Линкольн. Том II - Маргарет Неве

Через мгновение, земля ушла из-под ног и стала удаляться. Яочнуться не успел, как стоял на мостике космического корабля «Орбиты–7». Ондеформировался так, что с каждым годом опускался к земле. Все ниже и ниже, ивот, опустился до такой точки, что облака были рядом с ним, а земля под ним. Номы были на достаточном расстоянии, чтобы нас не смогли достать. На расстояниинебоскреба,  то есть около 270 этажей в высоту. Сколько это метров, я не помнил,не до этого сейчас было.

Я опустился на колени и пытался отдышаться, так как чувствовалсебя, будто пробежал километры галопом. Скорее всего, из-за перепада давления,из-за шока, что испытал за последние полчаса. Услышать, что твой брат совершилпреступление против человечества, предал тебя и обвинял наравне с другими – этобыло слишком, даже для моей уравновешенной психики. Как ни странно, я не былзол на Алекса. Я  сочувствовал ему, ведь он был моим братом. Он был моейсемьей, а мама говорила, что семью не выбирают. Я должен был смириться, но где-тов глубине души я понимал, что пригрел на своей груди гадюку.

Через несколько минут мой уставший организм более-менее сталприходить в себя. Дыхание выровнялось, удары пульса стали реже,  и сердцезастучало медленнее, но во рту по-прежнему было сухо.  Наконец, я поглядел намоего спасителя, а точнее спасительницу.

Невысокого роста, очень хрупкая и грациозная. У  нее былашикарная осанка. С ней она походила  на балерину. Волосы черные, кожа цветапеска, покрытая такими же странными татуировками, как и кожа Ая.  На ее теле неосталось "свободного" места, они оказались даже на лице. Если бы нетатуировки и цвет, она была очень красивой. Особенно прекрасны ее глаза – такиеживые, ярко-зеленые, и на мгновение мне почудилось, что они человеческие. Потомя поглядел на ее крылья – металлические, из нескольких разных сплавов, деталина них все время вращались по часовой стрелке. Из того, что я увидел, я сделалвывод, что немного заблуждался, когда подумал, что незнакомка прототипчеловека. Нет, она также как и Моркие была другой. Даже чем-то иным, непонятнымдля моей логики.

«Какой, однако, у меня странный ангел», – подумал я, нозаговорить с ней побоялся. Я не знал, что на уме у этой местной красавицы.

Она предложила мир сама:

 – Не бойся, я не трону тебя, – да, это была она, что спасламеня у обрыва и указала путь из лабиринта. Я узнал ее по голосу.

– Мое имя Виктор Линкольн, – хрипло представился я, так какголос был сорван.

– У меня нет имени, – сказала незнакомка, – Мы дополнение кнашим спутникам.

– И где же твой мужчина?

– В беде, – коротко ответила она. – Поэтому ты здесь сомной, мне нужна твоя помощь. Я прошу тебя помочь мне? Ты поможешь мне, Линкольн?

– А как же я смогу помочь? Я не воин. К тому же, даже неместный. Я не с этой планеты, – я развел руки в разные стороны, типа говоря –вот это сюрприз:

– Девушка без имени, твоя планета варваров, а я ученый –значит, жертва, наживка, кусок мяса…

– Я понимаю тебя, – перебила мою речь собеседница, – Тыстроишь корабли-дома, как этот. Ты умеешь управлять силами, а это твоя главная способность,несмотря на то, что ты слаб.

– Ну хорошо, – я уселся на железном полу, – я тебя слушаю?

– Я буду говорить долго, – Предупредила она. Я не ответил, атолько поглядел вниз за крыло корабля. Она догадалась, о чем я думал:

– Они не убьют твоего брата. Это была проверка. Моркие нужнысолдаты на турнире.

– Турнир? Как из Средневековья времен рыцарей! – Я потерлоб, так как он будто чесался, но он не чесался, просто сдавали нервы.

– Что такое Средневековье? – спросила девушка без имени.

– Ты знаешь слово «турнир», но незнакома со Средневековьем?– я был удивлен.

– Нет, незнакома с ним, а он был воином – этот Средневековье?– Она нахмурила брови, а ее зеленые глаза стали темнеть. Мне не понравилосьоткрытие, и я решил сказать прямо:

– Средневековье – эпоха истории людей.

– Хм? – выдала она, – У нас нет такой истории. Мы живем вжелезный век. Он был всегда.

– Так что за турнир? – спросил я.

–  Раз в месяц они устраивают бои между пленными. Тот ктовыживает, того не едет до следующего турнира. И так по замкнутому кругу, еслипленный выиграл двенадцать турниров подряд – ему предлагают стать Моркие. Тоесть пройти обряд, выжечь письмена на теле, историю пленного –  но от такойболи погибают. А вы, люди, такие хрупкие… – она замолчала.

– И сколько выживают? – я не хотел спрашивать, но раз мызаговаривали на чистоту, я хотел знать наверняка.

– Насколько я знаю, самые сильные доживают до четвертоготурнира, иногда до восьмого, – она пару раз моргнула, и склонила голову набок,видимо, это означало вопрос. Хотя с местными я общался всего час и не был знатокомих мимики и жестов.

– Хорошо, я помогу тебе, а ты мне. Обмен? Знаешь такое?

– Да, знаю,– кивнула девушка без имени, – Вообще странно,что мы говорим на одном языке. А внешне, такие разные… может, у нас были общиепредки?

– Вот, и отлично, – общие корни меня волновали меньше всего,– Я рад, что мы нашли общий язык. Значит, я тебя выслушаю, а ты поможешь мневытащить брата из логова этих людоедов. Как тебе обмен?

Она кивнула и улыбнулась, обнажив острые ровные зубы-клыки: –Я так и думала, что ты предложишь мне этот обмен. Я согласна, но помогу тебе сбратом не я, а тот, кто в беде. Он знает все ходы Моркие – он мой спутник.

– По рукам, – я широко улыбнулся, – Итак, что ты хотеларассказать?

– История будет долгой, – опять улыбнулась девушка безимени. От вида ее зубов у меня мурашки по спине побежали, не хотел я, чтобы этирезцы впились в мою кожу.

– Ничего, я послушаю, – как ни странно, я тоже улыбнулся ейв ответ.

– Кто нас создал, я не знаю. – Она встала на самый краймостика, так чтобы ветер бил ей в лицо и начала рассказывать: