечно. Но все равно есть за что ухватиться.

— Довольно! — резко выдохнул лаэр и отбросил мою руку. Сел рывком, а потом и вовсе встал, ссадив меня на постель.

Я только и успела, что недоуменно хлопнуть глазами.

— На сегодня достаточно, — заявил он и, отвернувшись, стал второпях застегивать рубашку.

А я вдруг растерялась. Что, спрашивается, сделала не так? Можно подумать, оскорбила его своими приставаниями.

Впрочем, оскорбленным Теар не выглядел. Просто хмурым. Дерганым каким-то. Закончив с рубашкой, он подошел к лежащему на ковре платью, подхватил двумя пальцами и швырнул мне на колени.

— Мне уйти? — на всякий случай уточнила я.

— Думаю, да. — Голос Лунного вновь звучал холодно и отстраненно. Словно он беседует с деловым партнером, а не с девицей, что всего минуту назад нагло лазила у него в штанах. — Я предупреждал, что под действием сыворотки ничего не выйдет. Надеюсь, вы в полной мере в этом убедились.

Уж в чем в чем, а в этом я точно убедилась! Проклятая сыворотка! Еще пару дней попринимает — и кое-что у него совсем отвалится!

Кажется, я тоже становлюсь дерганой.

Второпях накинула на себя платье, запахнула на груди. Подать мне пояс Лунный не удосужился, и пришлось наклониться за ним.

— Доброй ночи, — пожелала напоследок, на ходу обматывая пояс вокруг талии.

Завязывала его уже в гостиной, стремясь как можно скорее избавиться от общества итару. Отчего-то вдруг стало противно и неприятно. Будто это я была виновата в том, что у него ничего не выходит.

Шерх! Никогда еще со мной такого не случалось. Чтобы мужчине было противно от моих прикосновений! Чтобы меня полураздетой выставили из спальни! И хоть разумом я понимала, что все это следствие действия сыворотки, все равно чувствовала себя униженной.

Да уж… Видела бы это мадам Мирель… Тотчас бы выгнала меня из агентства.

Несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула, пытаясь избавиться от мерзкого ощущения, и решительно вышла в коридор.

Одно хорошо — ночь у меня сегодня точно будет спокойная. Может, хоть высплюсь.

Аккуратно прикрыла за собой двери и уже собралась направиться в свои покои, как от противоположной стены отлепилась тень.

— Доброй ночи, Ласка.

На этот раз Сайф не спешил подходить, держал дистанцию, видимо памятуя о недавней стычке в переулке.

А жаль. Мне бы сейчас не помешало выпустить пар. Был бы хороший повод расцарапать чью-то не в меру наглую физиономию.

— Что вы здесь забыли? — Расшаркиваться перед ним я не считала нужным, а потому даже не попыталась скрыть раздражения в голосе.

— Да так. Волнуюсь за вас, можно сказать, — усмехнулся этот проныра. — Как все прошло?

— Никак! — Не удержавшись, я фыркнула.

— Очень жаль, — посочувствовал Сайф. Хотя я-то знала, что ему все равно. — Если я могу вам чем-то помочь, вы только скажите. К слову, мои покои слева по коридору.

И Сайф расплылся в любезнейшей улыбке.

На что это он намекает?

— Даже представить не могу, какая помощь мне может от вас понадобиться, — ответила в таком же любезно-шутливом тоне.

— Ну мало ли… я много всего умею. Могу, к примеру, помочь снять… — Он недвусмысленно покосился в вырез моего платья. — Напряжение.

Еще чего! Мне и одного неуравновешенного лаэра хватает. И надо быть совсем идиоткой, чтобы связаться еще и со вторым!