Непревзойдённые. Демоны Второго Города - Вадим Панов

– Она летает быстрее, чем «Архитектор» плавает.

– «Архитектор» не плавает, а ходит, – поправил Хишу Двойной. – Давно не виделись, пернатый.

– Я не скучал, – тут же отозвался Страус.

– Не сомневаюсь, – хмыкнул пират. – Зачем пожаловал?

Он сделал знак морякам не приближаться, а поскольку они с Диким стояли на корме вдвоём, получилось так, что их диалог никто не слышал.

– С тобой хочет поговорить Непревзойдённая, – ответил Хиша.

– Она здесь? – удивился Грог.

– Да.

– Почему не пришла сразу?

– Потому что я должен убедиться, что ты не наделаешь глупостей, – спокойно пояснил Страус. – Ириска прихватила в путешествие множество Волшебных Плетений и может потопить твою посудину в считаные секунды. Но не хочет. Никто из нас не хочет. Нужно поговорить.

– Понимаю, – серьёзно кивнул Двойной. – Ты, наверное, слышал, что у нас многое поменялось? Теперь мы не грязные пираты, а честные моряки флота Её Величества Маринеллы Первой, принцессы Уз. И мы атакуем только тех, кто враждует с нашей повелительницей.

– Представляю, как тебе грустно.

– Напрасно хихикаешь, – вздохнул Грог. – Маринелла изменит южные моря.

– Возможно, – не стал спорить Хиша. И вернулся к делу: – Ты даёшь слово, что не причинишь Ириске вред?

– Если Непревзойдённая боится, я могу сам подняться к вам на борт, – осклабился Муне.

Уне тоже улыбнулся, но гораздо сдержаннее Муне.

– Она не боится, – нахмурился Дикий.

– Тогда пусть приходит.

Страус выдержал паузу, словно в последний раз прикидывая, можно ли доверять словам Двойного, после чего поднял голову и махнул крылом. Из люка высунулась Ириска, огляделась и принялась спускаться по раскачивающейся лестнице на палубу.

Фея впервые в жизни сходила на настоящий пиратский корабль, и поэтому любопытство начисто заглушило в ней тревогу: спускаясь, девочка вертела головой, разглядывая мачты, паруса, ванты и, конечно же, Двойного Грога – рослого франта, облачённого в башмаки с золотыми пряжками, серые рейтузы из дорогой ткани с вычурной чёрной вышивкой, шёлковую рубаху с кружевами и широкий красный пояс, из-за которого торчали пистолет и кортик. Но выделялся Грог не только одеждой: он был шмызлом, выходцем из Плесени, и на его широких плечах соседствовали две головы. Голова по имени Муне – лысая сверху, зато обладающая густыми бакенбардами и бровями. И слепая от рождения голова Уне.

Шмызлы редко встречались в Прелести, но Страус предупредил фею, кого ей предстоит увидеть, поэтому девочка справилась с любопытством и не стала таращиться на капитана пиратов, как на какую-то диковинку.

– Рад приветствовать вас на борту, Непревзойдённая, – учтиво поклонился Грог, едва Ириска спрыгнула на палубу.

– Ваш корабль выглядит именно так, как я представляла, – светским тоном отозвалась фея.

– Часто бываете на парусниках?

– На пиратском – впервые.

– Поверьте, в глубине души мои ребята гораздо мягче и благороднее, чем снаружи. – Голова Муне улыбнулась. – Хотя выглядят они действительно… м-м… агрессивно. – Отвечая, Двойной увлёк Ириску к корме, и теперь даже Страус не слышал их разговор. Хиша остался у штурвала, нервно теребил кожаную наплечную сумку, но к пирату и фее не приближался.

– В первую очередь я хочу принести искренние извинения за то, что собирался вас убить некоторое время назад, – учтиво произнёс Грог. – К сожалению, иногда обстоятельства складываются парадоксальным образом, и приходится действовать вопреки своим убеждениям.

– То есть вы не хотели нападать на Коралловый Дворец? – поинтересовалась сбитая с толку фея.

– Хотел, – не стал скрывать Уне-Муне. – Но в тот момент я был пиратом, и полагаю, это меня некоторым образом извиняет.

– А человеком быть не пробовали?

– Я – шмызл. – Слепая голова едва слышно хихикнула. – Быть человеком – это немного не моё.

Ириска быстро оглядела обе головы капитана, решила с подобным утверждением не спорить и произнесла:

– Вы не удивились, увидев «Бандуру», – показывая, что пора начинать серьёзный разговор.

– Маринелла предупреждала, что вы придёте, Непревзойдённая, – вежливо ответил Муне. – Моя принцесса ждала вас на острове Каракурта, но объяснила, что я должен сказать, если вы туда не соберётесь.

– Мы ищем Сумрачного Бубнителя, – прищурилась Ириска. – Он кое-что у меня украл.

– Я расскажу всё, что знаю, – пообещал Грог. – Но прежде я обязан передать личное послание Маринеллы: моя принцесса сожалеет о том, что произошло, и даёт слово, что больше никогда не нападёт на остров Непревзойдённых и вообще на фей. Если, конечно, феи не нападут первыми.

Неожиданное послание сбило Ириску с толку. Девочка удивлённо взмахнула ресницами, обдумывая услышанное, однако пауза в разговоре не затянулась.

– Маринелла долго спала, проснувшись, не разобралась в происходящем и стала действовать чересчур прямолинейно, – мягко продолжил Уне-Муне. – Но вы должны чётко понимать, Непревзойдённая, что моя принцесса не служит королеве Гнил. Сначала Маринелла сочла себя обязанной старухе за освобождение, но теперь все её обязательства остались в прошлом.

– Я приму ваши слова к сведению, – кивнула фея.

– Очень хорошо. – Грог улыбнулся обеими головами. – Что же касается Сумрачного Бубнителя, то он поднялся на борт «Архитектора» вместе с абордажной командой. Мы знали, что он появится, и доставили его на Каракурт – это было частью сделки между Маринеллой и старухой Гнил. На острове Бубнитель пересел на другое судно, и больше мы его не видели.

– Куда направлялось то судно? – немедленно уточнила фея.

– Оно шло в Гадрас, один из крупных портов южных морей, но я думаю, Бубнитель собирается на север. Из Гадраса часто уходят купеческие караваны.

– Бубнитель рассказывал о своих планах?

– Нет. – Грог отрицательно покачал головой Муне. – Но Маринелла приказала передать, что, по её мнению, Бубнитель отправился во Второй Город, ибо в Библиотеке Цитадели Разума хранится единственная толковая книга о Самоцветных Ключах.

– Передайте принцессе мою благодарность, – дипломатично выдавила из себя Ириска, которая до сих пор не представляла, как ей следует относиться к пирату и его повелительнице. Девочка ожидала, что разговор будет трудным, возможно, с угрозами, и растерялась от того, что злая колдунья, «чёрная легенда Океана», проснувшийся ужас, повелевающий Неудержимыми Извергами, добровольно помогла ей в поиске.

– Маринелла знает, что никогда не станет феям другом, но она не хочет с вами воевать. Во всяком случае – пока, – негромко произнесла слепая голова. – А у вас, Непревзойдённая, для войны нет сил, потому что владыки южных стран не желают повторения кровопролития семисотлетней давности. Во всяком случае – пока, – повторила голова Уне. – Зато у вас есть сильный враг – старуха Гнил. И так получилось, что Маринелла не испытывает тёплых чувств к повелительнице Верхней Плесени.